Смертельная жатва - Хизер Грэм

Поднимаясь по ступенькам музея, Ровенна поразилась тому, как быстро начало темнеть, и прибавила шагу. На доске объявлений у двери висели две фотографии, которые появились, пока ее не было. Ниже были помещены описания Дины Грин и Мэри Джонстон с просьбой к лицам, видевшим их до или после исчезновения, звонить в полицию. Взгляд Ровенны задержался на фотографии Дины Грин, и она снова ощутила порывы ветра и услышала жалобный плач. Темнота вокруг сгустилась, тени выросли, повеяло запахом земли, будто она вновь очутилась среди кукурузного поля. Ей пришлось сделать шаг назад, чтобы вернуться к реальности. Бедная Дина! Какой ужас ей пришлось испытать перед смертью. И Мэри до сих пор неизвестно где. Однако Ровенна была уверена, что та жива, хотя ничем не могла объяснить своей уверенности. Убийца играл с ними. Он был их богом, которому они должны были поклоняться. Он был к ним добр. Король урожая. И от них требовалось почитать его и отдавать ему себя с любовью и благодарностью за его доброту.

– Вот ты где.

Она вздрогнула. Перед ней стоял Дэн.

– Я уже собрался заявить в полицию, что ты пропала, – пошутил он. – Да и музей пора закрывать.

– А который час?

– Пять часов.

– Пять часов? – удивленно переспросила Ровенна. Неужели она простояла здесь полчаса?

У нее зазвонил телефон. Это был Джереми. С извиняющейся улыбкой взглянув на Дэна, она ответила:

– Я немного задерживаюсь, но я в городе.

– С кем ты?

– С Дэном.

– Хорошо. Брэд будет ждать нас в баре отеля «Хоторн» в шесть.

– Поняла. Я приду.

– До встречи.

Она повернулась к Дэниелу, который с печалью на лице рассматривал фотографии.

– А я ее видел в «Хоторне». Я уже позвонил в полицию и рассказал все, что мог.

У Ровенны захватило дух.

– Да ты что? И с кем она была? Ты знаешь его?

– Нет. Никогда раньше не встречал. Но это не значит, что он приезжий.

– И как он выглядел? Он больше тебе не попадался? – взволнованно тараторила Ровенна. – Может быть, в день, когда исчезла Мэри?

– Нет, к сожалению. Каков он из себя? Высокий, симпатичный, мускулистый… Похоже, он работает где-то на открытом воздухе. Может быть, механик или строитель.

– Блондин, брюнет, азиат, мексиканец?

– Белый, блондин. Я описал его в полиции. Надеюсь, они его быстро поймают, пока Мэри еще жива.

Она кивнула:

– Я рада, что ты тоже так считаешь. Многие уверены, что ее уже нет, особенно сейчас, когда нашли Дину Грин… Брэд, конечно, верит, что она жива, но иначе он просто сойдет с ума.

Коснувшись ее щеки, Дэн тихо проговорил:

– Мне кажется, ты думаешь, что она жива, потому что тебе хочется так думать.

– Вовсе нет! Я в это верю! – возразила она.

– Ты славная девочка, но будешь ли ты хорошей королевой? – пошутил Дэн, чтобы развеять напряженность.

– Не знаю, – дернула плечом Ровенна, – сейчас даже трудно думать об этом.

– Да, но… жизнь продолжается. Это как смена времен года… Впрочем, ладно, сегодня был длинный день, а завтра еще длиннее. До завтра!

– Нет, подожди! Что ты еще нашел в библиотеке?

– Да ничего особенного! – отмахнулся он. – Завтра расскажу, ладно?

– Конечно, спасибо.

– Послушай, – он нахмурился, – может, тебя проводить?

– Нет, спасибо! Здесь недалеко.

– О'кей, тогда до завтра.

– До завтра.

И Дэн ушел. Ровенна смотрела ему вслед, жалея, что не позволила ему проводить ее. Она хотела даже окликнуть его… Но потом подумала, что идти ей и вправду всего ничего – вдоль по улице полной народу. Нет, она не собирается поддаваться страху в родном городе, который знала как свои пять пальцев.

Повернув за угол, она увидела, что магазин Адама и Евы еще не закрылся. Внутри даже были посетители. В углу витрины белело объявление с фотографиями. Она заставила себя отвернуться. Непонятно, как она могла провести столько времени перед этим объявлением у музея. Помочь Мэри она все равно была не в силах. Она могла только давать волю своим чувствам и воображению. Но это было страшно, больно. И она не решилась на это, находясь в темноте и одиночестве.

Ровенна собралась было пойти дальше, когда ее заметила Ева.

– Что ты делаешь здесь вечером одна? – спросила она, открывая дверь.

– Я пока остаюсь в городе у Джереми. Сейчас я иду к нему в «Хоторн».

– Неплохо устроилась, – лукаво подмигнула ей Ева.

– Перестань, Ева!

– Ах, не дуйся. Я знаю, что ты не стала бы спать с парнем лишь затем, чтобы не ехать домой. Вот я, например…

– Ах, брось! – перебила Ровенна. – Можно подумать, ты когда-то изменяла Адаму.

– А что? Я хоть и замужняя женщина, но не мертвая же, – она с опаской оглянулась через плечо, – смотреть-то можно. Ах, Ро, вот я это говорю… А она-то умерла! Знаешь, она к нам заходила. Такая милая девушка… Она купила у нас какую-то бижутерию.

– Да, Дэн тоже ее видел.

– Она сказала, что живет в Бостоне и давно здесь не была. Она приехала, чтобы полюбоваться листопадом, а ее убили…

Ева чуть не плакала. Ровенна, не зная, чем успокоить подругу, обняла ее.

– Эй, тебе надо спешить, – Ева отстранилась, – кавалер ждет.

– Ты в порядке? – спросила Ровенна.

– Конечно.

– Ну, тогда давай закрывай.

– Да-да, – ответила Ева, не двигаясь с места.

– Что-то случилось? – спросила Ровенна. Она не хотела опаздывать, но оставлять Еву в слезах тоже не хотелось.

– Нет, ничего. Ты тут ничем не поможешь. Так что иди – Джереми, наверное, заждался.

– Хорошо. Я завтра зайду к вам.

Ева вздохнула и скрылась в магазине. Ровенна пошла дальше. Это казалось невероятным, но другие магазины были уже закрыты, и улицы вмиг опустели. Она шла быстро, почти бежала.

Неожиданно фонарь у нее над головой зажужжал, помигал и погас. «Ничего, света еще много», – решила она. Был свет, но была и тень. Взглянув себе под ноги, она увидела быстро двигающийся силуэт и едва не подскочила от испуга. Ах, да это ее собственная тень! Она прислушалась, и ей показалось, что кто-то идет за ней, подлаживаясь в такт ее шагов. Поднялся ветер, с сухим вкрадчивым шепотом закружились листья. Тень увеличилась, разрослась. Она была уже не у нее под ногами, а далеко впереди – черная, массивная, как гора. Нет, не гора – тень имела форму. Она напоминала великана в капюшоне, поднявшегося из самых земных недр. Ровенна знала, что это ее воображение, но все равно мчалась вперед, изнемогая от страха. Эхо ее шагов отчего-то запаздывало.