Большая книга ужасов – 66 - Ирина Мазаева

– Хозяйка Белой горы, здравствуй! Мы пришли к тебе! Выслушай нас! – сказал Сашка. – Спасибо тебе за твой дар. Но скажи, зачем ты дала его мне? Что я должен сделать?

– … должен сделать, должен сделать, должен сделать… – откликнулось эхо.

Все трое замерли, ожидая ответа.

– Мне нужно… туда… – прошептала Женька, делая полшага к провалу.

– Посмотреть хочешь? – также шепотом спросил Сашка. – Возьми у Лешки факел.

– Нет-нет!

– Почему?

– Она боится огня, – пояснил Лешка.

– Почему? – обернулся к нему Сашка.

Всего на секунду они отвлеклись от Женьки…

Раздался сдавленный крик, плеск… И тишина.

– Женька! – Сашка и Лешка завертелись волчком, освещая все кругом.

Но Женьки не было.

– ЖЕНЬКА!!!!

Мальчишки кинулись к шахте, свесили вниз «летучую мышь»:

– Женька!!!

– Она упала! Упала! Она может быть только там!!! – закричал Лешка.

По мертвецки-белым стенкам шахты сочилась зеленая вода, и вода же из глубины дышала чем-то гнилым и мертвым. Сашку холодным потом прошиб страх… Но уже в следующую секунду он, сунув фонарь Лешке, зажмурившись, солдатиком прыгнул в шахту.

Сразу глубоко ушел в ледяную воду, с глухим плеском тут же сомкнувшуюся у него над головой. Открыл глаза, но ничего не увидел в темноте. Борясь с инстинктом самосохранения, чудовищным усилием воли вытолкнул из легких весь воздух, который по привычке набрал в них, ныряя.

И снова по груди ножом прошлась боль. Все внутри сжалось, сопротивляясь смерти.

Вскрик и вздох!.. Сашка снова задышал под водой. Сжался в комок в тесном пространстве шахты, переворачиваясь вниз головой, и рванул на глубину.

Глубже, глубже, глубже… Почему же под водой нельзя кричать, нельзя позвать Женьку? Где же она? В кромешной темноте Сашка шарил по сторонам руками, но натыкался только на стены.

Еще глубже… Сбоку почувствовалось течение. Сашка замер, пытаясь понять, что происходит. Пощупал стену руками… Она обрывалась. Он нашел еще одно пересечение шахты со штольней – подземный лабиринт. И куда ему теперь было плыть? Куда?! А в голове тикал таймер. Это он, Сашка, умеет дышать под водой! А Женька – она не умеет, для нее каждая секунда может оказаться последней!

Откуда-то из живота поднималась паника. А сам он, сам? Ведь это странное, противоестественное умение как неожиданно появилось, так неожиданно же может и пропасть! Вдруг это и его последние секунды жизни?! Сашка метался в воде, не понимая, что выбрать: шахту или штольню, а если штольню – то какой из ее рукавов?

И вдруг руки коснулись чего-то мягкого – волос…

Женька!

Сашка радостно вцепился девчонке в плечо – и тут же почувствовал, как в него самого немедленно вцепились две пары рук. И потащили его вниз, на глубину…

Утопленники тащили его на глубину.

Плыть, плыть за ними, с ними…

Сашка забыл о Женьке, о Лешке, ждущем их наверху.

Больше ничего не существовало, кроме него и затопленной шахты. Ему казалось, он кожей ощущал, как куда-то в глубину в толщу мрамора, заполненные водой, уходили тоннели и штольни, которые вели в длиннющий лабиринт, связывающий все три карьера, все подземные реки…

Чудовищным усилием воли Сашка прогнал морок.

Нет! Он должен найти Женьку! Он должен найти Женьку!

Сашка должен найти эти затопленные штольни. Проплыть по ним. Проплыть по всем подводным рекам. Найти самую сердцевину лабиринта и самого хозяина воды. Взобраться на его широкую спину, запустить руки в зеленую гриву и…

В ушах зазвучали голоса: «Плывем с нами. Плывем к нему. Он ждет тебя».

А потом к ним присоединился еще один: «Я сделаю тебя самым сильным, самым ловким, самым смелым. Ты сможешь получить все, что только захочешь. Все будут обожать тебя. Все будут слушаться тебя. Все будут делать все, что ты скажешь. Ты же этого хотел? Ты же этого хочешь…»

Сашка тут же вспомнил, как он шел с поселковыми искать укрепления и все ребята хотели идти рядом с ним, слушать его. Как же это было замечательно – чувствовать себя важным и нужным всем!

«А будет еще лучше, – прозвучал в голове голос. – Я жду тебя!»

Множество рук плавно потащили его за собой.

Сашка на секунду расслабился, поддался этим рукам, этому голосу…

«Женька! Женька тонет, погибает где-то рядом! – вспыхнула в голове мысль, и тут же сжалось сердце: – А я ее предаю!»

Нет, нет и нет! Он сильный, смелый, храбрый капитан Сорвиголова! И он может сам решать, что ему делать. Он может сопротивляться страшному зову!

«Врешь! Не возьмешь!» – крикнул про себя Сашка и изо всех сил саданул по чему-то твердому в облаке волос-водорослей. Оторвал от себя распухшие руки. Рванулся вверх. В один рукав штольни, во второй…

Не может Женька умереть, не может! Ведь он юный герой Вселенной! Ведь он должен спасти ее.

«Хозяйка, Хозяйка! – взмолился про себя Сашка. – Не оставь меня, дай мне сил!..» И тут же снова коснулся чего-то мягкого – волос… Мертвецы-утопленники?! Или все-таки Женька?! В темноте он не мог понять, удирать ему от того, на кого он натолкнулся, или хватать и тащить наверх.

И тут мелькнула спасительная мысль: «Кулончик! Маленький серебряный кулончик! Ведь он всегда на Женьке!» Сашка быстро нащупал голову, шею… цепочку с кулончиком! И тут же радостно вцепился в Женьку, которая была уже ледяной и не двигалась.

«Женька!!! Женька, очнись! Женька дыши!» – про себя кричал Сашка, изо всех сил толкая ее наверх, тормоша. Но Женька напоминала неживую куклу – куль с мукой…

Неужели же все зря?!

Неужели зря?!

И вдруг Сашка почувствовал, как что-то схватило его за плечо. Он в ответ вцепился в эту руку… Неужели снова утопленники?! Но это была знакомая узенькая Женькина ладошка: Женька была жива! Она взяла его за руку, заработала ногами, и снова на Сашку накатила радость, такая радость, которую он не испытывал никогда в жизни. Женька была жива!

И тут же они оба, откашливаясь, вынырнули на поверхность. И зажмурились от показавшегося ярким, ярче солнца, керосинового фонаря.

– Ура! Ура!!!!! – донеслось сверху, и невидимый из-за света в глаза Лешка помахал им рукой.

И они в ответ начали махать руками.

Но все меньше и меньше… Сашка посмотрел на Женьку, а она на него: они плавали в воде метров на пять метров ниже уровня земли, где стоял Лешка. А вокруг были сырые скользкие отвесные стены.

– Сашка, сделай что-нибудь! – взмолилась Женька.