Почетные арийки - Дамьен Роже

класса, Люси смиренно выслушала объявление сотрудника станции. Единственный пассажирский поезд на Париж, который задерживался уже более чем на четыре часа, был в итоге отменен. Поэтому ей ничего не оставалось, кроме как отнести чемоданы в отель, где она поселилась накануне, и вернуться на вокзал следующим утром в надежде найти свободное место. Как и другие, она была ошеломлена ужасной новостью, которая звучала со всех сторон, читалась в каждом взгляде. Непонятная пауза, почти на семь месяцев погрузившая Францию в томительное ожидание, внезапно закончилась. Неделей ранее Германия прорвала Западный фронт, положив конец тому, что в некоторых газетах было принято называть «странной войной». О реальном положении дел на фронте пресса не сообщала. Как и другие, Люси не знала, что всего за несколько часов немцы прорвали фронт на реке Маас и теперь двигались к морю, чтобы окружить французские войска на севере.

Для нее это был конец беззаботных дней, отмеченных прогулками на утес Святой Девы, чаепитиями и музыкальными концертами. После Пасхи, несмотря на советы друзей и родственников воздержаться от необдуманных поездок, она отправилась в Биарриц, чтобы несколько дней отдохнуть. После смерти Пьера она ежегодно посещала этот фешенебельный морской курорт, обретший популярность во времена Второй империи. Люси уже почти не купалась в море, но надеялась, что йодированный воздух принесет облегчение ее легким. Под лепными потолками Отеля-дю-Пале она вновь обретала побережье своего детства: первые морские ванны в купальных костюмах, под зонтиками пьют чай дамы в корсетах — их огромные шляпы напоминают висячие сады и птичьи гнезда.

Пришедшее на прошлой неделе сообщение о начале боевых действий на территории Франции вызвало всеобщую панику. Люси удалось благополучно добраться до Бордо, но теперь она застряла в столице департамента Жиронда. Все поезда на Париж были реквизированы для государственных потребностей. Со своего места она могла судить о времени ожидания по небывалой длины очередям перед билетными кассами. Телеграф и немногочисленные телефонные будки переполнены измотанными путешественниками, которые пытались дозвониться до друзей или родственников. К эмоциям примешивалась реальная срочность ситуации. Страсти накалялись. То тут, то там возникали стычки, давка и ругань, лишний раз напоминая всем о чрезвычайном характере происходящего. Люси думала о сыне, который ждал ее в Париже. Надо как можно скорее сообщить ему, что она не вернется вечером, иначе он будет волноваться еще сильнее.

Ее удручала мысль о еще одном впустую потраченном дне, но эти размышления внезапно прервал приглушенный ропот, пронесшийся по залу. В дверях показалась фигура, хорошо знакомая всем французам. Это были маршал Петен и его супруга в сопровождении одетых в униформу офицеров. Не успела Люси подняться со своего места, как вокруг героя Вердена уже собралась толпа желающих поприветствовать его и выразить восхищение. Люси встретилась взглядом с его женой, которая сразу же узнала ее и приветливо улыбнулась. Тем временем заплаканная пожилая женщина, одетая во все черное, не отпускала руку маршала, с религиозным пылом целуя ее и поднося ко лбу. Все ее лицо было залито слезами. Эта сцена смутила Люси. Такое бурное проявление эмоций у всех на виду, которое иногда позволяют себе простые люди, казалось ей совершенно непристойной несдержанностью. Наконец толпа расступилась, и она смогла подойти. Маршал, нисколько не утративший галантности, склонился над затянутой в перчатку рукой баронессы. Он, несомненно, высоко ценил женщину, которая так часто принимала его семью в парижском особняке, а также устраивала незабываемые охотничьи выезды в своем поместье в Уазе. Его жена повела себя как никогда приветливо. Даже преувеличивая существовавшую между ними близость, она расцеловалась с баронессой, взяв ее за руки.

— Дорогая, как же я рада, что мы наконец сюда добрались. Дорога из Мадрида была просто бесконечной! — сказала она. — А условия ужасными. Видели бы вы, в какую жуткую колымагу нас запихнули, чтобы отвезти в Андай, к поезду…

Закончить рассказ о своих приключениях она не успела. Весть о присутствии маршала облетела вокзал, и вокруг него в переполненном зале ожидания столпилась новая волна поклонников и любопытствующих, пришедших в восторг от возможности оказаться рядом с национальным героем. Его супруга держалась в стороне от толпы, которую в любой момент могла охватить истерия. Привыкшая к ликованию, сопутствовавшему каждому появлению мужа на публике, она наблюдала за происходящим с опаской. Немного повысив голос, чтобы Люси было хорошо слышно, она, активно помогая себе жестами, объяснила причины их неожиданного появления в Бордо.

— Мы собирались возглавить французское паломничество в Сарагосу, но мужа срочно вызвали в Париж. На него собираются возложить миссию чрезвычайной важности… — сообщила она с довольным видом.

— В самом деле? — поинтересовалась Люси скорее из вежливости, чем из любопытства.

Ее собеседница, закатив глаза, сделала неопределенный жест, как бы говоря: «Это мужские дела, нас они не касаются», и продолжила:

— Не буду скрывать, уход с должности посла стал для моего мужа тяжелым испытанием. Его действия вызывали всеобщее одобрение, и уверяю вас, моя дорогая, его будет не хватать. Генерал Франко сказал ему: «Не уходите, сошлитесь на возраст, и пусть те, кто проиграл войну, сами с этим разбираются». Знаете, что ответил маршал? «Все так, генерал, но моя страна зовет меня, и я в долгу перед ней. Возможно, это последняя услуга, которую я смогу ей оказать». Разве это не прекрасно? — с гордостью спросила Анни.

Тем временем Люси, которую по-прежнему беспокоила сложившаяся ситуация, позволила себе поделиться собственными проблемами. Верная привычке сохранять сдержанность при любых обстоятельствах, она, не вдаваясь в подробности, выразила свои опасения.

— Мы здесь уже два дня, — сказала она, указывая на горничную, которая сидела в углу зала с сумками и чемоданами. — Поездов до Парижа больше нет. Составы с солдатами и военной техникой пропускают в первую очередь, что, конечно, совершенно нормально. Но, не стану скрывать, меня беспокоит эта вынужденная задержка.

Мадам Петен внимательно ее выслушала и, несмотря на свой грубоватый нрав, в сложившихся обстоятельствах продемонстрировала исключительную доброжелательность.

— Возможно, у меня есть решение, — произнесла она после минутного размышления.

Она подошла к мужу, уверенным жестом отстранила назойливых поклонников и прошептала несколько слов на ухо маршалу, после чего вернулась к Люси.

— Все улажено, моя дорогая! Вы поедете в том же поезде, что и мы, он отправляется в полдень, — торжествующе сказала Анни. — Мы найдем вам место в вагоне.

Люси была приятно удивлена заботливостью старой знакомой, благодаря которой ее проблемы так неожиданно разрешились. И в самом деле, нескольких распоряжений, умело отданных мадам Петен адъютанту, оказалось достаточно, чтобы баронесса и ее горничная получили места в одном из головных вагонов специального поезда, зафрахтованного для официальных лиц. Не успела она и глазом моргнуть, как ее багаж уже забрали двое носильщиков. Люси