Страж водопоя - Эдуард Веркин

Я бы Светку уже поставил на ноги, с ног-то она не валилась всё-таки, но он не отпустил. Сильный Лисин, а по виду не скажешь. По виду такой заплесневелый мужичок, плечи неширокие, пузо. А протащил Светку на руках, наверное, с километр. А Светка, между прочим, не самая лёгкая, это с виду она на шнурки похожа, но кость тяжёлая.

Наверное, Лисин когда-то тоже был лучшим лесорубом. До тех пор как в жизни ему начала вдруг улыбаться голодной улыбкой бешеная, выше всяких надежд и ожиданий, удача.

Дорога была не дорога, а так, старая, проросшая мхом колея, сам я такую дорогу и с десяти метров не заметил бы, точно. Развернувшись поперёк колеи, блестел джип Лисина с открытыми дверцами.

– Через двадцать минут будем дома, – заверил Лисин. – Всё будет хорошо.

На дороге стояли ещё две сильно залепленных грязью машины, одна «буханка» с надписью «Электросети», другая полицейская.

Возле полицейской нервно курила Юлия Владимировна.

– Ну, наконец-то! – обрадовалась она, увидев нас, отбросила сигарету. – Всё в порядке? С девочкой всё в порядке?

Лисин не ответил, прошёл мимо Юлии Владимировны к своему джипу.

– Всё в порядке? – Юлия Владимировна поглядела на меня.

– Не очень, – ответил я. – У неё, кажется, заражение крови.

– Заражение крови?! – Юлия Владимировна побледнела.

– Рана на руке, – сказал я. – Возможно, попала инфекция…

– Инфекция… – У Юлии Владимировны задрожали губы, как и у Столетова. – Это… надолго? Михаил?

Юлия Владимировна поспешила за Лисиным.

– Не думаю, – ответил Лисин. – Вряд ли что-то серьёзное, думаю, обработки йодом хватит.

– Йодом… – Юлия Владимировна стала хрустеть пальцами. – Вы можете гарантировать…

– Я ничего не могу гарантировать. – Лисин бережно поместил Светку на заднее сиденье своего джипа. – Хотя йод, конечно, чудесное средство, излечивает буквально от всего.

– От него кошки дохнут, – вмешалась Светка. – Это о многом говорит.

Лисин закрыл дверцу. Я сел спереди, рядом с ним.

– Там какой-то странный лес, – сказал я. – Весь выпитый будто…

– Выпитый лес, – кивнул Лисин. – Да, знаю, есть там такой угол. Там паразит в почве.

– Много что-то у вас паразитов, – сказал я. – То проволочник, то спорынья.

– Термиты ещё, – вмешалась Светка. – Термиты сожрут весь мир, а кошки его завоюют. Есть ещё бобры, Михаил Петрович, вы знаете про бобров?

Подошёл Столетов, открыл багажник и залез туда, на откидное. Выставился длинными ногами, повис на поручнях, занял всё багажное пространство. Как огромный богомол, подумал я. С такими же ручищами, с такими же ногами, с топорами и пилой, с винтовками и обрезами.

– Вот и говорю – паразитов много у вас, – повторил я.

– Природа, – пожал плечами Лисин. – Периодически в ней начинает разная дрянь размножаться… С этим надо бороться.

– У нас нет никаких паразитов, – назидательно сказала Юлия Владимировна. – У нас стерильность. И хватит разговаривать, пора в больницу.

Лисин завёл двигатель.

Юлия Владимировна поспешила к своей машине.

Мы тряслись в джипе. Лисин молчал. Я думал, он будет спрашивать нас – почему мы удрали? Почему, как дураки, подались в лес? И я уже придумал глупое и беспомощное враньё – пошли набрать ягод, но заблудились в трёх соснах. Но Лисин ничего не спрашивал, рулил.

Столетов сидел за спиной, молчал, иногда шевелился, отчего казалось, что шевелением наполняется весь салон.

Да уж. Да. Ловушка захлопнулась. Теперь уже надёжно, с гарантией. Мы попробовали убежать, у нас не получилось. Холмы – хитрый город.

Заражения крови у Светки не нашлось. Других недугов тоже. Расчёс на руке дежурная обработала, но не йодом, а антисептиком из баллончика. После чего мы выпили по литру воды с регидроном. Нам немедленно полегчало. Светка перестала чесаться и выглядела хоть и измождённо, но уже не болезненно. Хотя мысли во взгляде не очень много полоскалось, на самом-самом донышке.

Сегодня никакой еды не было, только горячий чай и горький шоколад. Мы посидели и попили. То есть мы долго сидели в столовой, пили чай, грызли сухари и жевали шоколад. Ни сил, ни желания разговаривать не было, но я сказал:

– Завтра надо будет опять попробовать.

Светка не ответила, жевала шоколад.

– Надо найти автосервис, – сказал я. – Купить пару автомобильных камер, накачать. Деньги остались…

– Я спать. – Светка поднялась из-за стола.

– Погоди…

– Я хочу спать.

Светка направилась на второй этаж. В нашу палату. Я поплёлся за ней. Не стал переубеждать, проспаться действительно надо. На свежий мозг видится всё иначе, где его возьмёшь, свежий-то мозг?

Я устал. Только сейчас это почувствовал по-настоящему. С трудом поднялся по лестнице, болели и ноги, и спина, и шея, хотелось в горячую ванну с морской солью. Насыпать крупной соли на дно, залить горячей водой, потом лежать, чувствуя, как острые соляные пирамидки втыкаются в кожу. Час бы пролежал.

Светка шагала первой.

Возле нашей комнаты со слоником на полу сидели плюшевые мишки. Много, наверное, сотня штук. Разного размера. Они сидели у двери и вдоль стены и смотрели в нашу сторону.

Но Светка не обратила на них никакого внимания, открыла дверь, мишки отъехали в сторону, Светка перешагнула через них. Я отчего-то не стал перешагивать, не люблю через головы, пусть даже и игрушечные, отодвинул мишек в сторону, вошёл в палату.

Светка уже спала, упав лицом в подушку. Она спала, и я тоже сел на кровать и уснул. Хотя знал, что спать никак нельзя, но щёлк…

Что-то исчезло из мира вокруг, и я проснулся. Сначала я никак не мог понять что. Стены были на месте, и Светка на месте, и луна на небе, но чего-то не хватало.

Топоров.

Топоры замолчали. Тишина была страшной. Однажды я попал в смерч. Не один я, а мы все попали, и я, и отец, и Светка ещё, она тогда совсем маленькая была. Смерч получился не самый свирепый, всего лишь переворачивал машины, поднимал крыши и вытаптывал поля. Но перед его появлением тоже стало тихо. Тишина эта нарастала, тишины стало невыносимо много, я почувствовал, что глохну, что голова начинает раскалываться, что небо давит на землю и что земля может и не выдержать. Из облаков опустилась тонкая игла, она завертелась, набрала силы и оформилась в пыльный столб, и он начал свой путь. Но за секунду до появления смерча тишина сделалась…

Такой, как была сейчас.

– Ты слышишь? – спросила Светка.

Проснулась.

– Слышу.