Смертный приговор - Андреас Грубер

– Эрик Дорфер вам уже что-нибудь рассказал, после того как вышел из комы?

– Нет, его речевой центр нарушен. К тому же у него амнезия.

Ауэрсберг положила палец на спусковой крючок.

– Я не верю ни одному слову.

– Это правда! – вмешался Снейдер в разговор.

– Молчать! – Ауэрсберг быстро направила пистолет на него, потом снова на Сабину.

– Я ничего не знаю, – пролепетала Сабина.

– Правда? Тогда почему вы здесь?

– Вы последняя видели Снейдера. Я хотела поговорить с вами, – прорвало Сабину. – Террасная дверь была открыта.

Ауэрсберг рассмеялась.

– Вы, наверное, считаете меня дурой? Вам не следовало сюда приходить. – Она ходила взад-вперед перед Сабиной. С жестким взглядом, голубая радужная оболочка глаз призрачно блестела, как у хаски.

– Не усугубляйте ситуацию. Отпустите меня, – попросила Сабина. – Мы можем обвинить вас только в лишении свободы, больше ни в чем.

– Больше ни в чем? А я думала, вы такая талантливая и одна из лучших на курсе Мартена. Не разочаровывайте меня. Какую связь между делами вы обнаружили?

– Никакой.

– Вы получаете такое великолепное образование, в вашем распоряжении все специалисты и источники информации, и вы ничего не можете найти? Какая убогость! Вы же навещали Белока в тюрьме.

– Но ничего от него не узнала.

– Однако вы читали письма, которые он получил.

– Они мало чем помогли, – выдавила из себя Сабина.

Ауэрсберг прищурилась, и ее глаза превратились в узкие щелочки.

– Вы даже не подвергли подпись Белока на письмах, которые получил доктор Ян, графологической экспертизе, чтобы выяснить, кто их на самом деле написал?

– Что бы это дало?

– Вы меня спрашиваете? Вас считают одной из самых способных молодых сотрудниц БКА, – вырвалось у Ауэрсберг. – Деточка, на самом деле вы просто наивная баварская деревенская растяпа с куриными мозгами.

– Тогда отпустите меня.

– Проблема в том, что я вам не верю. – Ауэрсберг прицелилась ей в лоб.

– Да, черт возьми, я сравнила почерк с другими, – выдавила Сабина.

– Вот видите, и что же вы выяснили?

– Ничего.

– Не прикидывайтесь наивной дурочкой!

Сабина поднялась.

– Да, черт, я знаю, что это вы написали письма доктору Яну и подбили его на убийство!

Ауэрсберг опустила плечи.

– Видите, поэтому я не могу вас отпустить. Кто еще об этом знает?

– Никто. – Сабина ощупывала руками стеллаж за спиной.

– Отойдите от стены! – приказала Ауэрсберг.

Снейдер увидел, как пальцы Сабины схватили гаечный ключ.

– Не надо, – пробормотал он.

В следующий момент Сабина набросилась с гаечным ключом на Ауэрсберг.

– Нет! – закричал он.

Он увидел огневую вспышку пистолета еще до того, как услышал выстрел. Сабина замерла. Как в замедленной съемке, пошатнулась назад. Пуля попала ей в живот с расстояния один метр. Ну почему она была такой легкомысленной?

Сабина схватилась за живот, зацепилась за стеллаж и упала на колени. Она закашлялась. Изо рта у нее потекла слюна.

– Черт! – выругалась Ауэрсберг. Пальцем показала на Снейдера. – А ты вообще молчи!

В это время Сабина, скорчившись, упала на пол.

Ауэрсберг сунула пистолет в задний карман джинсов и похромала вверх по лестнице. Видимо, Сабина повредила ей ногу во время борьбы.

Снейдер дернул свои оковы и посмотрел на Сабину, которая лежала лицом в пол и уже перестала дышать.

59

Лоб Сабины болел. Там будет приличная шишка. Удар о пол был чертовски болезненным. Она моргнула, чтобы удостовериться, что Ауэрсберг ушла, и жадно вдохнула воздуха. Потом вскочила на ноги.

– Белочка! – закричал Снейдер.

Она зажала ему рот рукой.

– Вы не слышали, что сказала Ауэрсберг? – шикнула она ему в ухо. – Молчите.

Снейдер, не веря своим глазам, смотрел на ее живот и искал рану.

Сабина подняла с пола пассатижи и перекусила кабельную стяжку. Уже намного расторопнее и ловчее, чем до этого.

– В магазине были холостые патроны. Учебные боеприпасы для тренировок в академии, – прошептала она. – Я надеялась, что Ауэрсберг воспользуется шансом и попытается отобрать у меня оружие. – Она вытерла кровь с губы, которая, казалось, распухла в два раза.

– Вы сумасшедшая, – прохрипел Снейдер.

– У вас научилась. – Сабина перекусила вторую кабельную стяжку.

Снейдер потер себе запястья.

– Но зачем этот фарс?

Сабина вытащила телефон из кармана брюк.

– Я записала разговор. У нас есть признание Ауэрсберг на пленке.

– Вы действительно проанализировали почерк Ауэрсберг?

– Нет, конечно.

На долю секунды Сабина заметила уважение во взгляде Снейдера.

– Вы очень хитро все устроили, но был ли риск оправдан?

– Для раскрытия убийства все средства хороши, – повторила она его слова.

– Правильно. – Он поднялся с ящика и помассировал себе ноги. Но в следующий момент осел, и Сабине пришлось поддержать его.

– А я уже удивился, почему вы так легко позволили отобрать у себя оружие.

– Я все ждала, когда же Ауэрсберг наконец нападет на меня. Она была в отчаянии и просто должна была это сделать.

Снейдер кивнул.

– Что бы вы сделали, выстрели она сразу, без разговоров?

– Тогда бы мы обвинили ее в покушении на убийство.

– Хитро, Белочка.

Сабина посмотрела в сторону лестницы. Сверху доносилось шуршание пленки.

– Что она задумала?

– Угадайте с трех раз. Она должна попытаться избавиться от вашего трупа.

При слове «труп» Сабина невольно подумала об Эрике. Она опустила плечи.

– Эрик умер сегодня вечером.

Снейдер заскрипел зубами, но ничего не сказал. В следующий момент снаружи перед домом раздались звуки полицейской сирены. Через секунду в подвал спустилась Ауэрсберг, клацая каблуками.

Снейдер, шатаясь, пересек комнату, оперся о винный стеллаж и нагнулся за кочергой.

– Мартен, у нас гости. К сожалению, я должна тебя… – Ауэрсберг застыла, как громом пораженная, и не веря своим глазам уставилась на Сабину.

– Извини, моя дорогая, – сказал Снейдер.