Измена командармов - Андрей Владиславович Ганин

Обстоятельность переписки по поводу отправки 33-й дивизии, казалось бы, не дает повода усомниться в добросовестности командования 11-й армии. Дивизия насчитывала 12 159 человек, 2847 лошадей, 41 верблюда, 836 повозок, 4 мотоцикла, 10 автомобилей, 16 орудий[1753]. В другом документе, однако, было указано о наличии в дивизии только 2795 человек, 713 лошадей, 41 верблюда, 119 голов рогатого скота, 204 повозок, 7 автомобилей, 6 орудий[1754]. Численность 3-й бригады дивизии резко сократилась вследствие тифа. Бригада была сведена в полк, а затем в батальон[1755], позднее вошедший в полк 34-й дивизии. Имущество терялось и при отправке эшелонов. Согласно рапорту коменданта станции Астрахань-I начальнику дивизии с копией в РВС 11-й армии от 6 мая 1919 г., эшелон 290-го полка открыл пулеметный огонь при отходе со станции и в ее пределах. По отходе эшелона на станции были подобраны 4 патронташа с 210 патронами, ящик с патронами, два ящика с артиллерийскими принадлежностями и один снаряд. Все имущество доставлено в ЧК[1756]. При погрузке 1-й бригады дивизии 6 мая было замечено много женщин, грузили предметы небоевого назначения, наблюдалась неорганизованность[1757].

7 мая была объявлена телеграмма председателя РВСР Л.Д. Троцкого о назначении новых членов РВС 11-й армии (И.С. Кизельштейна, С.М. Кирова и С. П. Медведева). На следующий день был объявлен боевой приказ № 005/оп по войскам и флоту армии о задаче армии поддерживать связь с 10-й армией и наблюдать пространство между Каспием и левым флангом 10-й армии. Задачу овладеть районом Петровск — Кизляр — Величавое — Гурьев требовалось выполнять совместно с флотом[1758]. На рейде Форта Александровского находился десант для направления в Петровск.

8 мая произошел разговор между Ждановым и начальником Полевого штаба Костяевым: «Костяев: Здравствуйте, Николай Александрович! Сейчас получена телеграмма от начвосо XI[1759], [в] которой указывается, что перевозка 33[-й] дивизии аннулируется, ибо ей будет дано другое назначение. Такой телеграммы от Полевого штаба никогда не исходило, и я прошу немедленно произвести строжайшее расследование, на каком основании начвосо XI дал такую телеграмму. Кроме того, немедленно мне сообщите, сколько полков идет водою и сколько перебрасывается и переброшено по ж[елезной] д[ороге], так как тут тоже какая-то путаница, ибо мне сообщили, что водой перебрасывается две бригады. На самом деле должна водою перебрасываться лишь одна бригада. Главком приказал немедленно прибыть бывшему начальнику 33[-й] дивизии в Серпухов. Вообще должен заметить, что работа штаба XI армии заставляет желать много лучшего. Этот штаб совершенно [Полевой] штаб не держит [в] курсе о проведении в жизнь наших заданий, и мы с большим трудом принуждены требовать нужные сведения. Пока все. Костяев.

Жданов: Здравствуйте, Федор Васильевич! Это для меня новость. Перевозку никто не отменял. Сейчас пришлю исчерпывающие телеграммы. Все.

Костяев: Ждем»[1760].

К полноценному расследованию неясных обстоятельств переброски дивизии подключился и начальник ЦУПВОСО М.М. Аржанов, известный своим крутым нравом[1761], что не замедлило отразиться на оперативных документах. Материалы расследования докладывались главкому. 8 мая Аржанов обратился к начальнику военных сообщений 11-й армии:

«Записка

Я начальник военных сообщений республики Аржанов. Позовите к аппарату начвосо 11[-й] армии и передайте ему следующее: 8 мая 20 часов 2 минуты Москва. Приказываю объяснить, почему Вы дали начальнику Полевого штаба депешу об аннулировании важных перевозок тридцать третьей дивизии, не адресовав ее копии мне. Кто Вам дал право аннулировать, то есть отменять перевозки? Отчего я не получаю от Вас никаких докладов о ходе перевозок, тогда как Вы обязаны это делать сами без напоминаний. Доложите немедленно, какая бригада по номеру пошла водой и какая сухим путем. Сколько пошло по воде — одна или две, если пошла одна по воде и одна по железной дороге, то согласно депеши главкома сего числа № 2150/оп [в] распоряжение командюж должно быть направлено две бригады. Предлагаю ежедневно к полуночи докладывать мне о количестве отправленных эшелонов за сутки как по жел[езной] дороге, так и водой. Ответственность за доклад возлагаю персонально на Вас. Независимо [от] всего телеграфируйте мне Ваш служебный стаж до занятия должности За[1762] 11. Первый доклад ожидаю сегодня. Зр[1763] Аржанов»[1764].

В тот же день с бригадами 33-й дивизии были направлены по дивизиону артиллерии и средства связи[1765]. Между тем армейское начальство жаловалось на нехватку имущества для развертывания армии[1766]. С передачей 33-й дивизии армия теряла и ценное инженерное имущество, поскольку почти все инженерные силы были сосредоточены в этой дивизии. По сути, армия лишалась инженеров. В результате в апреле была предпринята попытка оставить в армии хотя бы саперную роту для 34-й дивизии[1767]. Подобные действия, направленные на сохранение боеспособности армии, вполне могли выглядеть со стороны как саботаж и невыполнение приказов.

8-9 мая Вацетис потребовал переброски в распоряжение командующего Южным фронтом уже двух бригад 33-й дивизии. Их предписывалось перебросить по Волге и высадить в Царицыне, а далее направить по железной дороге через Поворино — Лиски на станцию Миллерово.

8 мая Жданов телеграфировал в Серпухов о результатах собственного расследования: «Произведенное мною расследование показало, что начвосо 11 Еременко была действительно 6 сего мая отправлена телеграмма № 44, [с] сообщением, что все распоряжения по перевозке 33[-й] дивизии [в] район Восточного фронта Николаевск и Самара аннулируются. Еременко [в] служебной командировке, по прибытии его будет произведено расследование. Что бы ни дало это расследование, сообщаю Вам, что отправка 33[-й] дивизии из Астрахани закончена и произведена следующим порядком: Волгой отправлены управления дивизии, 3 легких артиллерийских дивизиона, 6-дюймовая тяжелая, 48-линейная гаубичная батарея, конница, инженерный батальон, 33[-й] автоброневой и 36[-й] авиационный отряды, транспорты и тыловые учреждения дивизии. Прочие части дивизии отправлены железной дорогой — одна стрелковая бригада до Покровска, а прочие 2 до Николаевска: 290[-й], 291[-й] стрелковые полки, саперная рота 1[-й] бригады и рота связи той же бригады, 292, 293, 294[-й] стрелковые полки, саперная рота 2[-й] бригады, рота связи и полевой склад той же бригады, 295[-й], 296[-й] стрелковые полки, рота связи той же бригады и ружейный[1768] пулеметный парк той же бригады, итого отправлено 15 150 красноармейцев, 4829 лошадей, 36 легких орудий, 4 тяжелых пушки и 4 гаубицы, 298 пулеметов, 1 бомбомет, 4 броневика и 8 аэропланов»[1769].

Согласно телеграмме начальника Полевого штаба РВСР Ф.В. Костяева и комиссара Полевого штаба С.И. Аралова Жданову от 13 мая 1919 г. № 4199/ау/4367 бригады не могли быть включены в состав какой-либо дивизии фронта и не должны были менять нумерацию[1770]. 3-я