Последние дни Джека Спаркса - Джейсон Арнопп

– Я не репортер. Я писатель. И блогер.

Он полукряхтит-полусмеется:

– Сейчас все блогеры.

– Так почему бы тебе тогда не пригласить других репортеров? Зачем мне на мозги капать?

– Хреновая была идея, – ворчит он с видом, будто и я, и он сам ему противны.

– Подожди, – говорю я, подключая чувство такта, исключительно потому, что он еще не сказал мне, где было снято видео. – Пусть не сразу, но я ведь заинтересовался. Вот я. Заинтересованный и очень голодный. – С этими словами я предлагаю ему последнюю возможность пожать руку Джеку Спарксу.

Он уступает и хватает мою ладонь своей потной ручищей так крепко, что у меня хрустят суставы.

– Ну вот и ладушки, – говорю я, вытягивая руку, и беру обеденное меню, присматриваясь к пиву. – Так где, говоришь, было снято видео?

– Что заставило тебя передумать? – спрашивает он по-прежнему недовольно. – Инфа о видео? Не наш эксперимент, не наш статус?

Эго этого парня не знает пределов. Я заливаю ему, как, мол, этот эксперимент идеально впишется в мою книгу. Астрал, разумеется, уже в курсе экзорцизма в Италии – благодаря Интернету нет нужды по сто раз пересказывать последние новости, – но я не хочу рассказывать, как на поездку в Лос-Анджелес повлияло загадочное явление Марии в Гонконге.

Астрал еще только делает заказ, а уже ясно, что этому человеку трудно угодить. Когда приносят еду, мы как раз обсуждаем УЖАСТИК Спаркса, и я демонстрирую текущую версию списка.

Когда он говорит, его рот двигается, как стиральная машинка, набитая пережеванным хлебом, мясом, сыром и огурцами.

– Поверить не могу, что у тебя нет и четвертого пункта. Ты исключаешь даже вероятность существования призраков.

Я пожимаю плечами, мол, подумаешь. Он фыркает и докладывает в рот еды, хотя еще не проглотил предыдущее.

– Ну даешь. Ты что же, совсем-совсем не веришь в привидений?

– А тебе-то какая разница? – спрашиваю я, прожевывая пищу. Мои пальцы и губы перепачканы соусом. Голубой сыр и барбекю. – Ваш эксперимент ведь не о настоящих привидениях. Мне интересно, на что способен человеческий мозг.

Он кивает своей соломенной башкой:

– Психокинез. Это процесс, при котором мозг используется…

– …для влияния на окружающие предметы без прикосновения к ним, – заканчиваю за него я. – Я не совсем профан.

– Тогда ты знаешь и что такое мыслеформа, – говорит Астрал.

Между прочим, да. Мыслеформа, также известная как тульпа, – это нематериальная сущность, созданная строго силой мысли. Если бы не Мария Корви в моем номере, я бы только хмыкнул, услышав такие безумные фантазии. Но сейчас я вынужден признаться в зарождении интереса к теме. Астрал рассказывает, как в семидесятые, когда команда профессора Спенса создала собственную мыслеформу, Гарольда, он взялся стучать по столу и двигать его из стороны в сторону.

– То есть они сделали Гарольда с нуля? И пришли к выводу, что он был манифестацией их психокинетических стараний. Я не дочитал до конца, скажи, он в итоге появился?

Что я хочу знать, жирдяй: материализовался ли Гарольд, как одна тут тринадцатилетняя девочка в номере отеля, например?

Астрал обеими руками откладывает десятидолларовую глыбу бургера и качает головой:

– Но это же были семидесятые. Когда мы соединим наши современные образованные мозги, кто знает? Мы можем даже увидеть наше привидение.

– Но ведь если удастся создать фиктивное привидение, это же опровергнет его сверхъестественную природу.

Астрал опять мотает головой.

– Психокинетически созданные сущности не отменяют настоящих привидений. С чего бы?

Общество Паранормальный Голливуд собралось шесть лет назад в Интернете, «объединенное общей целью совершать научные открытия в парапсихологической сфере». Беглый взгляд на их YouTube-канал, где они регулярно позируют и хорохорятся на фоне всяких загадочных мест, намекает на то, что объединяла их общая цель сделать имя и заполучить собственное шоу на телевидении.

«Спасибо за просмотр. Оставляйте комментарии и подписывайтесь ☺».

Астрал – сын и внук епископальных священников из бандитского города Окленда. Он уверяет, что видел трех духов за время сотрудничества с Паранормальным Голливудом, однако ни одного не удалось запечатлеть на камеру.

– Каждый блинский раз, – жалуется он, – мы снимали не в ту сторону. У меня такое чувство, что призраки специально камер избегают. Может, объектив и правда души похищает, как верят некоторые, вот они и убегают – боятся. Так что твое видео и меня заинтересовало.

Астрал верит в подлинность видео.

– Я пересмотрел его уже бог знает сколько раз. Паскаль, один из наших, тоже очень увлекся, как ты… Ага! Легок на помине!

Улыбчивый коротышка с кожей цвета кофе с молоком подсаживается к Астралу. На гладко выбритой голове франкоканадца сидят круглые очки в металлической оправе. Под мышкой у него планшет. Он нервничает и, вероятно, поэтому весь покрыт потом. Я буквально вижу свое отражение у него на лбу.

Паскаль проводит пальцем по экрану, и я с трудом могу усидеть на месте: фрагмент великой загадки видеоролика вот-вот будет разгадан. Астрал хмуро напоминает мне, что Паранормальный Голливуд должен получить за это полное признание.

– Ты разместишь новость немедленно и дашь нам рекламу, как мы договаривались. Также тебе нужно…

– Да, да, хорошо, ладно, – огрызаюсь я. – Давай сначала посмотрим, что вы нарыли.

Мне боязно, ведь происхождение видео определит и дальнейший поворот моего маршрута. Кто его знает, может, оно было сделано в мексиканской зоне войны наркокартелей.

Паскаль, чтоб его, запускает презентацию в PowerPoint.

На каждом слайде по два изображения.

Первое – стоп-кадр из видео. Увеличенный крупный план устройств на стене подвала. Второе – страница изделия из каталога производителя.

– Этот щиток, – говорит Паскаль, указывая на кадр из подвала, – производит одна-единственная компания. – Он переводит палец на второе изображение. – «Электроприборы Стейнберга», так? На видео виден логотип, вот здесь. Видишь? А вот этот манометр тоже производят только в одной компании – «Датчики Блума и Блума». Если сильно присмотреться, увидишь и их логотип вот тут, на стоп-кадре.

Ну ничего себе. Ни одна душа не додумалась, даже я не додумался посмотреть в этом направлении. Паскаль продолжает рассказ и связывает другие приборы, замеченные в подвале, с одними и теми же двумя фабриками: «Электроприборы Стейнберга» и «Датчики Блума и Блума».

– И что все это значит? – спрашиваю я, когда он открывает стопятисотый слайд. Похвальная сыщицкая работа, спору нет, но мне не терпится перейти к кульминации.