Кровавый бокаж. Битва за Нормандию-44 - Евгений Николаевич Музальков

отчетливо видно входное отверстие от попадания 88 мм снаряда, в результате чего танк полностью сгорел.

«Кромвель» (Т-187599) Shufti Cush из 2‐го взвода эскадрона «А», брошенный в придорожной канаве при попытке прорваться на восток от высоты 213.

Как уже указывалось выше, танки Виттмана не бились с британцами в полном одиночестве, словно тяжелые конные рыцари средневековья в толпе взбунтовавшихся крестьян. В бокаже подобная самодеятельность чревата большими проблемами. Очевидно, что основную роль в процессе нейтрализации британцев взяла на себя сопровождавшая танки пехота. А тактика, избранная немцами при уничтожении британского авангарда, прямо указывает на наличие у отряда Виттмана на этом этапе не только пехотной поддержки, но и легкой артиллерии и минометов. Нет сомнений, что львиную долю пехотной составляющей формировали солдаты 4‐й отдельной легкой пехотной роты, достаточно хорошо оснащенной и подготовленной к такого рода действиям. Не стоит забывать и про вспомогательные подразделения батальона, которые в случае необходимости могли выполнять функции пехоты. В воспоминаниях Вальтера Лау упоминается даже один русский «хиви»,[19] который вместе с немецкими солдатами активно участвовал в выкуривании из бокажа британских пехотинцев: «Русский «хиви», приписанный к полевой кухне, особенно отличился в этот период. Он был членом экипажа T-34, подбитого нами в Черкассах. С пистолетом в одной руке и кухонным ножом в другой он вламывался в кусты у дороги и выгонял оттуда «Томми». Около сотни пленных собрали в загоне прямо перед нашим танком, и в то время, как личный состав наших вспомогательных частей обыскивал их в поисках оружия, мы установили на корпусе пулемет, чтобы предотвращать любые эксцессы». Определенную поддержку танкам 2‐й роты оказали и те пехотинцы Учебной танковой дивизии, которые предпочли не бежать из Виллер-Бокаж при появлении британской колонны, а укрылись в оставленных жителями домах. Зачистка прилегающей к шоссе местности продолжалась несколько часов и не закончилась даже к 13:00, когда капитулировали окруженные на высоте 213 остатки эскадрона «А» Йоменов. Лишь тридцати бойцам роты «А» Стрелковой бригады удалось избежать плена. Они выходили к британским линиям в течение всего дня и последующей ночи.

Тем временем, изолированные на вершине Кот де Ланд части британского танкового авангарда практически бездействовали. Причин тому можно назвать несколько. Во-первых, поскольку временный штаб подполковника Крэнли поддерживал радиосвязь с эскадроном «В», они рассчитывали, что другие подразделения полковой группы приложат максимальные усилия по их деблокированию. Во-вторых, состав авангарда совершенно не соответствовал сложившейся патовой ситуации. На высоте 213 было слишком много офицеров и слишком мало солдат. Общая численность британцев, с танковыми экипажами, водителями бронеавтомобилей и добравшимися на высоту солдатами Стрелковой бригады, составляла чуть больше 60 человек. При этом под командованием майора Райта, капитана Милнера, лейтенантов Кемпбелла, Батлера, Купа и Паркера оказалось всего десять рядовых пехотинцев. В-третьих, поле обзора запертых на высоте британцев было крайне ограниченным. Они, очевидно, могли оказать достойное сопротивление, если бы немцы предприняли прямую атаку, однако никак не могли воспрепятствовать изнуряющему обстрелу своих позиций. И наконец, многое определял боевой дух окруженных войск. Как и немцы, они не знали ни истинной численности сил противника, ни их диспозиции. Они могли лишь делать предположения исходя из интенсивности вражеского огня и рева танковых моторов. На раннем этапе окружения решительная попытка прорваться к лесному массиву севернее высоты, а оттуда – к Виллер-Бокаж вполне могла окончиться успехом. Но тогда британцы еще не понимали всю тяжесть своего положения.

