Приближая горизонты мира. Смерть от своих, спасение от врагов - Галиб Халил

– Это парик, Лейла, – ответил Бен, – ты можешь надеть его прямо на свой хиджаб…

– Ты даже и не предлагай, – наотрез отказалась девушка, – это исключено.

– Я бы не стал тебя просить, если бы не особый случай, сама знаешь, – стал уговаривать ее Бен.

– Ты понимаешь, что ты мне предлагаешь? – недоумевала девушка. – Я закрываю свои волосы, чтобы демонстрировать чужие?

– Может, это не самый лучший метод, но он сработает, чтоб… – запнулся Бен. И, подойдя ближе к Хадидже, сказал ей одними губами, – чтобы остаться в живых. Они сфокусированы на сканирование девушек в хиджабах. Иначе в Британию мы едем как смертники, на явную гибель. Понимаешь? Там МИ5[21] сразу тебя раскроет. Это не Франция и тем более не Италия, которые были для нас приятной прогулкой. Положение будет безвыходным, если ты не согласишься. Подумай, это не нарушение, а компромисс, – продолжал давить Бен.

– Это нарушение, на которое я иду под твоим давлением и только из-за угрозы смерти для нас обоих, – резюмировала Хадиджа и направилась в дальний конец комнаты, где теряя терпение, дожидалась ее Франсуаза.

Через час издевательства для Хадиджы закончились, и Бен даже ахнул от увиденного, когда она предстала перед ним в темно-синем брючном деловом костюме и прямыми черными волосами с челкой на лбу, полностью прикрывающей сверху ее косынку. – Упасть мне с Эйфелевой башни! – под стать обстоятельствам сказал Бен. – Я же так и заикой могу стать!.. Даже для меня ты снова незнакомка, что же говорить о наших «друзьях»!..

– Может, хватит? Я в зеркало боюсь смотреть, – прервала его смущенная девушка.

– Ну как, не потеряла я еще навыки? – спросила довольная собой старушка.

– Что ты? После такого я с удовольствием отдамся в твои руки, – сказал Бен, – меня уговаривать не придется.

– И что тебе муза сказала? – поинтересовалась Франсуаза.

– Как в первый раз, помнишь? – спросил Бен, подмигнув.

– Конечно, помню, – обрадовалась старушка. – А нужные наряды с тобой?

– Нет, не успел…

– Это не проблема, сейчас организуем, – сказала старушка и куда-то позвонила.

– Пойдем, милый, – заманчиво поманила его тетушка в свою мастерскую. Прошло больше часа, и Хадиджа постепенно теряла терпение. В комнату вошла помощница Франсуазы с какими-то подарочными сумками и свертками. Оставив их за занавеской у тетушки, помощница ушла. Еще через пятнадцать минут тетушка вышла из своей мастерской с высокой девушкой привлекательной внешности. Хадиджа не показала своего удивления, предположив наличие другой смежной комнаты за занавесом, где эта девушка могла бы быть все это время.

– Ну что, надеюсь, вы остались мною довольными? – спросила Франсуаза, видя, как начинает волноваться от происходящего Хадиджа.

– А простите… – только успела сказать она, как девушка рядом с Франсуазой заговорила мужским голосом:

– Ну ладно, тетушка, нам, наверное, пора.

– Что?.. – растерянно переводила Хадиджа взгляд со старушки на Бена, не веря своим глазам и ушам. – Бен?! Это ты?

Бен и Франсуаза принялись дружно смеяться над реакцией девушки, довольно ударяя друг друга по рукам.

– А разговаривать-то по-нашему сможешь? – пытаясь скрасить свой конфуз, спросила Хадиджа.

– Ты ущипни меня, пожалуйста, если забуду пищать, как вы, – ответил Бен, изображая писклявый женский голос, что стало причиной для очередного хохота старых друзей.

Обнявшись с Франсуазой на прощание, Бен и Хадиджа, две неотразимые девушки, продолжили свой путь.

Выйдя на улицу, они все еще чувствовали некоторое волнение после горячей погони под жарой, продолжали нервно оглядываться на резкие звуки и пытались скрыть напряжение при виде блюстителей порядка.

– Ты только посмотри, с кем мы живем в одном городе, – сказал сержант, присвистнув напарнику, когда девушки проходили рядом.

– Как же я вообще с тобой по одной земле хожу!? – недовольным женским голосом фыркнул Бен, чем вызвал смех у молодых полицейских.

Отдалившись от них, Бен подошел к зевавшему от безделья пожилому темнокожему водителю такси и предложил ему сорвать сегодня джек-пот.

– Отстань, бесстыдница, я по казино не шляюсь, – ответил тот, отвернувшись в другую сторону.

– Я работу тебе предлагаю, старый осел, – в духе плохих девочек сказал Бен.

– Какую еще работу? Ждать тебя под окнами, пока ты клиента не доделаешь? – сморщив лицо, спросил дядечка недовольным тоном.

– Вот дурак, люди перестали понимать хорошее, – возмущался Бен, которому нужно было отрепетировать свой новый имидж. – В Кан нам нужно поехать. Ясно тебе сейчас? Но больше трехсот не дам. Договорились?

– В Кан? Это в сторону пролива, что ли? А я больше и не захочу, – обрадовался таксист, – что же вы мне сразу не сказали? А то джек-пот, клиенты… Садитесь, девочки, – сказал он, оскалив большие желтые зубы.

Устроившись сзади, девушки театрально оглядели друг друга с ног до головы и прыснули от смеха. Через три часа они добрались до города Кан, находящегося между Парижем и проливом Ла-Манш, откуда до небольшого портового городка Шербур оставалось чуть больше часа езды. Они вышли, не доезжая до центра, и немного заплутали между домами в спальном районе города. Было уже темно и, проходя между дворами, девушки наткнулись на троих пьяных мужчин.

– О, а вот и кукушки сами прилетели! – стали они дружно смеяться. – Я же тебе говорил, что я тебе найду девочек, и идти никуда не надо было, – оскалился идущий впереди, пытаясь схватить Бена за руку. – Девочки, у нас тут такая веселая компа… – не договорив, мужчина получил удар коленом между ног и, согнувшись вдвое, свалился в траву.

– Ты, чо это, дур-ра, – пошел на Бена второй, замахнувшись пустой бутылкой, но, получив удар прямой ногой по животу, высвободил содержимое желудка и упал на колени со сбитым дыханьем.

– Ну что, тебя тоже отрезвить? – спросил Бен третьего писклявым голосом, подойдя к нему поближе. Но тот, спотыкаясь и падая, решил ретироваться, не испытывая судьбу. Продолжив свой путь, Бен вскоре нашел нужный дом и, открыв гараж, выкатил оттуда видавший виды седан «Ситроен».

– Вот тебе на чем приходиться ездить? – посочувствовала Хадиджа. – Теперь я тебе верю, когда ты жалуешься на жалованье.

– Это старый, но верный друг, о котором никто не знает, даже я о нем забыл, – ответил Бен, проверяя датчики. – Дотянем, – добавил он и открыл дверь изнутри для Хадиджы. Еще через полтора часа они въехали в Шербур и подъехали к причалу рыболовецких шхун. Из некоторых суден доносились звуки веселья и пьяных оргий. Перемахнув бесшумно на борт одного из них, Бен заглянул в окно каюты. Это была единственная шхуна, на которой развевался английский флаг.