Похититель детей - Джеральд Бром

– Прежде всего ты должен выучиться почтению к вышестоящим. Можешь начать с правильного обращения ко мне. Мой титул – лорд. Например: «лорд Ульфгер, позволь мне…» Или: «не позволишь ли мне, лорд Ульфгер…» Неужели ты не в состоянии запомнить эти простейшие начатки этикета?

Питер непонимающе взглянул на него, однако кивнул.

– Нет! Ты не имеешь права кивать мне. Никогда больше не смей мне кивать. Это позволительно только между равными. Понятно?

Питер пожал плечами.

Ульфгер остановился.

– Ты что – дурачок? Пожимать плечами – то же самое, что кивать. Попробуй снова.

– Что попробовать?

– Нет! – зарычал Ульфгер. – Надо так: «Что попробовать, лорд Ульфгер?»

С завистью вслушиваясь в воодушевленные детские крики, Питер попытался глянуть вперед, мимо рослого мальчишки.

– Скажи же это.

– «Это», лорд Ульфгер.

Ульфгер испустил раздраженный вздох.

– Если тебе доверят охранять хоть ночной горшок горничной, можешь считать, что тебе повезло.

– Ночной горшок? Что это?

– Ладно, забудь.

С усталым вздохом Ульфгер открыл двери во двор.

Была ночь, но двор освещали сотни оранжевых фонарей. Более дюжины эльфийских детишек – мальчиков и девочек всех возрастов – карабкались на группу стоячих камней неподалеку, с визгом носились вокруг. Несколько малышей, вооруженных тупыми деревянными мечами и копьями, разбились на два отряда – один штурмовал камни, другой защищал их.

– Эй, вот он! – закричал какой-то мальчик. – Тот самый, что оставил ведьму без глаза!

Все бросились поглядеть на Питера и встали вокруг, на расстоянии, точно опасаясь, как бы он не укусил.

– Лорд Ульфгер, – спросила одна из девочек, – это правда? Этот мальчик в самом деле выжег ведьме глаз?

– Так говорят, если вам угодно верить подобным сказкам.

– С виду он не настолько силен, – заметил один из мальчишек.

– Он питает надежду вступить в ряды стражи Владычицы, – сказал Ульфгер.

Дети прыснули от смеха.

Питер взглянул на Ульфгера.

– Лорд Ульфгер, что в этом смешного?

– Да то, что ты – неотесанный полукровка, не знающий даже начатков придворного этикета. Вы только посмотрите, во что он одет. Кому захочется иметь в своей свите такую грязную обезьяну? А маршировать ты умеешь? А видел ли хоть раз торжественный парад? А что ты знаешь о титулах, церемониях и манерах? Чтобы стать стражем, одной храбрости мало.

Питер понуро уткнулся взглядом в землю. Он и не думал, что быть стражем – это так сложно.

– Не горюй, – утешил его Ульфгер. – Из тебя выйдет прекрасный уборщик навоза. А теперь иди, играй в свои бездумные игры вместе с остальными, – он обвел ребятишек злым взглядом. – Ступайте все! Прочь с глаз моих!

Мальчики и девочки помчались к камням. Питер побежал вдогонку, радуясь, что наконец отделался от этого мрачного рослого мальчишки.

Дети окружили Питера, глядя на него так, точно он только что вылупился из яйца.

– А тебе страшно было? – спросила девочка с веснушчатым лицом.

Ее передние зубы были так велики, что она очень напоминала кролика.

– Страшно? – Питер захохотал и выпятил грудь. – Ничуточки! – он натянул капюшон из волчьей головы. – Я победил волка. Я ничего не боюсь!

– А как тебе это удалось? – спросил бритоголовый мальчишка с коркой засохшей грязи вокруг губ, заставившей Питера задуматься, что же этот парень такое ел.

– Вы правда хотите это знать? – спросил Питер в ответ.

Ребята дружно закивали головами.

– Предупреждаю, это очень страшная история. Вы уверены, что хотите услышать ее?

Дети подались вперед и вновь закивали, сгорая от любопытства.

– Что ж, так и быть, я расскажу вам. Я гулял по болоту, один, и вдруг она выскочила из норы и преградила мне путь. Вид ее был ужасен: рогатая, вся в чешуе, вместо волос – клубок змей, а зубы зеленые и длинные, будто кинжалы. Пуская слюни, лязгая зубами, она кинулась прямо на меня.

Детишки обменялись быстрыми испуганными взглядами; некоторые закрыли ладонями лица.

– Любой другой наверняка завизжал бы и пустился наутек. Но только не я. Я выхватил свой нож, – Питер поднял с земли палку, – и обратил ее в бегство, – скорчив страшную рожу, он зарычал и принялся тыкать палкой перед собой. – Я гнался за ней до самой ее вонючей норы. Но в ее логове оказалось полным-полно демонов и других чудищ, и она ка-ак напустит их всех на меня! Мой нож сломался об их толстые шкуры, пришлось биться голыми руками. Тут ведьма ка-ак зашипит, ка-ак защелкает зубами! Прыг на меня сзади, да когтями ка-ак вцепится! А я ка-ак швырну ее через всю пещеру! Потом я выхватил из огня лучину и воткнул ей прямо в глаз – вот так! – Оскалив зубы, Питер ткнул палкой в воздух и несколько раз провернул ее из стороны в сторону. – Я мог бы убить ее насмерть, но тут она заплакала и запросила пощады. Убить ее было бы трусостью, и я пощадил ее жизнь. Но, – подняв палец кверху, Питер сощурился, – честно предупредил. Сказал: если ты еще хоть раз нападешь хоть на одного ребенка, я вернусь, да ка-ак вырву твое черное сердце!

Ребятишки смотрели на него, в благоговейном молчании вытаращив глаза. Наконец девочка с кроличьими зубами тихонько выдохнула:

– Ух ты…

Еще несколько ребят подхватили ее вздох. Девочка с кроличьими зубами придвинулась к Питеру.

– Какой ты смелый, – с игривой улыбкой сказала она.

Питер покраснел и ухмыльнулся.

– Чего там, я просто выполнил свой долг!

Бритоголовый мальчишка хмуро глянул на девочку и устремил жесткий взгляд на Питера.

– А я вот не верю, чтобы хоть кому-то хватило смелости на такое.

Питер только пожал плечами.

– Если ты такой смелый, давай посмотрим, сможешь ли поймать огненную саламандру.

– Кого?

– Огненную саламандру, – повторил мальчишка. – Чтобы поймать ее, действительно нужна смелость. Они кусаются, как пятьдесят шершней!

– Зачем мне ее ловить?

В глазах эльфийского мальчишки сверкнули искорки.

– А спорим, побоишься?

Все остальные выжидающе уставились на Питера.

– Ну что ж, если б я знал, где их искать, то мигом поймал бы одну, – сказал Питер.

Ребята разом заухмылялись.

– Чего это вы?

Улыбка бритоголового растянулась от уха до уха.

– Могу показать, где их целая куча.

– А-а… Ну… – промямлил Питер, чувствуя на себе взгляд девочки. – Ну ладно. Показывай.