Смертельная жатва - Хизер Грэм

– Так, восемнадцатого октября она останавливалась в гостинице в Сагусе близ Бостона. Тут все чисто. Она заплатила сразу, бронируя номер через Интернет. Выехала тридцать первого. Двадцатого октября она сняла несколько сотен в банкомате – вот это и была последняя операция по ее карте.

– А машина? – спросил Джереми, и Джо передал ему листок. – Хм… машину нашли брошенной на обочине трассы 1-95, откуда ее первого ноября вывез эвакуатор. Пока точно неизвестно, сколько она там простояла, поскольку патрульный, сообщивший о ней, сказал, что видел эту машину еще двумя днями ранее.

– Минуточку, – сказал Джо. Он вытащил сотовый телефон и позвонил одному из своих заместителей, приказывая запросить в Бостоне всю доступную информацию о Дине Грин, а снимки ее зубов – если таковые обнаружатся у ее дантиста – немедленно направить доктору Гарольду. Также он велел размножить ее фоторобот и прочесать все бары и рестораны, опрашивая людей. – Еще что-нибудь? – спросил он, завершив звонок. – У меня такое чувство, что мы нашли нашу красотку.

Следующие двадцать минут они провели за изучением остальных докладов. В конце Джереми отложил три из них.

– Эти подходят нам по описанию. Девушка из Принстона, куда-то запропастилась после ссоры с бойфрендом. Но потом вроде бы объявилась в Нью-Хэмпшире. По данным полиции, она лично снимала в банке деньги. Затем – женщина из Нью-Йорка. Ее мать заявила, что ее похитил бойфренд-итальянец. Старушка утверждает, что он мафиози и увез ее дочь куда-то на Карибы, чтобы сдать там в секс-рабство.

– Допустим, – усмехнулся Джо, – что еще?

– Так… Дальше – Шарлин Ноттэвей. Уехала из Нью-Йорка в горы штата Мэн, но там так и не появилась. С момента своего отъезда в последних числах октября кредитной картой не пользовалась. Ей тридцать восемь – немного больше, чем определил медэксперт. – Джереми вопросительно взглянул на Джо.

– По-моему, наша – это первая из них, но по этой тоже надо сделать запросы. – Он вдруг нахмурился и стал подозрительным. – А где Ровенна?

– Она собиралась навести кое-какие справки.

– Здесь, в городе?

– Да. Не волнуйтесь, одну домой я ее не отпустил. Я снимаю дом на Эссекс-стрит, – ответил Джереми, а сам в который раз мысленно возмутился: черт возьми, он его вроде бы допрашивает? Она совершеннолетняя, и он ей даже не родня.

– Понятно, – вздохнул Джо. – Я желаю ей счастья, но не хочу, чтобы она связывала жизнь с полицейским, военным и тому подобное. Да и ваша профессия ничем не лучше.

Джереми рассматривал остатки своего гамбургера. Мясо полной прожарки. Вообще-то ему нравилось с кровью, но сейчас, после того как он присутствовал на вскрытии, на кровь как-то не тянуло. Казалось даже кощунственным есть мясо с кровью, увидев накануне человеческие останки.

– Как знать, на кого упадет кирпич, – сказал он, глядя исподлобья на Джо.

– Кирпич кирпичом, но существует статистика. И она не в пользу военных, полицейских и представителей прочих опасных профессий. Почему бы вам не быть просто гитаристом?

Джереми рассмеялся:

– Я не настолько искусен в игре, чтобы зарабатывать большие деньги. А вы на меня досье собираете? Мне нравится моя работа, она приносит мне удовлетворение, и это очень важно. Да и вы сами, я смотрю, не торопитесь на пенсию.

– Кому я нужен? – усмехнулся Джо. – У меня были жена и сын, теперь я остался один. Работа – это моя жизнь. – Джо покачал головой и прибавил, меняя тему: – Я беспокоюсь о ней.

Не требовалось объяснять, кого он имеет в виду.

– Вы беспокоитесь о ней, но вовлекаете в потенциально опасные дела, – напомнил Джереми.

– Она сама лезет туда, где опасно, – со мной или без меня. Дело в том, что я готов закрыть ее собой от пули, а вы?

Он не шутил. Он был серьезен как никогда.

– Это часть моей работы. Меня этому учили в школе полиции, – улыбнулся Джереми. – Служить и защищать. Быть на линии огня. Защищать не обязательно тех, кто тебе дорог.

Джо кивнул и торопливо поднялся.

– Вы вчера заплатили за мой ужин, а сегодня я плачу за ланч. – Он взял счет, который принесла официантка. – Я свяжусь с вами, если будут новости. – Он собрал листы бумаги и вышел.

Джереми посмотрел ему вслед и потянулся к телефону, с раздражением чувствуя, что волнение Джо передалось и ему. Ровенна ответила после второго гудка:

– Джереми?

– Да, это я. Ты где?

– Мы обедаем с Дэном из музея истории. Я просидела там целое утро и узнала много интересного.

– Например?

– Джереми, ты знаешь, сколько мужчин выдавали себя за Сенокосца? Десяток, это точно. Начиная с семнадцатого века.

– Я не знаю, кто этот сенокосец, но я знаю, что многих казнили по обвинению в колдовстве, а те ни сном ни духом. При чем тут семнадцатый век, когда у нас современный труп в морге?

– Сенокосец – это местная легенда. Я тебе потом о нем расскажу. По-моему, наш клиент – сумасшедший, который считает себя реинкарнацией Сенокосца.

– Не сомневаюсь, что он псих, судя по тому, что сотворил с трупом. И он из плоти и крови и очень опасен. – Джереми поднялся. – Ты где? Я еду к тебе.

Она назвала ему адрес маленького японского ресторанчика, где они сидели с Дэном. Это было совсем близко, и он решил пройтись пешком. Путь его лежал через торговую галерею. Он шел и пытался представить, где стояла палатка Дэмиена. Как же он успел так быстро смотаться на кладбище? И откуда он узнал, что надо туда идти?

Адам и Ева Ллевеллин меняли оформление в витрине своего магазина и ожесточенно спорили. Наверное, о том, как уложить блестящую алую ткань, на которой они планировали поместить товары, продающиеся у них в магазине. Ева подняла голову и заметила его. Гримаса неудовольствия тут же исчезла с ее лица, и она с широкой улыбкой замахала ему. Адам не сразу заметил Джереми, продолжая выговаривать жене. Но потом, подобно Еве, расплылся в улыбке от уха до уха.

Джереми ничего другого не оставалось, как тоже улыбнуться и помахать рукой. Ева выскочила из витрины и открыла дверь.

– А где Ровенна? – спросила она.

– Обедает в компании Дэна.

– Обедает? Где?

– В каком-то японском ресторане тут неподалеку.

– «Асаки», – со знанием дела кивнула Ева. – Подождете меня? Я только предупрежу Адама.

Прежде чем Джереми успел ответить, она скрылась в магазине. Через стекло витрины он видел, как Адам нахмурился и стал возражать. Ева отмахнулась от него и снова выскочила на улицу. Одетая в черный длинный плащ, она улыбалась как ни в чем не бывало – Джереми даже стало не по себе.

– Ну что, идем? – Она взяла его под руку. – Вы любите суши?

– Конечно. Я вообще люблю поесть. Но главное – забрать Ровенну. Она все утро просидела в музее, читая про какого-то сенокосца.