Трясина - Борис Айроевич Саркисов

в криминальную лабораторию. Королев был на месте и обещал тут же принести вещественные доказательства. «Думаю, Васин уже не жилец, — вспомнил он пророческие слова Завадского. — Если хищник ранен, его добивают…» Он прав. Таким, как Васин, не позволительно дожить до суда.

— Дел, Вадим, по горло, — развел руками Жан. — Сейчас некогда с тобой болтать. А надо бы. Поговорим завтра в машине. Думаю, не откажешь в любезности сопровождать меня на эту чертову встречу с Тарасовой?

— Для подстраховки?

— Да. Что-то не нравится мне этот звонок. И не забудь прихватить сотовый телефон и пушку.

Появился Королев. По его озадаченному лицу Жан понял, что не ошибся в своих прогнозах. В руках главный криминалист управления держал пластиковый пакет и папку. Увидев Вадима, похлопал его по плечу:

— Ты молодцом выглядишь. Как житуха на том свете?

— Не хуже, чем у вас, — улыбнулся Вадим и прошелся по комнате, заставляя себя делать шаг шире, чтобы не хромать. — Там боги оберегают хороших людей от мерзавцев. А тут…

— Намек понял, тут мерзавцев хватает, — засмеялся Королев и повернулся к Жану. — Тебя интересует мое мнение?

— Даже очень.

— Оно расходится с официальным.

— И все-таки.

— Смотри, вот тот самый ремень, на котором болтался Васин, — Алексей кивнул на пластиковый пакет. — Метрдотель висел на металлической решетке, отстоящей от цементного пола на расстоянии двух метров двадцати сантиметров. — Криминалист достал из папки бумагу и положил на письменный стол. — А здесь графическое изображение свежих отпечатков на ремне большого и безымянного пальцев. Не находишь ли странным: следы только на кончиках ремня?

— Чьи?

— Васина.

— Ты уверен?

— Как в самом себе; на свете нет людей с одинаковыми отпечатками пальцев. Так вот… Обычно предметы берут большим и указательным пальцами. Это — раз. Когда человек добровольно отправляется на небеса, он так церемонно, двумя пальчиками, не обращается с ремнем. Чтобы состряпать петлю, надо наследить на всем ремне, а этого не видно. Это — два. Вывод напрашивается сам собой: сперва его удушили, потом повесили, приложив пальчики усопшего к концам ремня. Очень непрофессионально сработано. Это, если хочешь, — три. Прежде, чем отправить в следЖан позвонил в криминальную лабораторию. Королев был на месте и

обещал тут же принести вещественные доказательства. «Думаю, Васин

уже не жилец, — вспомнил он пророческие слова Завадского. — Если хищник ранен, его добивают…» Он прав. Таким, как Васин, не позволительно

дожить до суда.

— Дел, Вадим, по горло, — развел руками Жан. — Сейчас некогда с тобой

болтать. А надо бы. Поговорим завтра в машине. Думаю, не откажешь в

любезности сопровождать меня на эту чертову встречу с Тарасовой?

— Для подстраховки?

— Да. Что-то не нравится мне этот звонок. И не забудь прихватить сотовый телефон и пушку.

Появился Королев. По его озадаченному лицу Жан понял, что не ошибся в своих прогнозах. В руках главный криминалист управления держал

пластиковый пакет и папку. Увидев Вадима, похлопал его по плечу:

— Ты молодцом выглядишь. Как житуха на том свете?

— Не хуже, чем у вас, — улыбнулся Вадим и прошелся по комнате,

заставляя себя делать шаг шире, чтобы не хромать. — Там боги оберегают

хороших людей от мерзавцев. А тут…

— Намек понял, тут мерзавцев хватает, — засмеялся Королев и повернулся к Жану. — Тебя интересует мое мнение?

— Даже очень.

— Оно расходится с официальным.

— И все-таки.

— Смотри, вот тот самый ремень, на котором болтался Васин, — Алексей

кивнул на пластиковый пакет. — Метрдотель висел на металлической решетке, отстоящей от цементного пола на расстоянии двух метров двадцати сантиметров. — Криминалист достал из папки бумагу и положил на

письменный стол. — А здесь графическое изображение свежих отпечатков на ремне большого и безымянного пальцев. Не находишь ли странным:

следы только на кончиках ремня?

— Чьи?

— Васина.

— Ты уверен?

— Как в самом себе; на свете нет людей с одинаковыми отпечатками

пальцев. Так вот… Обычно предметы берут большим и указательным пальцами. Это — раз. Когда человек добровольно отправляется на небеса, он так церемонно, двумя пальчиками, не обращается с ремнем. Чтобы состряпать петлю, надо наследить на всем ремне, а этого не видно. Это — два. Вывод напрашивается сам собой: сперва его удушили, потом повесили, приложив пальчики усопшего к концам ремня. Очень непрофессионально сработано. Это, если хочешь, — три. Прежде, чем отправить в следственный изолятор, у арестанта изымаются все режущие, колющие и прочие предметы, разумеется, ремень тоже, а Васину почему-то сделали исключение. Это — четыре.

Жан почесал затылок и глубоко вздохнул.

— Все ясно: он умер насильственной смертью. В какое время суток?

— Между двенадцатью и двумя часами ночи.

— Кто оставался в управлении, когда ты уходил домой?

— Не считая дежурного, только Маркин. Я попрощался с ним и отправился домой часиков в восемь.

— На месте преступления никаких следов?

— Никаких. Все это дает основание предполагать, что преступник вытер следы тряпкой или работал в перчатках. Думаю, ключ к разгадке лежит через допрос дежурного. А на вахте был сержант Сергей Волошин. Он сейчас как раз здесь. Жан попросил Вадима пригласить Волошина и на время допроса заменить вахтенного. Мог ли он предполагать, что придется распутывать дело не где-то в «гадюшнике», баре, ресторане, гостинице, а в управлении — бастионе правосудия?

Появился Волошин. Не промолвив ни слова, он встал возле стены, опустив глаза, понимая, что тень вины ложится, прежде всего, на дежурного.

— Судя по всему, — начал Жан, обратившись к Волошину, — ты был единственным в помещении, когда повесился Васин. Так ли это?

— Да. Маркин ушел в одиннадцать часов, и я остался один в помещении.

— Когда, говоришь, ушел Маркин?

— В одиннадцать, даже в начале двенадцатого.

— Странно, — удивился Жан, — он никогда так не засиживался… Стало известно, что повеситься Васину помог кто-то другой. Как это объяснить?

— Понятия не имею.

— Это не ответ. За него ты можешь подзалететь на скамью подсудимых.

— Так что выкладывай все начистоту. Это в твоих же интересах. Волошин пожал плечами, выражая крайнее недоумение.

— Почему молчишь? — Жан повысил тон. — Если не ты помог Васину отправиться на тот свет, то кто же?

— Понятия не имею, — промямлил дежурный.

— Мог ли кто-то проникнуть в помещение через запасной вход, который в торце здания?

— Это исключено, — Волошин дернул плечами. — Обязательно сработала бы электронная сигнализация. Но она молчала. Только изнутри можно отключить сигнализацию и пропустить в управление постороннего. Но я этого не делал.

— Между прочим, дверь действительно открывали, — подал голос Королев. — Я проверил, это так. Выходит, ты, Сережа, нарушил инструкцию — не совершил ночного обхода помещения, не проверил сигнализацию. Признаешь это?

— Да.

— Но это непростительная халатность, — Жан снова набросился на Волошина. — Кто-то в рабочее время мог