«Кромвель» ОР (Т-187796) корректировщика огня 5‐го полка Королевской конной артиллерии капитана Роя Данлопа также брошенный восточнее высоты 213 после встречи с тиграми 1‐й роты 101‐го ттб СС. Позади заводского номера видна буква «К», написанная старым английским шрифтом, означающая принадлежность танка к батарее «К».

Пока майор Райт совещался с подполковником Крэнли, капитан Милнер начал организовывать подчиненных. Командный состав роты «А» пережил настоящий шок – ведь обстоятельства, в результате которых они оказались вместе, были поистине драматическими. Вернувшись, майор Райт сообщил собравшимся, что принято решение ждать, пока к ним на помощь прибудет батальон Стражи Королевы. Немцы, естественно, будут всячески препятствовать этому и попытаются уничтожить их небольшую группировку. Поэтому первым шагом должно стать размещение немногочисленных пехотинцев так, чтобы они наилучшим образом могли отразить возможные атаки с востока, запада и юга. Капрал Николсон с группой из шести рядовых занял позицию на южной стороне дороги, а лейтенант Кемпбелл с четырьмя рядовыми расположился на слиянии шоссе с дорогой на Жювиньи. Эта позиция тут же получила наименование «Угол Кемпбелла». Капитан Милнер расположился в доме у шоссе и вел наблюдение вдоль дороги в направлении Жювиньи, а сержант Гейл обеспечивал прикрытие проселка, проходящего с другой стороны дома. Лейтенант Куп выдвинулся немного вперед от позиции Кемпбелла, чтобы выяснить обстановку. Капитан Милнер вспоминал: «Я разместился так, чтобы держать под огнем аллею, идущую с высоты на восток-северо-восток, а сержант минометного отделения прикрывал дорогу, уходящую к лесу сразу севернее нашей позиции. Чуть в стороне был небольшой коттедж. По тропинке, уходящей от него вниз, неожиданно пришла местная женщина, которую мы задержали, опасаясь, что она может шпионить в пользу немцев. Спустя час или около того она сбежала. Трудно сказать, была ли она на самом деле шпионкой».

Танки эскадрона «А» 4‐го полка Йоменов на вершине высоты 213. Слева направо: «Кромвель» CS (Т-187661), «Кромвель» (Т-187632) и «Шерман Файрфлай» Alla Keefek (Т-212728).

«Шерман Файрфлай» Alla Keefek сержанта Нормана Джонса из 4‐го взвода эскадрона «А». Название танка написано на забашенном ящике и вверху лобовой брони корпуса. Для немецких солдат, сражавшихся за Виллер-Бокаж, это было первое «знакомство» с «Шерманом», имевшим внушительное и мощное орудие.

Из танков на высоте 213 оказались «Файрфлай» Alla Keefek сержанта Нормана Джонса, четыре (возможно пять) кромвелей, в том числе машины командира эскадрона «А» майора Питера Скотта, лейтенанта Билла Гарнетта, «Кромвель» ОР капитана Роя Данлопа и «Кромвель» Shufti Cush. После первой сокрушительной атаки наступило относительное затишье. Неосторожное передвижение вызывало огонь снайперов и пулеметные очереди, однако кроме этого немцы никакой серьезной активности не проявляли. Не видя противника, они на первых порах лишь обстреливали высоту из минометов. Пехота осторожно просачивалась к вершине, но атаковать пока не решалась. Главным образом, это объяснялось тем, что Рой Данлоп довольно успешно корректировал заградительный огонь 5‐го полка Королевской конной артиллерии. Снаряды, пролетая над головами британцев, рвались на склоне возвышенности. Это отчасти поддерживало боевой дух осажденных. К полудню, когда ситуация стала ухудшаться, была предпринята робкая попытка прорваться в северо-восточном