Коллекционер - Александр Варго

как я могла доверять детей такой мрази, как ты… Господи, я смотреть не могу на тебя, меня сейчас вырвет.

— Вам придется потерпеть, Ольга, — подал голос Лев. — Постарайтесь сдержать себя. Хотя я полностью разделяю ваше мнение.

Он слез со стола и принялся неторопливо расхаживать взад-вперед.

— Среди японцев бытует поговорка, что нажитое нечестным трудом не пойдет впрок. Банально? Да. Но сейчас это высказывание замечательно отражает вашу ситуацию. И, как показывает жизнь, наши желания зачастую становятся причиной серьезных проблем. Когда человек ослеплен своей целью и ради ее достижения готов на все, он превращается в безумца.

Остановившись, Лев уставился на Максима.

— Не зря говорят, что следует бояться своих желаний. Хотя бы потому, что когда мы получаем желаемое, то перестаем в нем нуждаться. Сейчас у вас нет желаний, зато есть целый ворох серьезных проблем. Не так ли?

— Хватит этой философии. — Максим c трудом разлепил губы: после всех признаний у него саднило горло, и невыносимо хотелось пить. — Говори, что тебе нужно, и покончим c этим.

— Обязательно, — кивнул Лев. — Обещаю, что в самое ближайшее время мы покончим c этим.

— Послушайте, — заговорила Ольга, и ее голос задрожал. — Я вас умоляю, пожалуйста… Отпустите меня и детей. Ведь вы сами только что услышали, что ни я, ни мои дети не имеют никакого отношения к этой безумной истории.

На губах адвоката заиграла отстраненная улыбка. Он медленно приблизился к связанной женщине и наклонился так близко, что их губы практически соприкасалась:

— Увы, милая леди. К сожалению, у меня не так много рычагов воздействия на вашего бывшего супруга. Насколько я понял, в его воспаленном мозгу начались необратимые изменения. Но краем сознания он все еще чувствует ответственность за свою семью, пускай и бывшую. Особенно за детей. Вы здесь просто разменная монета. Такова жизнь, полная несправедливости и разочарований.

— Но вы… — Ольга шмыгнула носом. — Получается, вы ничем не лучше его, раз заперли нас здесь, как животных… Проявите милосердие! Отпустите хотя бы детей… Я…

Закончить она не успела, так как Лев, к ее изумлению, неожиданно приник к ее губам. Поцеловав Ольгу, он отстранился и, не переставая улыбаться, задрал ее ночнушку, после чего сунул руку прямо в промежность, спрятанную в океане жира. Нащупав трусики, пальцами проник внутрь. Ойкнув, Ольга потрясенно вытаращилась на Льва: похоже, к такому повороту событий она была совершенно не готова.

— Просто расслабьтесь, — нежно проговорил адвокат, поглаживая теплую влажную плоть, и Ольга переменилась в лице:

— Немедленно прекрати, урод! Убери руки, иначе…

— Иначе что? — проворковал Лев, не переставая ласкать влагалище пленницы. — Что ты сделаешь, милая? Плюнешь в меня? Или пустишь газы в знак протеста? Так это не страшно, мне не привыкать.

Ольга судорожно вздохнула и закусила губу.

— Не нужно суетиться, пухляшка.

— Ты… ты… — задыхаясь, выдавила Ольга. Ее крупное лицо пошло красными пятнами, и она зажмурилась, прерывисто дыша.

Максим вцепился в решетку, ошеломленно глядя на происходящее. Неужели он так плохо знает свою бывшую супругу? На то, чтобы разогреть Ольгу перед сексом, у него уходило не менее десяти минут, на протяжении которых он теребил ее соски, гладил везде, и вообще, они старательно слюнявили друг друга… А тут — не успел запихнуть руку в трусы, и она уже готова кончить!

Видя, что женщина близка к оргазму, Лев вытащил руку и с брезгливостью вытер ее о плечо Ольги. Она открыла глаза, c ненавистью глядя на адвоката.

— Все вы одинаковые, — печально произнес Лев, возвращаясь к клетке.

— Что ты собираешься c нами делать? — задал вопрос Максим. — Ты же не будешь держать нас тут вечно?

— Не буду, — подтвердил Лев и посмотрел на золотые часы, блестевшие на запястье. — Для начала вас покормят. Это произойдет буквально через минуту.

— Я не хочу есть, — сказала Ольга. Красные пятна c ее лица исчезли, и теперь оно было похоже на сырое тесто. — Мне нужно в туалет.

— Он под вами. На стуле есть отверстие, если вы не заметили. Если хотите, я уберу вашу рубашку и вы сделаете свои дела.

Лицо Ольги стало свекольного цвета.

— Я… не могу так, — c трудом выговорила она.

— Придется привыкать, — отозвался Лев. — Увы, второй клетки, где можно уединиться, для вас у меня нет. Я не рискнул поместить вас обоих в одну клетку, и вы должны понять почему. Ваша затяжная и взаимная неприязнь дает мне основание полагать, что между вами возникнет серьезный конфликт, который может перерасти в потасовку. Это было бы равносильно тому, если бы я поместил в банку двух пауков. Поэтому для вас было выделено место на стуле, милая леди.

Едва он закончил, в комнату вошла высокая худая женщина. На ней было черное хлопковое кимоно c вышитыми на спине птицами, ноги обуты в замшевые туфли. Совершенно седые волосы незнакомки были заплетены в аккуратную косу. На вид ей можно было дать как тридцать лет, так и пятьдесят. Она могла бы быть привлекательной и даже красивой, если бы не застывшее выражение лица, напоминающее восковую маску. Не добавлял миловидности и багровый шрам, змеившийся от ее виска до самого подбородка. В руках женщина держала жестяной поднос c мисками и пластиковыми стаканами, в которых плескалась какая-то жидкость.

— Это Коу, — представил свою помощницу Лев. — Она будет кормить вас дважды в день. Это, конечно, не «ол-инклюзив», но от голода вы не умрете.

Пока он говорил, Коу поставила на столик поднос c едой и вынула из кармана ключ. Посмотрев отсутствующим взглядом на Максима, она жестом показала, чтобы тот сел в угол, противоположный от дверцы. Помедлив, Долин выполнил указание, и она, сняв замок, проворно сунула внутрь миску c кашей и стакан.

— Что это? — спросил Максим, недоверчиво глядя на нехитрую снедь.

— Тыквенная каша, — пояснил Лев. — И вода.

— Я не буду есть, — замотала головой Ольга, когда Коу, снова заперев Максима, направилась к ней.

Адвокат пожал плечами.

— Это ваше право, — обронил он. — Кормить насильно вас тут никто, разумеется, не станет.

Коу молча поставила порцию Ольги обратно на поднос и бесшумно вышла из комнаты.

— Вы не должны заводить разговоры c Коу, — предупредил Лев. — Это бесполезно. К тому же она немая. Если попытаетесь напасть на нее, я накажу не вас, а ваших детей. Собственно, это правило касается и попыток выбраться отсюда. А мысли об этом наверняка уже терзают ваш мозг. Оставьте это, вот мой совет. Чтобы вы не питали иллюзий…

Он склонился над ноутбуком и, поколдовав над ним около минуты, поставил его так, чтобы тот был обращен экраном к пленникам.

— Здесь встроенная видеокамера,