За пять минут до - Николай Бахрошин

Потом мечтать стало некогда – жил, карабкался, пробивался к этим самым деньгам, выхватывая куски из зубов судьбы. Когда мечтать? Некогда мечтать, надо дела делать! Виделось иногда что-то смутное, как станет он, наконец, миллионером – выходит этак из лимузина, охрана дверь открывает, девицы с ногами длинней ходулей, голые и горячие под мехами, по бокам липнут, в глаза заглядывают… Но это же не мечта, цель. Потому что будет в конце концов!

– Достаточно. Можно считать, ты ответил, – прервал Закраевский его заминку. – Просто, понятно и в целом меня устраивает. – Олигарх задумчиво пыхнул сигарой.

Леха, честно сказать, не понял, о чем он, но промолчал. Как умный.

– Мне понадобится министр обороны, – вдруг сказал Закраевский. – Ты хочешь занять этот пост? В моем правительстве?

Леха растерянно открыл рот. И снова закрыл, отчетливо, с громким костяным звуком, щелкнув челюстью.

– Это ответ? – Север насмешливо скривился. – Хорошо… Итак, лет через восемь – десять, по моим прикидкам, я стану президентом России. Это не так сложно, как кажется. Те, кто сейчас у власти в этой стране, слишком полагаются на подхалимские рейтинги и дутые цифры статистики. А я наконец остановлю инфляцию, подниму экономику, дам всем жилье и работу. Это тоже не сложно, если по-настоящему использовать ресурсы страны и включить определенные карательные механизмы. Обеспечить подъем страны – на это потребуется еще десять-пятнадцать лет… Зачем, спросишь? Ты, я знаю, большой ходок, Алексей Федоров, так вот, чтоб тебе было понятнее, – нормальную девку сначала кормят и поят, потом имеют. Тогда она отдается тебе с благодарностью. Если же девку только дерут и ни разу не поцелуют, тогда у нее вырабатывается психология шлюхи, которая не любит себя и ненавидит других. Эта же аналогия применима к власти, к любой власти. Не только брать, что-то давать взамен. Русский народ при всех властях – и при царе, и при коммунистах, и при демократах – имели много, но кормить забывали. Перетерпит, мол, трудные времена как-нибудь, дальше наладится. Естественно, что при таком подходе ничего не налаживается, а временные трудности становятся постоянными. Улавливаешь мою мысль?

– Слежу, – осторожно согласился Леха.

– Хорошо… Закономерно ситуация пришла к тому, что народ наш подрастерял исконное славянское добродушие, стал злым, завистливым и склонным к оголтелому анархизму. Чтобы использовать страну для своих целей, такое положение вещей надо менять. Но – в нужную сторону, потешив буйство масс приговорами и казнями и сохранив как ресурс накопленный потенциал злости. Здесь, я планирую, главную роль должны сыграть спецслужбы и армия как самая реальная сила… В сущности, я даже благодарен предыдущим бездарным правителям – всем этим николашкам, иоськам, борькам и остальным, которые так старательно подготовили почву для моего будущего правления… Итак, я повторяю вопрос, прапорщик, ты хочешь стать министром обороны? Для начала – России.

– Для начала? – выдохнул Леха. Он далеко не все понял, но даже понятого хватило, чтобы обалдеть.

