Безымянный: 2 сезон - Дин Кунц
Серия рассказов Дина Кунца «Безымянный: 2 сезон» (2021) — продолжение цикла о загадочном Безымянном, который по-прежнему борется со злом, балансируя между жаждой справедливости и тёмными тайнами собственного прошлого. Безымянный всё так же лишён цельных воспоминаний о себе, но фрагменты прошлого продолжают проступать в его сознании — и они оказываются куда мрачнее, чем он предполагал. Во втором сезоне герой сталкивается не просто с отдельными преступниками, а с масштабными угрозами: тоталитарными тенденциями в обществе, культами, торговцами оружием, извращёнными трактовками «милосердия» и системами, которые сознательно стирают человечность. Его миссия обретает новый масштаб: он не только карает злодеев, но и пытается помешать формированию общества, где насилие и контроль становятся нормой. Каждый рассказ — самостоятельная история с напряжённым сюжетом, но вместе они ведут к раскрытию личности Безымянного и показывают, как его прошлое связано с теми угрозами, с которыми он сталкивается. В этой части цикла Дин Кунц сильнее смещает фокус на антиутопические мотивы: страх перед будущим, где власть и жестокость маскируются под порядок. При этом фирменный стиль автора сохраняется — психологическое напряжение, тревожная атмосфера, моральные дилеммы и резкие повороты. В состав «2-го сезона» входят: "Заблудшая душа города", "Нежен ангел мести", "Калейдоскоп", "Свет весом, тьма невесома", "Штопор", "Взять на прицел".
Внимание! Аудиокнига может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних прослушивание данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕНО! Если в аудиокниге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту pbn.book@gmail.com для удаления материала
Читать книгу "Безымянный: 2 сезон - Дин Кунц"
— Жалко, — говорит Маи Маи.
Хуан соглашается:
— Совсем жалко.
Когда Портер шагает в дверной проём, держа Beretta двумя руками, женщины мгновенно замечают его и разворачиваются.
Сенатор неправильно понимает происходящее и восклицает:
— Слава богу, вы здесь.
Поскольку убивать Портеру отвратительно — как бы ни заслуживал пули тот, кто её получит, — он говорит:
— Дамы, просто уходите. Просто уйдите. У меня с вами нет спора.
Маи Маи тянется к скрытому оружию на правом бедре, под курткой, и Портер предупреждает её, но она выхватывает — и он нажимает на спуск дважды, попадая точно в центр груди.
У Хуан под рукой нет огнестрельного оружия, но у неё есть складной нож, которым она грозилась сделать сенатора евнухом. Судя по всему, ненависть к этому человеку настолько у неё сильна, что она не способна сохранять профессиональную отстранённость. Визжа что-то по-китайски, она вскарабкивается на кровать, высоко заносит руку, и нож, описав дугу, обрушивается вниз.
Портеру приходится стрелять и в неё тоже; и когда она падает с кровати, клинок ножа уже глубоко вошёл в матрас между ног сенатора — всего в дюйме от цели.
Хотя Вон Яффер голый, раскинутый звездой и лежит в собственной моче, он так восторжен этим поворотом событий, что орёт:
— Ха! Да! Получай, ты, чокнутая сучка!
Он ухмыляется Портеру.
— Я и не знал, что мне выделили тайную охрану, но, чёрт побери, рад, что выделили. — Он не способен ни на стыд, ни на что, кроме самой примитивной самоосознанности. Он так долго лгал всем, что теперь лжёт самому себе — и сам этого не понимает. — Развяжи меня, и давай приведём это в порядок.
Портер убирает 9-мм Beretta в кобуру, вытаскивает нож из матраса. Учитывая бритвенно-острое лезвие, он говорит:
— Ты и правда идиот. Скажи мне, Большой папочка, сколько именно убийств потребуется, чтобы выполнить цель «Единственного Решения»? Сто миллионов в этой стране? Двести миллионов? А по всему миру?
