Мутанты - Дин Кунц

— Третий этап, — сказал позади Тригги.

Они парили, как семена смерти, над Колумбиадом, сканируя лежавшую внизу планету. Тоэм бросил "Джей-10" вверх над горизонтом и зашел сзади. Они были слишком заняты поисками скопления мутиков на Колумбиаде, чтобы следить заодно за пространством. Он включил коммуникационную систему для прослушивания их переговоров. Если ими управляют не ромагины, а живой мозг, ему не удастся в бою действовать с такой же скоростью. Но у него преимущество во внезапности. Он пристроился сзади к звену и приготовил все семь ядерных ракет. Преимуществом надо воспользоваться быстро.

— Я их накрыл. Мерисив-Сити. По-моему, это Летучая библиотека.

— Заговор Федерации! — сказал другой.

— Мы накроем...

Ждать смысла не было. Они с каждой секундой приближались к Тригги, и именно этому он должен был помешать. Он нацелил каждую ракету в разные точки звена, нажал все спусковые кнопки и затрясся от толчков. Вспыхнул ярчайший ослепительный свет от взрыва всех семи ядерных боеголовок. Семь "Джамбо" разлетелись в пыль при прямом попадании, а еще один развалился, угодив между двумя взрывами. Другие два никак не могли оправиться от подобного поворота событий.

— Кто остался? Кто остался? — гавкал командующий "Джамбо". — Кто вы, двое?

— Я — Сангелит, — доложила вторая машина.

Нечего терять время. Он не знал, какое имя назовет следующий, так что ударил по Сангелиту из лазерной пушки, пробив дыру в тупом конце, где располагались силовые установки.

— Изменник. Боже мой, это изменник! — завизжала командующая машина.

Луч ринулся на Тоэма и промазал, бешеный, словно ад.

Мейна застонала рядом с ним в кресле.

Он рванул назад ручку набора высоты, швырнув "Джамбо" вниз. Но недостаточно быстро. Луч поймал камеры наблюдения, разбил их, ослепив корабль. Пришлось полагаться на один радар. И вдруг все стало очень плохо, ибо на экране возник десяток новых огоньков, надвигавшихся из глубины пространства. К одинокому ромагину шла помощь. И ежели вновь прибывающие наблюдали на радарах ход битвы, им известна виновная сторона.

Он протянул руку, погладил шелковистые волосы прекрасного существа, прикорнувшего рядом.

Далекие огоньки разрастались. Он не мог биться с ними при помощи лазерной пушки, нет — каждый из них нес по семь ракет. Как только он вспомнил про ракеты, на экране вспыхнули три огонька поменьше и стали быстро приближаться. Будут тут через считанные секунды.

Он расстегнул на ней предохранительный пояс и пересадил к себе на колени. Он хотел одного — чтобы она сейчас пришла в сознание и сказала ему, что он был дураком. На экран он оглянулся как раз в тот момент, когда и ракеты, и "Джамбо" сгинули без следа...

В пищеварительном тракте Тригги Гопа царило буйное веселье. Он поотключал почти все аудиорецепторы, чтобы не заработать сотрясение мозга. Спутники-роботы, которых они расставили в космосе, передавали сообщения из районов, где располагались миры ромагинов и сетессинов. Миры эти исчезли, остались позади. Но, чего не ожидал никто, кое-какие пустоты заполнили новые миры. Очевидно, дыры в их вселенной заткнули соответствующие остатки той, которую они отсюда вытолкнули. И если верить снимкам спутников-роботов, планеты эти заселены не нормальными людьми, а мутиками. Естественными, натуральными мутиками, а не плодами радиации. На одной из новых планет жили — честное слово! — сатиры! На другой — тритоны и русалки. Ах, если бы Рыба был жив! Они, ненормальные, попали в мир, где ненормальность считается нормой. Тут им самое место.

Он еще раз попробовал связаться с "Джамбо-10". И на сей раз получил ответ.

— Алло?

— Тоэм, почему ты, ради Господа Бога, не отвечаешь? Я тебя вызываю два с лишним часа!

— Для начала, — сказал Тоэм, — что стряслось с ракетами и "Джамбо"?

— Я предупредил всех, чтоб их не трогали, когда мы совершали перемещение. Они остались в старой вселенной.

Молчание. Только мурлыканье, точно животное шипело в кустах...

— Тоэм!

— А?

— Вы оба в порядке?

— Конечно. В полнейшем. — На фоне послышалось шипение и хихиканье. Шипение почти кошачье. Хихиканье почти девичье.

— Слушай, — сказал Тригги. — Ты собираешься на ней жениться?

На другом конце прозвучал смех. Наконец Тоэм ответил:

— Собираюсь. Только не понимаю, какое вам дело до этого, Тригги.

— Будь я проклят! Мне до этого безусловно есть дело. Она — моя дочь!

— Ваша дочь... — Голос перешел в вопль, а Тригги не успел отключить связь. Он посмеивался. Последнее слово осталось за ним, что весьма его радовало. Ему предстоят грандиозные приготовления к моменту их приземления. Он устроит сказочное угощение с тортами, винами и разнообразными крошечными сандвичами. Но горты окаменели, вина выдохлись, а сандвичи испортились, ибо не приземлялись они десять дней.