Ведьмы танцуют в огне - Юрий Чучмай

— Да, разбойники нынче что-то совсем обнаглели, — задумчиво проронил тот. — Однако впервые слышу, чтобы они на церковных людей нападали. Всё более крестьянскими обозами промышляют да благородных, упаси Господи, грабят.

Готфрид пожал плечами. Какая выгода разбойникам в тряпках Хэлены, нескольких талерах и шпаге? Ах да, ещё сапоги кучера. И кони с каретой. И всё равно мало, даже в сравнении с бедным крестьянским обозом. Наверное им кто-то заплатил… А уж этот кто-то известен.

— Если бы не Готфрид, то нас бы уже убили, — тихо сказала Хэлена, однако все расслышали. У неё вообще было странное умение: говорить тихо, но весомо. — Он нас обоих спас.

— Что ж, на то и существуют мужчины, — улыбнулся хозяин.

Только сейчас Готфрид начал замечать, что Хэлена поглядывает на него украдкой. Скромно, но с интересом.

Они остались в крестьянском доме. Хэлена зашила его порванную рубаху, а хозяева накормили завтраком.

К полудню вышли на тракт. Множество пустых обозов и телег шло из Бамберга в родные деревни. Крестьяне возвращались с торгов, везя, домой деньги и истории. Этими-то историями они с радостью делились в пути.

Эрланген был небольшой деревенькой, каких много в любой стране. Грунтовые улицы, которые осенью и весной превращаются в болота. Дома, как правило, сложенные из песчаника снизу и деревянные сверху. И вся деревня строилась вокруг центра — церкви, как строятся все поселения в Европе. Готфрид и Хэлена вошли в неё ближе к вечеру. Давешняя гроза уже улеглась и лишь прохладный ветерок иногда дышал им в лица. Что же, придётся искать место для ночлега, однако чем платить, Готфрид не знал. О чём и сказал Хэлене с толикой смущения.

— Ничего, — сказала она будничным тоном, указывая на декольте, — у меня есть немного денег, на какое-то время хватит.

Готфрид нахмурился — мало того, что он, мужчина, не смог обеспечить их жильём и пищей, так ещё придётся существовать на немногие сбережения Хэлены. Конечно, в том что у них не осталось денег, виноват совсем не Готфрид, но это его мало успокаивало. Досадно.

— Я всю одежду растеряла, мне теперь не в чем ходить, — пожаловалась тем временем колдунья. — Одно только дорожное платье и осталось.

Готфрид совершенно не понимал этой проблемы, однако покивал, словно соглашаясь. Дорожное платье? Ну и что? Разве мало? Не голышом ведь ходишь.

А Хэлена только досадно вздохнула, будто бы услышав его мысли. Или это только показалось?

— Нужно тогда искать постоялый двор, — сказал Готфрид как бы невзначай, но тем не менее чувствуя себя иждивенцем, уже бессовестно тратящим деньги Хэлены.

— Ничего не нужно искать, давай просто спросим…

— Да его легко будет найти — все постоялые дворы выглядят примерно одинаково.

Однако через полчаса бесплодных поисков они всё же спросили дорогу у одного из местных жителей, и он указал им на приземистое каменное строение на другом конце деревни.

— «Ужин и кров» — прочитала Хэлена вывеску, и Готфрид удивился тому, что она умеет читать. Не то что все эти девицы, которые только и думают о том, как бы поскорее замуж выскочить, нарожать кучу детей, да жить горя не зная, не прочитав ни одной святой книги. Эта казалась не такой, хотя кто поручится?

Внутри было душно и пахло, как ни странно, раухбиром. Наверное завозили из Бамберга или освоили рецепт в какой-нибудь местной пивоварне. Запах копчёностей и хмеля наполнял это помещение. Три ряда столов, поставленных впритык друг к другу, образовывали три длинных стола, за которыми, на крепких лавках, сидели постояльцы. Целыми компаниями или в одиночку они громко болтали о войне, будущем урожае или же в молчании поглощали пищу. Гостиница была полна в первую очередь проезжими, спешащими по торговым делам людьми, путь которых пролегал через Эрланген. Оно и понятно — едва утряслось буйное весеннее бездорожье, едва пути стали пригодны для сколько-нибудь приличной езды, как несметные полчища торговцев и ловцов удачи хлынули по ним, принося прибыль придорожным гостиницам и тавернам. И даже постоянные дожди, периодически смывавшие дороги, их не останавливали.

Они заплатили хозяину за домик из двух комнат и отправились туда, чтобы передохнуть с дороги.

Хэлена сразу скрылась в дальней комнате, закрыла дверь на засов. Немного повозившись, она извлекла из-под юбки небольшой узкий кинжал в кожаных ножнах, который был пристёгнут ремешками к её бедру. Ходить с ним было неудобно — рукоять вечно тёрлась о другую ногу, но приходилось терпеть. Она бросила его на постель, но тут в дверь постучали. Хэлена поспешно спрятала оружие под тюфяк и открыла. В проёме стоял Готфрид.

— Я хочу обойти деревню и опросить людей, — сказал он. — Если ты устала, можешь пока отдохнуть.

— Нет, нет, — сказала колдунья. — Я пойду с тобой. Но, может быть, сначала пообедаем?

Так они и сделали.

В трапезном зале постоялого двора было тепло и светло — как раз то что нужно уставшему путнику после холодных лесных дорог, изрядно испорченных моросящими дождями.

Оставшиеся деньги позволяли обедать только капустой с горохом.

— Денег ещё на пару дней осталось, — сказал Готфрид. — Потом надо будет что-то делать. Можно к трактирщику наняться, дрова рубить. Можно телеги разгружать.

Хэлена кивнула.

— А можно отправить письмо герру Фёрнеру…

Однако Готфрид только отмахнулся.

— Сказать, что нас ограбили? Даже шпагу забрали, выродки. Я бы их всех…

Он тихонько пристукнул кулаком по столу.

— Я думаю, герр Фёрнер вышлет нам денег, — сказала Хэлена.

— Вышлет, — эхом откликнулся Готфрид. Однако просить ему не хотелось. Совесть бы потом всё припомнила. Поэтому он постарался перевести разговор в другое русло.

— Герр Фёрнер сказал, что ты можешь помочь нашим поискам? Что ты, вроде бы, — он понизил голос, — белая колдунья?

— Да, — кивнула Хэлена. — Я могу найти обладателя по вещи, которая ему принадлежала долгое время. Могу сделать лечебное зелье, от которого раны быстрее затянутся.

Готфрид только дёрнул щекой. Использовать колдовство ему очень не хотелось.

— Ты не любишь магию? — огорчённо спросила она.

— Не люблю, — кивнул Готфрид. — Вся магия от дьявола.

— А если она приносит благо? Магией, например, можно исцелить человека.

— Но только тело.

— Ну, да, только тело, — кивнула она. — Но разве этого мало? При помощи магии можно найти этого чародея, Флока.

— Фёрнер тебе верит, — холодно сказал Готфрид. — Я же… Не знаю. Если бы не Фёрнер, я бы тебя давно арестовал. Но, кажется, ты хороший человек.

— Спасибо, — немного смущённо ответила она.