Измена командармов - Андрей Владиславович Ганин

ведения подрывной работы. Красный командарм, оказавший большие услуги своим товарищам по партии и перебежавший затем в антибольшевистский лагерь. Талантливый военачальник, завоевавший доверие своих бойцов и ставший для них настоящим народным вожаком и отцом-командиром. Человек, искренне убежденный в своих политических взглядах, причем готовый ради достижения намеченных целей идти даже на авантюры. Эмигрант, жаждавший активной деятельности и обладавший вкусом к нелегальной работе в международном масштабе, что привело его к сотрудничеству с югославским МИДом и советскими спецслужбами, а также к членству в масонских организациях. Аналитик и мыслитель, спрогнозировавший ряд событий эпохи Второй мировой войны и, возможно, благодаря точности прогнозов сделавший тот идейный выбор, который и сегодня кажется нам верным. Русский патриот, антифашист и коммунист, ставший генералом Народно-освободительной армии Югославии. Все это об одном человеке — Федоре Евдокимовиче Махине.

Всякий выбор имел свои издержки. Командовавший соседней с Махиным 1-й армией Восточного фронта и сохранивший лояльность большевикам М.Н. Тухачевский сделал в Красной армии блестящую карьеру, став в итоге одним из первых Маршалов Советского Союза. Впрочем, расстрельный финал Тухачевского известен. Последующая жизненная траектория Махина оказалась, быть может, более пологой, но и не столь драматичной.

Изменив большевикам, Махин не пришелся ко двору и эсерам, на сторону которых перешел. Несмотря на членство Махина в эсеровской партии, лидеры Комитета членов Всероссийского Учредительного собрания опасались доверить ему высшие посты в военном ведомстве и, видимо, рассматривали его как потенциального контрреволюционера. В итоге Махин так и остался одним из нескольких полевых командиров Народной армии Комуча, удерживавших фронт на Волге летом-осенью 1918 г.

В боях Гражданской войны Махин зарекомендовал себя с лучшей стороны, оказавшись способным, решительным и инициативным начальником, а также популярным народным вожаком. Однако с белыми ему как стороннику демократии и эсеровской политической программы оказалось не по пути. Участие в заговоре против атамана А.И. Дутова и адмирала А.В. Колчака в Оренбурге стало формально очередной изменой Махина, теперь уже антибольшевистскому лагерю. Как следствие, он, в отличие от своих сверстников и сослуживцев, надевших генеральские погоны, не сделал карьеры и у белых.

Оказавшись в эмиграции, Махин первоначально пытался участвовать в подрывной работе против Советской России, но, придя к выводу об отсутствии перспектив широкого антибольшевистского движения, переменил род деятельности. Махин многое сделал для помощи русским эмигрантам, в основном через работу в такой организации, как Земгор. Прежние противоречия с белыми не исчезли. Для белой военной эмиграции Махин оставался изгоем, контакты с которым порицались. Тем более что постепенно Махин эволюционировал в своих взглядах в сторону коммунизма и антифашизма. Однако непростыми оказались взаимоотношения и с прежними товарищами по партии эсеров, что привело к расколу Земгора.

Уже в 1930-е гг. Махин занял антифашистскую, просоветскую и оборонческую позицию, что привело его сначала к сотрудничеству с советской политической разведкой, а в конечном счете в ряды югославских коммунистов.

В этот период Махин раскрыл еще одну грань своих способностей — показал себя хорошим военно-политическим аналитиком и прогнозистом, внимательно изучавшим международное положение и военные угрозы.

Несомненно, Махин был амбициозным человеком. В особенности это проявилось в годы эмиграции, когда он стремился упрочить свое влияние в среде русских беженцев и стать заметной фигурой в югославском истеблишменте (например, через связи в масонских организациях). На него действительно обратили внимание, а возглавлявшийся Махиным Земгор стал центром притяжения для многих эмигрантов.

Однако кульминацией карьеры Махина стало участие во Второй мировой войне. На склоне лет Махин вписал в свою биографию, казалось бы, совершенно невероятную для простого русского эмигранта главу — стал приближенным генерального секретаря ЦК Компартии Югославии И.Б. Тито и генералом НОАЮ. В итоге в силу разных причин с Махиным не смогли ничего сделать ни Тито, ни Сталин.

Какими бы ни были взгляды Махина (консервативно-монархические, эсеровские, антибольшевистские, коммунистические), он всегда оставался патриотом своей Родины. Вдали от России, в эмиграции, он не погряз в бытовой рутине, активно занимался политической, военной, просветительской, социальной, организационной деятельностью, стараясь помогать русским беженцам. Махин — яркая, талантливая, противоречивая и недооцененная фигура, а его судьба — наглядный пример пути «лишнего» человека, который провел всю жизнь в мучительных исканиях, нередко ввязывался в авантюры, но стремился приносить пользу стране и своим соотечественникам.

ПРИЛОЖЕНИЯ

ДОКУМЕНТ 1[779]

Записка Ф.Е. Махина о ближайших задачах, стоящих на очереди в связи с возобновлением войны с Германией. 17 июля 1918 г.[780]

Копия

Записка

о ближайших задачах, стоящих на очереди в связи с возобновлением войны с Германией

Вопрос о возобновлении военных действий против Германии требует немедленного же составления плана войны, хотя бы в самых общих чертах, для того, чтобы, не теряя ни одной минуты, можно было вести подготовительные к войне работы.

Надежда на то, что план войны должен быть или будет разработан или нашими союзниками, или чехословацким штабом, является плодом непонимания вообще той роли, которую должна играть в зарождающейся борьбе Россия, и в частности задач высшего военного командования.

Разработка плана войны штабом наших союзников безусловно будет сделана, но она не освобождает от этой работы русский Генеральный штаб. Она должна бы быть им сделана для того хотя [бы], чтобы придти на помощь союзникам освещением тех условий русской действительности, которые, конечно, известны союзникам не с такой полнотой, с которой они известны нам.

Анализ условий войны позволит нашей дипломатии при всех переговорах с союзниками стоять на почве учета реальных сил, как наших, так и союзнических.

Решаясь на возобновление войны, как высшее военное командование, так и верховная в стране власть должны отчетливо представлять себе те задачи, которые вызываются войной, и какие жертвы должны быть потребованы от народа.

Общее стратегическое положение

Апрельский удар германцев в сторону французских и английских войск, который мог бы в случае успеха в кратчайший срок дать окончательную победу Германии над союзниками, был отражен совместными усилиями англо-французских войск. Новый удар немцев в направлении на Париж втягивает их в длительную борьбу, сводящуюся к борьбе за выигрыш пространства, т. к. даже с потерей Парижа Франция сохраняет за собой большую часть территории, которая может продолжать служить ей источником, из которого она будет черпать свои людские и материальные средства.

Затягивание борьбы не может быть выгодно Германии, т. к. силы союзников с каждым днем могут увеличиваться за счет американского десанта.

Окончательная победа Германии будет еще более сомнительной, если часть ее сил будет вновь притянута к Восточному фронту.

Борьба на Восточном фронте будет губительной для Германии и еще вследствие того,