Прах и тлен - Джонатан Мэйберри

— Знаю. Я слышал и твой разговор с мэром Киршем и капитаном Странком.

— Ты что, городская ищейка?

— Старик, вы разговаривали во дворе. Мое окно выходит прямо туда.

— Ладно, ладно. Дело в том, что городу нужно позаботиться о себе. Я показал им, как это можно сделать, и сам делал, что мог, какое-то время… но для этого нужен не один человек. И это работа не для детей.

— Подростков, попрошу.

— Подростков. Отлично. Это и не ваша работа.

Бенни серьезно посмотрел в глаза брата:

— Ты уверен?

— Да.

— А я нет. Это и наш мир. Мы унаследуем его. Что ты хочешь, чтобы мы делали — ждали, пока станет хуже? Возможно, все выйдет из-под контроля прежде, чем мы что-то с этим сделаем. Как это поможет нам заполучить лучшее будущее?

Том глянул на него мельком, и через дюжину шагов хмурое выражение лица сменила слабая улыбка.

— Я все забываю, какой ты умный, братишка. И какой взрослый.

— Ага, ну, этот последний год не был уж таким детским.

— Нет, и мне жаль, что… но со всей серьезностью, Бенни, этот разговор нужно было провести до ухода.

— Так… теперь слишком поздно что-то менять? — с вызовом спросил Бенни.

Том покачал головой.

— Не то чтобы… просто это больше не наш город. Мы двигаемся дальше. Другим придется взять в руки ответственность за Маунтинсайд. — Он указал на дорогу. — Твое будущее где-то там, и несомненно возникнет множество возможностей что-то изменить, если ты этого хочешь.

Бенни посмотрел на него, потом назад на дорогу, по которой они пришли, а потом снова вперед. Он вздохнул.

Том похлопал его по плечу, и они продолжили идти. В итоге Том ушел вперед, а Бенни обернулся и увидел, что Никс теперь идет рядом с Лайлой, а Чонг один, так что он задержался и пошел рядом с Чонгом.

Пока они шли через высокую траву под палящим оком солнца, Бенни все поглядывал на Чонга. Не поворачивая головы, тот спросил:

— Что? В моем носу сопли?

— А?

— Ты все смотришь на меня. Что не так?

Бенни пожал плечами.

— Давай быстрее! Скажи мне, прежде чем я потеряю интерес, — попросил Чонг с деланой заинтригованностью.

Бенни сделал вдох.

— Никс.

— Что? Спор из-за науки и религии?

— Нет… я по поводу нас. Ты знаешь… отношения и все такое.

— Боже! — Чонг рассмеялся. — Клятва!

Когда им с Чонгом было по девять, они поклялись на крови, что никогда не будут встречаться с девочками, с которыми гуляли. Вернувшись из похода по спасению Никс в прошлом году, они проводили время вместе, и Бенни так и не спрашивал Чонга, что он думал по этому поводу.

— Ага… клятва, — сказал Бенни. — Мне вроде как не по себе из-за того, что нарушил ее.

Чонг остановился и повернулся к нему, взглядом шаря по лицу Бенни.

— Стой… не двигайся.

Бенни замер:

— Что? Что такое? У меня что-то…

Чонг стукнул его по голове открытой ладонью:

— Ай! Что там было? Пчела?

— Нет. Просто хотел глянуть, смогу ли выбить из тебя немного глупости.

— Эй!

— Боже, Бенни, мы дали клятву, когда нам было девять.

— Это была клятва на крови.

— Мы порезали пальцы рыболовным крючком. Клятва была спонтанной, детской… и глупой. Нужно сказать, с нами обоими случались и более глупые вещи. С тобой больше, чем со мной, конечно же…

— Эй!

— Но тогда это мало что значило, а теперь вообще ничего не значит.

Они прошли где-то сто шагов молча.

— Мы дали слово, Чонг, — заметил Бенни.

Чонг простонал.

— Ты не перестаешь удивлять меня, — сказал он. — Хотя редко в хорошем смысле.

— Ага, ага, ага. Так если ты у нас такой мудрый и проницательный, о Великий Чонг, то как так случилось, что ты не рассказывал Лайле о своей влюбленности?

— А. Я мудрый и проницательный, но не храбрый.

— Ты пытался?

Чонг покраснел.

— Я… написал записку.

— Что там было сказано?

— Там… эээ… была поэзия. И кое-что еще, — уклончиво ответил Чонг.

— Она прочитала ее?

— Я оставил ее там, где она могла ее найти. На следующий день я нашел ее в урне.

— Ух.

— Возможно, она неправильно поняла. В конце концов, она мало что знает об отношениях. Все, что она знает о романах, она прочитала в книгах.

— Возможно, но почему бы просто не собраться с храбростью и не спросить ее? Худшее, что она сделает, — скажет «нет».

Чонг наградил его испепеляющим взглядом.

— Правда? Это худшее, что, на твой взгляд, она может сделать? — Он вздохнул. — Тем более это больше не имеет особого значения. Вы, ребята, завтра уходите, и я больше никогда ее не увижу.

— Да, — тихо сказал Бенни. — Мне жаль, старик.

Они украдкой обернулись на Лайлу, в движении напоминающую свирепую охотничью кошку. Она заметила, что они смотрят на нее, и прорычала:

— Следите за лесами, а то что-то вас укусит!

Они резко отвернулись, но Бенни тихо рассмеялся. Чонг болезненно поморщился.

— Видишь, про что я? Она жила с нами. Ты бы видел ее до того, как она выпьет утренний кофе.

— Мммм… это означает, что, если бы вы, два безумца, смогли разобраться с этим, в этих отношениях девчонкой был бы ты?

— Как насчет пойти и засунуть бейсбольную биту в…

— Замрите!

Резкой шепот Тома пронзил воздух и заставил всех замереть на месте.

В тридцати метрах от них Том полуприсел на тропинке, подняв правую руку, чтобы взяться за рукоять своей катаны. В пятидесяти метрах позади них Никс и Лайла остановились посреди дороги. Никс вытащила свой боккэн, а Лайла держала в руках наготове свое копье.

— Что такое? — прошептал Бенни, но Том поднял палец к губам, советуя замолчать. По обеим сторонам от них деревья поднимались темными колоннами и образовывали навес, заслоняющий большую часть солнечного света, пропуская лишь отдельные лучики. На уровне земли кусты и дикие растения так плотно оплели стволы деревьев, что сформировали непреодолимую стену; Бенни не видел ничего, что могло бы направляться к ним. Они с Чонгом достали боккэны и развернулись, чтобы встать спина к спине, как учил их Том. Лайла побежала по тропинке, тихо, как кошка, а в нескольких метрах за ней последовала Никс. В глазах Потерянной девушки горел яркий свет, когда она остановилась возле Тома, стараясь держаться подальше от его руки с мечом.