Клыки. Истории о вампирах - Терри Виндлинг

– Спасибо, – поблагодарила Ретта за полученный ей пласт мудрости, и, выйдя из кабинета методиста, сказала заходить следующему.

– Этот чувак только что сообщил, что над ним издевались в детстве? – прошептала Лотти. – Конечно же, именно поэтому он и стал вампиром.

– Тссс, – повторила Ретта. – Они тоже заслуживают того, чтобы их послушали.

– Тоже как кто? – спросила Лотти.

– Тоже как и все, – ответила Ретта. – Лотти, не могла бы ты, пожалуйста, не отвлекаться? Мистер Мастерс смотрит на нас. Нас могут оставить после уроков.

Это заставило Лотти замолчать. Нет ничего хуже, чем сидеть в затхлом классе с миссис Марковитц после занятий в школе. Миссис Марковитц, преподававшая алгебру первокурсникам с незапамятных времен, рассчитывает, что вы посмотрите прямо на нее, когда она читает романы за своим столом в течение наказания. Ретта всегда обращала внимание на обложку, на которой был изображен мужчина с мускулистой грудью, обнимающий героиню. Она могла представить себе книгу, текст, и выдумать содержание каждой страницы, которую переворачивала миссис Марковитц. Лотти проводила все это время, прожигая глазами дыры в преподавателе. Ей не хватало воображения.

Лидер вампиров сказал:

– Да, нам нужна еда, но мы не всегда питаемся кровью.

Парень в ряду позади девочек крикнул:

– Конечно, ведь они жрут твою мамашу!

Раздался взрыв смеха, все начали гоготать. Однако лидер вампиров не выглядел веселым.

– Верно, – сказал он, пристально посмотрев на парня, который оскорбил его. – Мы питаемся твоей матерью. Она действительно хороша. Только я немного не понимаю, почему люди так плохо говорят о ней.

– Кем, черт возьми, ты себя возомнил, чувак? – сказал парень, который находился за Реттой и Лотти. Он резко вскочил и стал выше. Все, кто находился на трибунах, повернулись посмотреть на него. Трибуны скрипели, словно корабль в море. Поскольку парень находился прямо позади Лотти и Ретты, то казалось, что все смотрят прямо на них, они в центре всеобщего внимания.

– Тебе лучше следить за своим языком, приятель, – заявил этот парень.

Его толстое лицо покраснело, длинные сальные волосы блестели так, словно их очень давно не мыли. Он выглядел как настоящий вампир. Ретта задавалась вопросом: а что если он просто боялся этого? Вампир, ненавидящий себя. Такие люди существовали.

– Нет, тебе лучше следить за своим языком, приятель, – сказал лидер вампиров, прижав микрофон ко рту и усиливая звучавший в его словах вызов. Все снова повернулись, чтобы посмотреть в его сторону, словно они следили за теннисным матчем. Что-то в его голосе стало другим. И когда Ретта взглянула на него, в его глазах что-то изменилось. Они не блестели и не горели, в них не было ничего необычного. Но эти карие глаза на слегка веснушчатом лице юноши с ирокезом, притягивали ее.

– Ого, – сказала Лотти. – Дело набирает обороты.

Лидер вампиров продолжал пристально смотреть на парня с засаленными волосами, и чем дольше он это делал, тем тише становилось в спортивном зале. Шепот постепенно стихал, пока не настала абсолютная тишина, а затем вдруг юноша с засаленными волосами начал плакать и присел, закрывая лицо руками. Он разрыдался. Парень вытер лицо о плечо. В течение минуты всем было неловко. Затем, наконец, директор вырвался из-под чар лидера вампиров, которые, казалось, были наложены на всех, и сказал:

– Довольно, всё, хватит. Мы привели людей на собрание – чего вы еще хотите?

– Уважения, – ответил лидер вампиров.

Затем он спустился со сцены и пошел к дверям спортзала, а его группа двинулась следом, то и дело оглядываясь.

Когда двери закрылись, директор сказал:

– Извините, что это вышло из-под контроля, но собрание окончено. Теперь вы можете вернуться к своим занятиям и обсудить это в небольших группах.

– Обсудить что? – спросила Лотти.

Ретта толкнула ее локтем, но Лотти сказала это достаточно громко, чтобы директор ее услышал.

– Обсудите, что эти молодые люди хотели сказать, – ответил он, глядя на Лотти. Все повернулись, чтобы снова посмотреть на девочек. – Времена меняются, мисс Кеннеди. Если ты не изменишься вместе с ними, то останешься в прошлом.

– Измениться или умереть, – ухмыльнулась Лотти. – Я понимаю. Но разве нет третьего варианта, мистер Мастерс? Почему бы не стать вампиром? Как они? Тогда вам никогда не придется меняться. И вы никогда не умрете.

– Это стереотип, – сказала девушка в первом ряду. Обернувшись на Лотти, девушка дотронулась до оправы своих очков и сдвинула их вверх по переносице. Лотти показала ей язык. Тогда директор снова велел прекратить и отправил всех на занятия.

Когда они уходили с собрания, Лотти повернулась к Ретте и предложила:

– Сейчас последний урок. К черту. Не хочешь свалить с него?

– И куда мы пойдем?

– Домой, – ответила Лотти. – Мы можем побыть какое-то время у меня.

– Отлично, – сказала Ретта, и они нырнули в коридор, который вел к школьной парковке, где сейчас, в середине мая, сотни автомобилей пылали под полуденным солнцем. «Довольно скоро, буквально через пару недель, я уже никогда не смогу это увидеть», – думала Ретта. Она провела руками по волосам, не зная, должна она радоваться или нет.

Девушки прошли только половину пути, когда Ретта увидела лидера вампиров, стоявшего напротив машины – большого темно-бордового «кадиллака». Он смотрел прямо в их сторону. Его друзья вампиры куда-то исчезли. Лотти что-то говорила о видеоигре, в которую она играла онлайн, о герое, которого создала прошлой ночью, о ком-то, кто носил меч и много доспехов. Ретта постоянно отвечала: «Да? Неужели?», но она не могла выбросить из головы взгляд вампира. И наконец, как только они дошли до машины Лотти, Ретта сказала:

– Возможно, эта была не самая лучшая идея.

– О чем ты?

– Прогулять.

– Да ладно тебе, Ретта, ты серьезно?

– Да, – ответила Ретта. – Я собираюсь вернуться обратно. Ты иди. Прости.

– Ты так странно себя ведешь в последнее время, Ретта, – сказала Лотти. – Но неважно. Хорошо. Пиши для меня конспекты или что-то в этом роде.

Лотти села в машину, и пока заводила ее, демонстративно не смотрела на Ретту, а затем уехала.

Ретта, с другой стороны, повернулась и увидела лидера вампиров, который по-прежнему стоял, прислонившись к своей машине. Он все еще пристально смотрел на нее.

Но вместо того, чтобы пойти на последний урок, она все ближе подходила к нему.

Нужно сказать, что с Лотти очень трудно дружить. Ретта гордилась своим терпением. Лотти почти постоянно была чем-то недовольна.

«В мире полно глупых людей», – любила говорить она.