Не бойся Жнеца - Стивен Грэм Джонс

Голова Синнамон чуть дергается, но волосы остаются при ней.

Впрочем, она этого даже не замечает: у нее заботы поважнее.

Изо рта у нее сочится кровь, зубы окрасились красным цветом, а куртка с капюшоном вспорота по диагонали.

А под ней… Джейд усмехается, оценив это по достоинству.

Под курткой на ней какой-то пластиковый щиток. Хоккейный, мотоциклетный – точно не скажешь, – но Синнамон явно пришла сюда не умирать. Она пришла убивать.

– Молодец, молодец, – подбадривает ее Джейд, а сама отползает дальше.

Синнамон смотрит на нее, прищуривает глаза, наконец узнавая.

– В туалете даже не душно, – будто спрашивает она голосом маленькой девочки, потом хитро ухмыляется, словно давая понять, что это шутка.

По черепу Джейд бегут мурашки. Наверное, потому что в ту ночь она впервые почувствовала, как полотенце касается ее стриженой головы.

– Убери их отсюда, – говорит Синнамон, кивая в сторону Кимми Дэниэлс и еще неизвестно кого, кто сидит без дела на санях и глазеет по сторонам.

Джейд барахтается по снегу в одну сторону, а Синнамон ступает в другую и тут же скользит по льду: кто-то поработал лопатой и превратил снег в замерзшую слякоть, которая по такой погоде немедленно превращается в каток.

Синнамон больно ударяется спиной, а Джейд переводит взгляд с нее на Кимми Дэниэлс, стоящую на заднем сиденье саней, а потом…

…на Мрачного Мельника.

Тот подходит к Джейд – не к Синнамон! – и отводит руку с крюком, чтобы нанести несильный решающий удар.

Но не успевает он это сделать, как в грудь ему врезается коричневая кожаная сумка, из которой вылетают квитанции, обертки от жевательной резинки, какие-то косметические салфетки – все это порхает вокруг его лица.

Джейд с изумлением смотрит на маму: это ее мама соскочила с саней и теперь бежит через улицу, чтобы отдать жизнь за свою дочурку, встать между злодеем и ней – а там будь что будет. Единственное, что сейчас важно, – это спасти Джейд.

– Мама! – кричит Джейд, поднимая руку, чтобы ее остановить, и в эту секунду мир перестает вращаться. Для каждого из них.

Джейд опирается на локоть, тянет руку к маме, а Мрачный Мельник стоит с полусогнутой рукой-крюком. К его окровавленной груди прилип желтый чек, и оба смотрят на Кимми Дэниэлс и нечто громадное, что выросло у нее за спиной. Деревянные пики пронзают ей грудную клетку, горло – и выходят изо рта.

Совершенно белый лось только что проткнул Кимми Дэниэлс и, шевельнув мощной шеей, поднял ее над землей.

Он трясет головой, опускает рога, позволяет телу соскользнуть, потом поворачивается и смотрит на отъезжающие сани: те, уменьшаясь в размере, вместе со своим седоком уносятся в снежную пелену.

– Мама… – слышит Джейд свой голос.

Белый лось осторожно ступает вперед, обнюхивает рот Кимми, потом, будто недовольный или даже оскорбленный, выдувает этот запах обратно, и Джейд против воли вспоминает, как мама по утрам оставляла кухонную дверь открытой, когда, занимаясь хозяйскими делами, что-то мурлыкала себе под нос. Как закапывалась пальцами в волосы Джейд, а Джейд крепко прижималась к ее ноге. Как всякий раз позволяла Джейд выкатываться из «Семейного доллара» с краской для волос, и так продолжалось все годы учебы в старших классах, пока она не поняла, что мама все-таки там работает и Джейд не худо бы вернуть все, что она там натырила.

– Мама… – повторяет Джейд, и теперь этот дурацкий белый лось уставился на нее. Он обнюхивает или пытается обнюхать ее; от его огромной головы идет легкий пар.

Джейд откидывается назад, оставляя борозду в снегу, но ее останавливает крепкое колено Мрачного Мельника… Это должно было случиться еще две минуты назад, в видеопрокате.

Джейд смотрит на него снизу и перехватывает его взгляд: он все еще смотрит на лося. А лось глядит голубыми глазами вдоль Главной улицы, в сторону озера, слышит что-то, доступное только ему, и легко уходит туда, в самую сердцевину бурана.

Мрачный Мельник переводит взгляд на Джейд, словно явление лося и совершенное им убийство открыли дверь и для него.

– Да кто ты такой? – говорит ему Джейд.

Прежде чем Мрачный Мельник успевает пустить в ход крюк со скоростью, на какую способны мышцы его груди, раздается крик. Джейд слышала такой лишь однажды: от Леты в Терра-Нове. Крик на пороге смерти. От такого разрывает рот, потому что твой дух цепляется за жизнь, готовый принять последний бой.

Это Синнамон Бейкер.

Она достала откуда-то лопату – может быть, из грузовика Баннера, да это и не важно, – и, держа ее перед собой, как пику, с оглушительным воплем несется на Мрачного Мельника.

Джейд, как может, шарахается в сторону… а Мрачный Мельник просто следит за этим натиском глазами, которым видеть такое не впервой.

– Нет… – говорит Джейд.

Мрачный Мельник даже не поднимает руку, чтобы защититься, и это плохой знак – хуже некуда.

Он позволяет Синнамон вложить в лопату весь ее чирлидерский вес, весь задор старшеклассницы.

Лезвие упирается Мрачному Мельнику в верхнюю часть живота, прямо под грудиной, заставляет его на полшага отступить, но не вскрывает его, не рассекает до позвоночника, на что рассчитывала Синнамон.

Мельник берет лопату за полотно, и Джейд понимает, в чем дело: лопата не штыковая, а совковая, чтобы собирать гравий.

А другой ее конец…

Мрачный Мельник резко выдергивает лопату из рук Синнамон и скругленным черенком наносит ей удар прямо в горло.

Джейд подскакивает, но… что она может сделать?

Синнамон падает и хватается за горло, силясь вздохнуть. Возможно, этот вздох – ее последний.

Мрачный Мельник подходит к ней, но что-то его останавливает.

Не спуская глаз с Синнамон, он опускается на колени, шарит в снегу, и Джейд на тысячу процентов уверена, что он вот-вот достанет мачете.

Но это – Джинджер Бейкер.

Мрачный Мельник хмыкает, и в его хмыканье Джейд слышится вопрос.

Мрачный Мельник впивается Джинджер в плечо, сажает ее лицом к востоку от Главной улицы – по направлению к шоссе.

Похоже, Мрачный Мельник всматривается в ее лицо, поворачивает его влево и вправо. Тут в поле его зрения попадает отвертка; секунды три он ее разглядывает, снова поворачивает Джинджер, и застывшими глазами она смотрит на сестру, которая бьется в судорогах, все еще пытаясь встать, не желая сдаваться.

Мрачный Мельник усмехается, кивает.

Дальше происходит то, что Джейд уже видела, но только в кино, только в дурацких слэшерах, где жаждущим фанатам скармливают всякие нелепости: Мрачный Мельник опускает Джинджер обратно в снег, как отработанный материал, и левой рукой хватает ее за обе лодыжки сразу.

Рывком