– Вот это хороший вопрос – правильный и допустимый. Став хозяином одной шестой части суши, было бы глупо оставить пять шестых разным придуркам. Используя потенциал России, очень немалый потенциал, я намерен подчинить себе весь мир. Наша планета уже созрела для одного правителя и единого правительства, только пока об этом не подозревает. Пресловутый Евросоюз – забавная выдумка, где умные банкиры облапошили недалеких политиков, – все-таки показал, что человечество уже способно принять идею объединения народов. Настолько же очевидно, что людям становится тесно на Земле, как тесно соседям в коммунальной квартире. Почему, думаешь, страны погрязли в дрязгах, называемых войнами и политикой? Да потому что силу девать некуда! Вся эта декларируемая борьба за рынки сбыта и зоны влияния имеет не только экономическую подоплеку, как считается. В глубине процесса лежит еще более простое объяснение – от переизбытка сил. Поэтому я намерен прекратить данную возню и предложить человечеству нечто более интересное и глобальное – Великий Путь! Покорение космоса, настоящее покорение. Как идею, как религию и философию. Великий Путь, – повторил Север, словно смакуя эти слова. – Будущее человечества не на Земле, а в космосе, именно там неисчерпаемые ресурсы и бескрайние, необжитые просторы. Там – будущее, здесь – прошлое, а между ними – интересное настоящее с подвигами и свершениями… Как думаешь, – прервал сам себя Север, – построив за несколько лет финансовую империю с миллиардными оборотами, я отдаю себе отчет в реальности поставленных целей?

Леха думал. Молчал подавленно. Что это – бред олигарха, которому нечего больше хотеть? Мания величия? Сумасшествие?!

Ладно, стать президентом страны, отлить себе акций «Газпрома», щипать за ляжки гимнасток и фигуристок – это хотя бы реально. Наверное… Хотя бы понятно. Но – объединение планеты, космос, Великий Путь… С ума чеколдыкнуться!

Но ведь есть в этом что-то! Ведь не кто-нибудь это говорит, сам Север Закраевский, богатейший из богатейших! Не какой-то б/у доцент, что полез во власть от нищеты научной зарплаты, это – глыба, гора Эверест. Верилось ему, Северу, вот в чем дело!.. Глянешь в зеленые немигающие глаза тигра с какой-то явной и неуловимой странностью взгляда – и начинаешь верить, что этот своего добьется. Что именно его Идея поставит раком не только Россию, но и всю планету…

Он сможет! – мелькнуло у Лехи. А значит…

– Крови много будет, – нерешительно предположил он.

– Тебя это пугает? Будет, конечно, – подтвердил Закраевский. – Сначала в России, потом в мире. Даже больше, чем тебе кажется, много больше. Некоторым народам, я считаю, вообще пора исчезнуть с мировой карты. Их надо просто вытравить, как клопов из дивана.

– Евреёв будем мочить? – сообразил Леха.

Закраевский поморщился:

– Банально, прапорщик, банально до отупения. Охота на евреев – развлекалочка для немытых крестоносцев и самовлюбленных фюреров. Людям нужна не груша для битья, а настоящий враг – агрессивный, непримиримый и мало понятный. Тот, с чьей жестокостью они уже сталкивались и кого боятся до ночных кошмаров. Не скрипи так сильно мозгами, не люблю звука ржавчины, – я имею в виду исламский фундаментализм и весь исламский мир в целом. Вот он вполне годится на роль мирового зла, тормозящего Великий Путь человечества. Ислам – это миллиард населения, целые армии фанатиков, которые будут умирать, не сложив оружия. Такой враг действительно даст ощущение настоящей Великой победы.

– Что же, всех мусульман… того?

Леха вспомнил армейского кореша, прапорщика Ромку Галимова. Татарин, Аллаху молился, а мужик правильный, парень-золото, сколько с ним в свое время… Договаривались встретиться на гражданке, созванивались несколько раз, но так и не пересеклись… Нет, если надо, то надо. Не обессудь, Рома…

Север, заметил он, как будто услышал его мысли, кивнул одобрительно. Небрежно махнул рукой:

– Их и многих других, да. По моим предварительным прикидкам, должно погибнуть от половины до двух третей населения планеты. Балласт истории будет сброшен. Зато те, кто останется, будут гражданами планеты Земля… И не таращи глаза, менять историю – это тебе не жмуриков топить в вонючем болоте. Не буду оригинальным, напомнив, что убийство одного – это преступление, убийство десятка – особо тяжкое преступление, убийство миллиардов – исторический процесс…