Стрелок - Игорь Шабельников

Переход через Агропром прошел на редкость удачно. Людей мы вообще не видели. Встреченная нами малочисленная стая слепых псов, на удивление, не проявила особой агрессивности – пары выстрелов в воздух хватило, чтобы собаки разбежались. Я не жаждал крови, поэтому был рад, что не пришлось опробовать «швейную машинку» в деле. А вот Меченый остался недоволен таким поведением собак и даже изменил намеченный маршрут. Когда он вывел нас к ручью и пошел по воде, я понял – он опасается, что, если мы не успеем до темноты добраться до рабочего посёлка, то собаки нас смогут выследить по запаху и, несмотря на свою малочисленность, могут попытаться напасть на нас ночью, они, ведь слепые, им ночью охотиться «сподручней».

К заброшенному рабочему посёлку вблизи Ремонтных мастерских мы вышли в сумерках. Самих мастерских видно уже не было, была видна на фоне более светлого неба только каменная труба котельной. Я думал мы разведем костерок и приготовим на ужин какую-нибудь шулюмку. Но Меченый костра разводить не разрешил, велел забираться на чердак полуразвалившегося двухэтажного дома. Поужинали всухомятку. После ужина Меченый отправил меня спать. Я, завернувшись в свою накидку, мгновенно уснул.

Меченый разбудил меня после полуночи. Заступая на дежурство, я предложил ему свою накидку, но он отказался, мол, батареи полностью заряжены, он включит обогрев термобелья. Надо будет прикупить такое.

Я выбрался к пролому в крыше чердака. Завернувшись в накидку, уселся, привалившись спиной к доскам, приготовился ждать рассвета. Меченый был прав, несмотря на предпринятые им меры предосторожности, худшие его опасения подтвердились. Собаки нас всё же выследили – серыми тенями, время от времени, они мелькали между домами и шуршали лапами по палой листве. Странно, что они не скулят и не тявкают. Как они, черт возьми, вообще общаются?

Ладно, до утра мы в безопасности, собакам нас на чердаке не достать. А с рассветом их шансы поживиться нами вообще сойдут на нет. Глянул на силуэт кирпичной трубы – вот сюда, в мастерские, мне надо. Призрак, вот моя реальная надежда выйти на инопланетян – Гурон ведь отводил Призрака на встречу с механоидами в Мертвый город. Отделаюсь на станции Янов от Меченого и по уже пройденному маршруту двину обратно.

Уже забрезжил рассвет, когда в противоположном конце поселка раздались собачий лай и выстрелы. Меченый мгновенно проснулся и присоединился ко мне в проломе крыши.

– Меченый, я слышал, что сталкеры стороной обходят Ремонтные мастерские. Будто бы там обитает Призрак. Может, это он? – спросил я.

– Не знаю, есть там Призрак или нет. Ремонтные мастерские и без Призрака гиблое место – мешанина аномалий, – ответил Меченый.

– Но кто-то же стреляет! – возразил я.

– Если это Призрак, то он, должно быть, обвешан оружием, как ёлка игрушками на новый год – палит одновременно из нескольких стволов. Слышишь, это Калаш, теперь дробовик, а вот Макаров и снова Калаш! – сказал Меченый.

– Может, надо помочь? – спросил я.

– Кому? Разве, что собакам! – удивился Меченый.

– И что нам делать? – спросил я.

– По-хорошему – сматываться отсюда надо, – ответил Меченый.

Ответ Меченого меня обескуражил. А говорили – Меченый – отморозок, ничего не боится. Я сидел растерянный, все планы летят к чертям.

– Ладно, давай сюда свою плащ-накидку. Я схожу, посмотрю, что там и как, а ты сиди тут тихо, не светись, – сказал Меченый.

Меченый накинул накидку и, прихватив винторез, спустился с чердака. Вернулся только через полтора часа моего томительного ожидания.

– Бандиты, не меньше полутора десятков. Хорошо окопались, сволочи. «Оседлали» проход между аномалиями, пробиться через их заслон к станции Янов – маловероятно, – доложил Меченый.

– Я так понимаю, других проходов отсюда к станции Янов нет, придется возвращаться? – спросил я.

– Есть одна мысля, – замялся Меченый.

– Говори, – сказал я.

– Тут, внизу, валяется рваный костюм химзащиты, – сказал Меченый.

К чему он это сказал? Я недоуменно молчал.

– К мастерским, с той стороны, подходит ветка железной дороги. Возле стрелки в кювете валяется ручная дрезина. Весит она килограмм, наверно, триста, но вдвоем, я думаю, мы сможем поставить её на рельсы, – сказал Меченый.

– Всем известно, что железнодорожное полотно всё в пятнах радиоактивного заражения. По железной дороге давно никто из сталкеров не ездит и не ходит, – возразил я убежденно.

– Нет там уже пятен радиоактивного заражения, были, да все вышли, один фон остался! – возразил Меченый.

– Зато появились проплешины аномалий, – сказал я.

– Только «Электра» и «Жарка», – сказал Меченый.

– А что, этого мало? Эти аномалии убивают не хуже остальных, – сказал я.

– Послушай, через «Электру» можно пройти. Время перезаряда «Электры» чуть меньше секунды, если бежать за разрядом, то можно проскочить через аномалию невредимым, сказал Меченый.

– А сам-то ты пробовал? – с усмешкой спросил я.

– Да, пришлось попробовать. Помнишь аномалию в туннеле под железной дорогой на Кордоне? Так вот, возвращался я однажды на Кордон, патроны, сам понимаешь, после ходки на исходе. Вот возле того туннеля бандюки меня зажали. Я отстреливался, пока патроны не кончились, а дальше – хоть ложись и помирай. Вот я и рискнул – поднял с земли покрышку от колеса УАЗа и катнул её через аномалию, а сам побежал следом. И, как видишь, остался жив. Вот так и рождаются мифы о Призраках. Представляешь лица бандитов, когда они полчаса вели бой неизвестно с кем, а никого ни перед туннелем, ни в аномалии потом не оказалось.

Положим, насчет Призрака, Меченый не прав – я бывшего сталкера по кличке Матис видел живого. А вот насчет «Электры» Меченый, пожалуй, не врёт.

– А как быть с «Жаркой»? – спросил я.

– А что такое «Жарка»? Это разгорающиеся столбы огня? Но эти столбы тоже не вмиг разгораются. Кроме того дрезина имеет платформу, которая нас и прикроет от огня, – продолжал убеждать меня Меченый.

– А платформа, небось, деревянная, – съехидничал я.

– Вот именно, дюймовая доска – такую враз не прожжешь. Мало? Можем ещё погрузить на платформу шпалы, – сказал Меченый.

– А рваный костюм химзащиты нам нафиг? – спросил я.

Спросил и понял, что я фактически уже согласился с предложением Меченого.

– Мы используем его как детонатор, спусковой крючок. Приладим к дрезине две жердины, спереди к ним прикрутим проволокой за рукава костюм, так, чтобы сапоги костюма волоклись по земле. Вот он-то и будет принимать на себя статический разряд, и отводить его в землю.

– Ладно, давай, попробуем, – после минутного колебанья сказал я.

Верно, говорили, что Меченый – безбашенный отморозок. И я с ним становлюсь таким же.