Голубь Святой Софии - Виктор Григорьевич Смирнов

операции составили 403 118 человек, из них 149 838 безвозвратно. И все же гибель этих людей не была напрасной. Оттянув на себя 15 вражеских дивизий, Волховский фронт создал условия для наступления Северо-Западного фронта под Демянском.

7.

В плен попали тридцать тысяч бойцов и командиров 2-й ударной армии. Понурые, голодные, изможденные, они брели под конвоем сытых, самодовольных немцев, не поднимая глаз на стоявших на обочинах дорог женщин, стариков и детей. Если бы они знали, что их ждет, многие из них предпочли бы плену гибель в бою.

Все военнопленные сначала попадали в пункты сбора, находившиеся вблизи зоны боевых действий, оттуда они передавались в пересыльные лагеря («дулаги»), где их сортировали, сразу отсеивая евреев и политработников, которые подлежали немедленному уничтожению. По мере продвижения немецкой армии многие «дулаги» превращались в постоянные лагеря – «шталаги» для бойцов и младших командиров и «офлаги» для офицеров. Из шталагов военнопленные могли переводиться в рабочие или штрафные лагеря. Небольшие лагеря имели статус рабочих команд.

Большинство лагерей в первые месяцы представляли собой просто кусок земли, обнесенной несколькими рядами колючей проволоки, где люди сутками в любую погоду находились под открытым небом. Исправная одежда и обувь тут же отбиралась, военнопленные зимой и летом ходили на работу в рваных гимнастерках или нательном белье с намотанными на ноги тряпками.

Для лагеря под Демянском эсэсовцы «Мертвой головы» выбрали гиблое, окутанное гнилым болотным туманом место под названием Попово болото. Заостренными палками пленные выкопали себе подобие звериных нор. Зимой соорудили землянки, где люди, дрожа от холода, спали на мокрой голой земле. Не было ни окон, ни полов, ни нар. Работали с раннего утра и до темноты. Пилили лес, носили на плечах тяжелые сырые бревна, корчевали пни. На обед выдавали несколько ложек мутной жидкости из гнилой конины. Кормили из корыт как скотину. Чтобы заглушить постоянный сосущий голод, жевали куски ремней, кожу собственных ботинок.

По малейшему поводу пленных избивали до полусмерти, расстрелы происходили едва ли не каждый день. Немецкий переводчик с иезуитской ухмылкой говорил провинившимся: «Милий мой, ты ведешь себя нехорошо, иди, получи десять палок». «Милий мой, – говорил он другому. – Приготовься, через час тебя поведут стрелять».

А тем временем в новгородских лесах появились партизанские отряды, доставлявшие оккупантам все больше хлопот. Для борьбы с ними спецслужбы формировали карательные батальоны, в которые вербовали пленных красноармейцев. Большинство отказывались, но немало было и тех, кто был готов на все, лишь бы вырваться из лагерного ада. У одних были личные причины ненавидеть советскую власть, другие рассчитывали обмануть немцев и бежать при первом удобном случае, но большинство просто хотели жить. Этих новичков будут стараться повязать кровью в первой же акции, чтобы отрезать им путь назад. Но были и те, кто будет выполнять самую грязную и кровавую работу с садистским упоением.

8.

Весной сорок третьего года оккупированный Новгород накрыла волна слухов о большом наступлении Красной армии. И хотя брехливая коллаборантская газета «Новый путь» уверяла, что оснований для тревоги решительно нет никаких, но даже по изменившимся лицам немцев люди догадывались: на фронте происходит что-то очень важное.

А происходило вот что.

Уже была прорвана блокада Ленинграда, и теперь инициатива перешла к Красной армии. Используя общую благоприятную ситуацию на фронтах, сложившуюся после Сталинградской битвы и широкого наступления Красной армии на юге, советским Генштабом была разработана операция «Полярная звезда». Предполагалось силами трех фронтов разгромить немецкую группу армий «Север», уничтожить окруженную в «демянском котле» 16-ю армию, полностью освободить Ленинградскую область в довоенных границах и выйти к Балтийскому морю. В случае успеха операции вермахт разом лишался бы одного из сильнейших соединений на всем Восточном фронте.

4 марта пять армий Северо-Западного фронта двинулись в наступление, но в это время внезапно грянул мощный контрудар вермахта в районе Харькова и Белгорода. Чтобы спасти ситуацию на юге, Ставке пришлось в срочном порядке снять ударные части, задействованные в операции «Полярная звезда». 1-я танковая армия Катукова была переброшена под Курск, где ей предстояло участвовать в эпическом сражении под Прохоровкой. Командующий Северо-Западным фронтом Тимошенко получил приказ передать дела генералу Коневу и срочно вылететь в район Харькова.

Новому командованию фронта пришлось на ходу менять весь план операции «Полярная звезда» и перегруппировывать силы, что позволило противнику вернуть уже отвоеванные территории. 14 марта войска фронта предприняли новые атаки, в ходе которых удалось очистить западный берег реки Ловать, но дальнейшее советское наступление захлебнулось. Несмотря на отдельные успехи, главные цели операции не были достигнуты. Действия фронтов были нескоординированными, к тому же часть войск в последний момент пришлось срочно перебрасывать на южное направление. Это был суровый урок, из которого советскому командованию предстояло сделать важные выводы.

Глава 7

Альбом Милы

1.

В семнадцати километрах от Новгорода расположилась станция Болотная. Места эти исстари считались гиблыми, народная фантазия населяла их кикиморами да лешими, а еще будто бы являлся заблудившимся ягодникам сам властитель трясины «болотник» – голый старик с раздутым лицом, огромным брюхом и лягушачьими лапами.

В 1908 году приехал в эти края молодой агроном Дионисий Джованни, предки которого, богатые итальянские негоцианты, эмигрировали в Россию, спасаясь от повстанцев Гарибальди. Представ перед новгородским губернским правлением, он произнес горячую речь в защиту болот, которые дают жизнь всем прочим водным экосистемам, очищают атмосферу и сохраняют разнообразный растительный и животный мир. В завершении своей речи темпераментный русский итальянец предложил создать опытно-мелиоративную станцию, которая поможет накормить Новгородскую губернию, а там, глядишь, и всю матушку-Россию.

Практичные земцы поначалу заподозрили в молодом человеке очередного прожектера, но оказалось, что после университета тот стажировался в Германии и Голландии, а главное, готов финансировать будущую опытно-мелиоративную станцию из собственного кармана.

Получив в свое распоряжение 330 гектаров болот, Дионисий Джованни тотчас взялся за работу. Действовал он толково и напористо. Заложил 125 опытных участков, безвозмездно передав их местным крестьянам с единственным условием соблюдать научные агротехнические приемы. Осушенные торфяники в первый же год дали прекрасные урожаи картофеля и овощей. Обустраивалась и сама опытная станция Болотная. Появились жилые дома для персонала, скотный двор, молотилки, курятник, баня, ледник, хлебный амбар, корнеплодник, кузница, зерносушилка.

Местные девицы напрасно заглядывались на черноглазого красавца. Дионисий Джованни вскоре женился по большой любви на художнице Ксении Слезкинской, дочери известного новгородского краеведа.

А потом случилась революция. Новые власти усмотрели в предприимчивом русском итальянце «чуждый элемент», и, чтобы не искушать судьбу, Джованни с молодой женой вернулся к родителям в Одессу, где у них родилась дочь Людмила, которую близкие стали