Бермудский артефакт - Вячеслав Денисов

– Что это?..

Левша, стиснув зубы, смотрел куда-то в другую сторону.

Сумерки падали на джунгли стремительно, словно вползал в лес, просачиваясь сквозь ветви, графитовый туман.

– Бежать! Туда!.. – И Левша выбросил в сторону руку, указывая на просветы между деревьями.

Люди мчались, не замечая ничего под ногами и перед собой. Деревьев словно не было на их пути. Парализовавший мозг животный страх лишил их привычности быть увальнями. Обретя способность не терять скорости бега в густом лесу, они бежали, и ничего не было слышно вокруг, кроме треска веток и тяжелого, со свистом, дыхания…

Резко остановившись, Левша принялся неистово балансировать руками. Сумка хлопнула его по спине, и он с трудом удержался от скольжения вниз… Остров был словно изрыт котлованами. И перед ним был один из тех, в каких ему уже удалось побывать. Приятных воспоминаний из них он не вынес и сейчас думал о том, что в этой гигантской, поросшей по краям и на дне кустарником и деревьями яме лучше не будет. Главное, чтобы не было хуже.

– От кого мы бежим?! – взревел Артур, держа «узи» перед собой, словно только что его украл. – Кто преследует нас, отвечай!..

– Возможно, те, в кого я вчера стрелял из этого автомата.

– Боже мой! – раздался неподалеку женский крик. Ответ Левши достиг слуха не только Артура…

– Посмотрите туда… – Это был голос другой женщины. – Посмотрите же скорее!..

Джунгли – это миллионы оттенков зеленого. От почти черного до бледно-салатного. Вся энергия зеленого цвета, охлаждаемая мраком, сосредоточилась в лесу, и разобрать что-то было невозможно. Какие-то тени и блики, словно нервные мазки кистью сумасшедшего художника, заставляли деревья двигаться, кусты шевелиться, и люди, оглядываясь и убеждаясь, что кольцо сжимается, теряли самообладание.

Рычание и стрекотанье забили все звуки острова, и даже лягушки, смутить которых ночью не могло ничто, притихли и решили дождаться наступления так необходимой для пения тишины.

Левша видел, как один из безликих преследователей вцепился в бок убегающего пассажира «Кассандры» – того самого, кто спас Левшу, сыграв роль заложника, – и сорвал с его тела кусок плоти. Взревев мало похожим на человеческий голосом, человек еще некоторое время бежал, а потом его повалил болевой шок. А преследователь его, заталкивая одной рукой кусок в рот и отбиваясь от другой твари второй рукой, чтобы та не мешала ему насладиться едой, рухнул на него, подминая и вереща от удовольствия. Левша видел, как на месте борьбы завязалась свалка. Человек отбивался, но это было ничто под неудержимой мощью пожирающих его тварей…

В борьбу за мясо вступили не меньше десятка тех, кому еще не повезло с едой. Падение человека притормозило погоню, позволяя обессиленным пассажирам увеличить расстояние от смерти и сократить до опушки леса.

Левша не заметил, как на пути его оказался поваленный ствол пальмы. В темноте он слился с травой. Нога его ударилась в ствол, выбивая облако слежавшейся трухи. Он уже не контролировал себя. Левша падал. Больно ударившись локтем о землю, он сбил дыхание и кубарем покатился по склону. Картинка перед глазами менялась стремительно: лес – сияющая голубым светом опушка – снова лес, затянутый в плащаницу ночи…

Еще пара кувырков, и он, ударившись спиной о дерево, остановил свое падение. В голове шумел шторм, он не сразу сумел сконцентрировать взгляд…

Подняв его, он увидел одного из Них. Он развернулся к Левше боком, он был и здесь, с Левшой, и там, в клубке смерти. И Левша чувствовал, как внутри твари борются две идеи – вступить в драку там или выйти победителем здесь… И у него похолодело сердце, когда он понял, что тварь, дергая веком и отчего-то щурясь, медленно поворачивает к нему голову…

Встать было уже невозможно. Не желая испытывать судьбу, Левша оттолкнулся руками от земли и, выбросив вперед ногу, всадил ее в пах тому, на кого сейчас смотрел и в существование которого по-прежнему не верил. И удивлению его не было предела, когда вместо того, чтобы согнуться пополам, тот лишь отступил вниз и, не меняя выражения на лице, двинулся на него, скалясь и едва слышно рыча.

Он кинулся на Левшу, когда тот выставил перед собой локоть. Этот локоть и был ему нужен…

Три метра – длину жизни Левша теперь измерял метрами.

Левша стиснул зубы, заставив себя прийти в себя…

«Хотя бы нож, – подумал он, – хотя бы сук…»

Он решил не закрывать глаза. Драться он будет до последнего. Исход ясен, но сволочь эта должна очень постараться, чтобы оторвать от него кусок вот так, без труда…

И в это мгновение увидел, как с другой стороны, поглядывая на соперника – первого, к нему приближается вторая тварь. «Они сейчас схватятся, чтобы выяснить, кому достанется кусок мяса – я», – подумал Левша и посмотрел на первую тварь….

И та бросилась на него, чтобы успеть первой….

Краем глаза Левша заметил, как слева от него что-то сверкнуло, и снова потянуло холодком. Как будто там, на палубе, по волосам его, играясь, прошелся ветер…

Горячая волна ударила его в лицо, он не успел закрыть глаза, и боль в них была ничуть не менее мерзкой, чем привкус меди на губах. Смахнув с лица кровь, он машинально пополз назад, поднимаясь. Меньше секунды прошло с тех пор, как его тронул ветер… Левша открыл глаза со слипшимися ресницами.

Что-то огромное, похожее на очищенный от сучьев ствол дерева мгновение назад пронеслось мимо него, накрыв тенью. Ломая кустарник, это что-то снесло с ног стоящую перед ним тварь и унесло куда-то в джунгли. На том месте, где они встретились, словно взорвался наполненный красной краской воздушный шар – лопнув, он в мгновение ока окрасил кусты и Левшу, стоящего перед ним, красной краской… Левша услышал лишь треск разлетавшихся в разные стороны, словно карандаши, пальм… Словно ничего и не было.

«Упало дерево», – подумал он, видя, как залитое с ног до головы чужой кровью существо поворачивается к нему всем телом…

И только сейчас услышал разрывающий его барабанные перепонки взрыв. И джунгли словно вскинулись, проснувшись и разгневавшись на всю эту возню…

Левша уже давно был поднят в воздух и кувыркался, как витринный манекен. Его швырнуло вниз, засыпая землей, и казалось ему в эти мгновения, что его хоронят заживо.

Треск падающих деревьев, обломанные, словно обглоданные, сучья, комья земли, кубометры дерна, шматки мяса и море крови, оглушительные крики, вой и скрежет – все это находилось в воздухе, и звуки перемешались с цветом…

Закрываясь рукой, Левша посмотрел перед собой.

Перед ним стояла тварь, и вместо головы на ее плечах торчал обрубок шеи, из которой бил фонтан черного цвета.

А в воздухе по-прежнему крутились, ударяясь друг о друга и то исчезая в земляной каше, то снова появляясь, окрашенные в красное фрагменты тел, сломанные, словно спички, толстые сучья и взлохмаченные, вырванные из земли, многопалые корни вековых деревьев…