Ведьма придет за тобой - Антон Грановский

Однако в этот вечер ему не суждено было сесть за руль. У обочины стоял знакомый темный «Лексус».

– Кажется, это по твою душу, – насмешливо проговорил двойник рядом с Глебом.

Корсак покосился на него и с досадой констатировал:

– Таблетки не помогли.

– Угу. Ты знал, что этот миг рано или поздно наступит, верно?

Глеб снова посмотрел на «Лексус».

– Депутат Гурамов? – коротко спросил он.

– Да. А с ним – пара головорезов. – Двойник перевел насмешливый взгляд на Глеба. – Что будешь делать? Бежать?

Тот медленно покачал головой:

– Нет. Пора покончить с этим раз и навсегда.

– Скорее, они покончат с тобой, чем ты с ними.

– Посмотрим.

Двойник улыбнулся:

– Суицидальные наклонности добавляют тебе шарма!

Тонированное стекло «Лексуса» опустилось, и Глеб увидел морщинистое лицо депутата Шалвы Гурамова. Несколько секунд они молча смотрели друг на друга. Потом Гурамов отвернулся и что-то тихо сказал своим спутникам. В ту же секунду дверцы машины распахнулись, и из салона выбрались два гориллоподобных парня в черных кожаных куртках.

Они подошли к Глебу и остановились в паре шагов от него, оба чернявые, коротко стриженные, с непроницаемыми лицами. Один из них молча сунул руку в карман куртки и что-то достал.

– По-моему, это кастет, – сказал двойник. – Однажды тебе уже приходилось получать кастетом по лицу. Приятного мало.

– Помолчи, – велел Глеб, внимательно наблюдая за бандитами. – Ты меня отвлекаешь.

– Тогда ты отделался треснувшей челюстью. Но сейчас все может закончиться гораздо плачевнее. Эти горные козлы убьют тебя, Глеб.

– Пускай, – процедил Корсак сквозь сжатые зубы. – Не велика потеря.

– Тут я с тобой соглашусь.

Глеб криво ухмыльнулся:

– Может, ты наконец заткнешься?

– Заткнусь, когда эти ребята пробьют тебе голову, – сказал двойник.

– Я заткну тебя раньше.

– Как?

– Просто не буду тебя слушать, и ты исчезнешь.

– Ты уже пробовал. Но у тебя ничего не вышло.

– На этот раз выйдет. И можешь болтать, сколько пожелаешь!

Парни переглянулись. Один из них обернулся к «Лексусу» и громко сказал:

– Шалва Георгиевич, он сумасшедший! Он разговаривает сам с собой!

Глеб посмотрел на Гурамова и хрипло воскликнул:

– Темная сила! Слишком много тьмы! Мне не хватает света!

– Босс, нам заняться этим клоуном? – пробасил второй головорез.

Гурамов пристальнее вгляделся в лицо Глеба, в его блестящие расширившиеся глаза, судорожно сжатые, подергивающиеся губы.

– Не надо, – сказал Гурамов. – Кого Бог хочет наказать, того он лишает разума.

– Но…

– Он уже наказан. В машину! – приказал депутат своим костоломам.

Те послушно вернулись, быстро подошли к «Лексусу» и скрылись в его темной урчащей утробе.

Гурамов еще раз внимательно оглядел Корсака.

– Жаль, – сказал он. – Печально, когда умный человек превращается в развалину.

Глеб пошатнулся. Потом опустился на асфальт и обхватил голову руками.

– Мы за ним вернемся? – спросил Гурамова один из помощников.

– Только если он выздоровеет. В чем я лично сильно сомневаюсь. Трогай! – приказал он водителю.

«Лексус» тронулся с места и покатил прочь, быстро набирая скорость.

– Кажется, я только что спас тебе жизнь, – сказал двойник.

Глеб не отозвался.

– Призраков не существует, – хрипло произнес он, рассуждая вслух, а не отвечая двойнику. – Мертвецы не оживают. Их не окликнешь, не увидишь, с ними не поговоришь, даже по телефону.

Внезапно по его бледному лицу пробежала судорога.

– Или поговоришь? – взволнованно произнес Глеб. – Плоть и кровь… Плоть и кровь…

Двойник смотрел на него сочувственно.

– Плохи твои дела, Глеб Олегович, – сказал он. – Сумасшествие приводит к распаду личности. И наблюдать за этим грустно.

Глеб по-прежнему его не слушал. Подрагивающей рукою он достал из кармана мобильник. В глазах у него двоилось. Он тряхнул головой и попытался сконцентрироваться.

– Это не поможет, – с сожалением сообщил двойник. – Ты выпил слишком много таблеток. Теперь пришло время расплачиваться.

Глеб трясущимся пальцем нажал на кнопку и вызвал меню контактов. Имена расплывались у него перед глазами. Он приблизил телефон к лицу и прищурился, силясь отыскать среди прыгающих и раздваивающихся записей имя «Маша».

– Говорю тебе – это бесполезно, – продолжал гнуть свою линию двойник.

Глеб нажал на зеленую кнопку. На пару секунд он нырнул в пропасть, потеряв сознание, но все-таки смог выбраться из этой мрачной глубины и услышать короткие гудки.

Тогда он отвел телефон от уха и нажал на кнопку «Создать сообщение».

– Хочешь заразить ее своим сумасшествием? – улыбнулся двойник. – Валяй, заражай!

Глеб в его сторону даже не взглянул. Изо всех сил пытаясь удержаться на плаву, он набил пальцем сообщение. Три слова. На четвертом палец его соскользнул с экрана, и оно осталось недописанным. Теряя сознание, Корсак успел нажать на кнопку «Отправить». Затем трубка выпала у него из рук.

Глеб сидел на асфальте, глядя перед собой пустыми глазами. Тьма победила.

– Ну, что? – спросил Стас, сидя на краю стола с чашкой кофе в руке.

– Телефон абонента выключен, – ответила Маша. – Где же он?

– Может, поехал еще кого-нибудь убить? – иронично предположил Стас.

Маша бросила на него строгий взгляд.

– Стасис, это бред. Глеб никого не убивал. Он вообще в этом не замешан.

Капитан Данилов пожал плечами:

– Он мне сам позвонил. Сказал, что убил Екатерину Суховей и еще кого-то. Полагаю, он имел в виду Игоря Пряшникова и Артура Ройзмана. Он ведь не сумасшедший, чтобы понапрасну брать на себя такую вину?

– Может, он хотел тебя разыграть? – предположил Толя Волохов. – У Глеба странное чувство юмора. Я часто его не понимаю.

– Ты не самый понятливый человек на свете, Толян.

– А ты – не самый тактичный, Стас.

Коллеги мило друг другу улыбнулись. На столе зазвонил телефон для внутренней связи. Маша сняла трубку.

– Мария Александровна, это полковник Жук, – услышала она ровный, лишенный всякого намека на какие-либо эмоции голос Старика.