Мертв только дважды - Антон Чиж

— В каких малоприятных обстоятельствах нам приходится встречаться, мой дорогой, — сказал он.

— Всего лишь бизнес, — ответил Мечик. — Не о чем жалеть.

Профессор скрестил руки на груди.

— Восхищаюсь вашей выдержкой, мой дорогой Карлос… Но как вы догадались?

Мечик вынул из кармана брюк записную книжку, кинул к ногам профессора.

— Не отмечена дата нашей встречи в кафе «Жербо», — сказал он. — Зная вашу пунктуальность, я смело могу сказать, что это означает: вы не собирались приходить. А это значит, что вас попросили подставить меня под выстрелы. Выходит, вы знакомы с месье Вагнёром. Кроме того, вызвали меня на встречу, когда я должен был находиться в Вене. Узнать о моем экстренном возвращении могли только от него. Понимаю: деловой интерес. Месье Вагнёр помогает вам, когда это нужно, а вы — ему. У вас настолько тесное сотрудничество, что вы предоставили ему Аранку. Чтобы снять постановочное видео пыток и выманить меня на иранцев. Не пожалели родную дочь, чтобы выполнить миссию. Служба древностей Египта так хорошо платит? Или помогает в ваших делишках? Или вы состоите в этой чисто научной организации?

Князь зажал уши ладонями и закрыл глаза. Кажется, ему стало плохо. Профессор держался отлично.

— Вы слишком умны, мой дорогой Карлос, — сказал он. — И как жаль, что вы так глупы. А ведь могли бы достичь многого…

— Не будем отвлекаться от темы нашей встречи, — сказал Мечик. — Где девушка?

Дьёрдь окинул его взглядом.

— Не вижу у вас ничего похожего на кувшин…

— Он сейчас прибудет. Если увижу её живой.

Профессор кивнул одному из охранников. Тот опустил Uzi, который устал держать в боевой изготовке, вышел в боковую комнату. И вернулся довольно быстро. Катарина сама идти не могла, еле переставляла ноги. Охранник швырнул ее на стул. Ее били в живот. На руках и ногах ссадины и гематомы. Губы и брови разбиты. Над глазом кровоподтек. Платье разорвано и надето криво. Пытали с глупой, неумелой жестокостью. Она подняла глаза, расцепила спекшиеся губы и шевельнула ими. Катарина хотела сказать: «Прости меня!». Мечик понял. Ему хватило выдержки остаться спокойным.

— Как видите, дорогой мой Карлос, мы выполнили свою часть контракта: ваша дама жива, — сказал Дьёрдь. — Очередь за вами…

На мониторах наблюдения появилась машина с большим логотипом службы экспресс-доставки.

— Внимание на объект! — отдал команду командир спецназа.

Это было интересно. Габриель следила за происходящим. Машина остановилась около крыльца. Курьер в фирменной одежде достал объемную коробку с логотипом компании и позвонил в дверь. Открыл все тот же щуплый юноша, расписался на планшете и забрал коробку. Курьер прыгнул за руль и задним ходом стал выруливать на шоссе.

— Машину задержать вне зоны видимости! Всем приготовиться!

Отдавать приказы Габриель умела. Командир спецназа передал ее приказ бойцам…

Стефан внес коробку в кабинет.

— Оставьте около нашего гостя, молодой человек, — сказал Дьёрдь.

Секретарь поставил коробку у ног Мечика и торопливо отошел. Мечик подтолкнул посылку ногой.

— Забирайте…

Профессор погрозил ему пальцем.

— Дорогой мой Карлос, мы наслышаны, что бывает, когда открывают дверцу камеры хранения. Будьте добры — сами.

На этом строился расчет. Мечик пожал плечами, как будто был удивлен такой просьбой, присел перед коробкой, разорвал скотч и раскрыл клапаны. Ему пришлось глубоко засунуть руки, чтобы достать вещь.

— Таранга…

— Что вы сказали?

Никто не понял, что произошло. Охранники, стоявшие в дальних углах кабинета, вздрогнули и повалились лицом в ковер. Их напарники только успели переглянуться, как схватились за грудь, выронив Uzi, и посыпались на пол. Хлопки глушителя были совсем тихими. А стрелял Мечик очень быстро. Он вынул из коробки два ствола с накрученными глушителями.

Большие кабинетные часы показывали 21.56.

Дьёрдь не шелохнулся. Только глянул на лежащие тела.

— Блестяще, мой дорогой Карлос, жаль, не знал о ваших талантах. Что же дальше?

Бросив один пистолет в коробку, Мечик вынул замотанный в грязную тряпку кувшин.

— Честный обмен, — сказал он и сильным толчком кинул кувшин профессору.

Профессор бросился ловить с прытью футбольного вратаря. Поймал и удержался на ногах, прижимая к себе кувшин с нежностью любящей матери. Но насладиться счастьем профессору не дали. Князь шагнул к нему и вцепился в холстину.

— Это принадлежит мне!

Дьёрдь ударил его по рукам.

— Пошел вон! Знай свое место!

— Это моё! — завопил князь и стал бить профессора по лицу. Пощечины были слабенькие.

Габриель застегнула молнию на куртке с надписью на спине «Европол».

— Берем всех, майор.

Командир отдал приказ. К особняку стали приближаться группы захвата…

Мечик подбежал к Катарине, бережно подхватил на руки и поцеловал в лоб.

— Прости меня… любимый…

— Пора выбираться.

— Я не знала…

— Потом… Времени мало.

Профессор с князем сцепились. Катались по ковру, старясь побольнее ударить друг друга. Польфи оказался ловчее, вырвал кувшин, откатился в сторону. У профессора кончились силы. Он сидел, опираясь на руки, и дышал со свистом.

— Бежишь, Карлос! — закричал он. — Я знаю, кто ты! Ты — Лунный Ветер! Я догадался! Я раскрыл твою тайну! Тебе некуда бежать! Дом окружен полицией. Сейчас тебя возьмут, и ты за все ответишь… Будь ты проклят!

Дьёрдь упал на спину без сил. Князь забился в угол, прижимая кувшин. Лицо его светилось радостным безумием.

На часах было 21.57.

Мечик ногой захлопнул дверь кабинета. И побежал по дому. Тяжести Катарины не чувствовал. Он знал, что выбраться можно через кухню. Кухня выходила в сад. Мечик подобрался к двери и выглянул. Между деревьев передвигались темные фигуры спецназовцев. Выход отрезан. Он переложил Катарину на другую руку и поцеловал в разбитые губы.

— Все будет хорошо.

Катарина закрыла глаза и затихла…

Дом стоял в деревушке, затерявшейся среди виноградников на границе со Словакией. Проверив время, Гёза вытащил телефон. Оставалась минута. Он не захотел ее подарить.

— За лейтенанта Шандора, моего друга, — сказал он и нажал кнопку вызова. Звонок пошел на будапештский номер…

Габриель только вышла из минивена, когда темнота исчезла. Как будто взошло солнце. Вспышка осветила деревья, за которыми спряталась командная машина. А потом обрушился грохот. По лицу ударил поток воздуха. Комиссар бросилась в машину. Вместо особняка вздымался в небо огненный шар. Фигурки спецназовцев разбегались в стороны. Пожар бушевал вулканом.