15
Портер поужинал пораньше, прежде чем приехать в дом у реки: он ожидал, что, закончив дело, ради которого пришёл сюда, уже не сможет есть.
Теперь он сидит в кабинете с бутылкой каберне Caymus, которую освободил из винного погреба. Вечер ещё только начался. Он может напиться — и это не будет иметь значения. Потом он всё равно сможет заснуть просто потому, что выберет заснуть: его дары не исчезли вместе с амнезией. Утром он будет свеж. От сенатора он узнал всё, что ему нужно; в полдень его впустят в поместье Аринвальда — хотя, оказавшись там, он может столкнуться с трудностями.
Время от времени он проводит языком по мосту между третьим моляром и вторым премоляром.
Он не доверяет стремительному прогрессу высоких технологий, в который внесли вклад и его компании. Каждое ослепительное новое изобретение кажется благом для человечества. Но в последнее время любой, у кого есть глаза и хоть капля проницательности, временами не может не бояться: бесконечные чудеса нашей эпохи окажутся в конечном счёте орудиями подавления — средствами, которыми всё человечество вдавят в один-единственный шаблон, а мир превратят в безрадостный улей.
Встроенный в стену телевизор выдвигается и разворачивается к нему. Экран светлеет — и спустя мгновение для него начинает транслироваться фильм. Туз присутствует — по-своему — и выбрала «Пока ты спал», с Сандрой Буллок и Биллом Пуллманом.
Любимые фильмы Реджины были историями любви, и этот был у неё в самом верху списка — или где-то рядом. Туз права, выбрав эту простую, но особенную картину: она напоминает Портеру, что важнее всего не то, к чему велят стремиться политика и материализм; важно — реализовать те четыре способности, с которыми мы рождаемся: любовь, надежду, веру и уважение к истине, — и при этом держаться за смирение совсем юных, которое мы слишком часто оставляем в детстве.
Когда фильм заканчивается, ему не хочется темноты. Он оставляет на столе горящую лампу и ложится на диван. Три трупа, остывающие на втором этаже, его не преследуют. Его преследуют сотни миллионов людей, которых в будущие годы могут убить на фабриках смерти — осудив ни за что иное, кроме самого факта их существования.
— В шесть утра.
И через минуту он спит.
16
Из нескольких объектов недвижимости, принадлежащих «Кибернейшн Индастриз», самый большой — участок в тысячу акров на севере Невады. Полночь близится, и огромные плоские пространства и вздыбленные хребты скал в лунном свете кажутся бледными. Ничто не движется — кроме койотов, их добычи и охранных патрулей компании на электромобилях, которые не нарушают тишины этих пустошей.
Мартин Рэйвен и раньше нередко задерживался допоздна, но никогда ещё не оставался здесь тридцать два часа подряд — а именно столько и выйдет, когда всё это закончится завтра после полудня. С тех пор как его назначили на этот объект, он каждый вечер возвращался домой — к жене, Мелани, и детям, Арабелле и Шейну. Дом — в четырнадцати милях от его кабинета, в Артезии, названной в честь артезианской скважины, которая и поддерживает жизнь в этих сухих местах. Теперь это практически город компании — хотя и не неприятный, — и Мартин получает, по сути, двойную оплату за то, что согласился на должность так далеко от удобств пригородной жизни.
Мартин знает: его место — дома; ему не следовало бы быть здесь. Но привязанность к Куини такова, что сейчас она значит для него всё. Эту судьбоносную ночь они проведут вместе — в её помещении здесь, в «Кибернейшн». То, что случится завтра, решит её будущее и его.
Теперь, оставшись с ней наедине, он проводит рукой по её гладкому боку и говорит:
— Должно быть, я кажусь тебе дураком, девочка, но мы так далеко зашли вместе, и я боюсь, что, если в эту последнюю ночь я оставлю тебя одну, с тобой что-нибудь случится. Такое суеверие не достойно меня, но всё равно держит меня мёртвой хваткой.
17
Цель известна. Пора взять на прицел.
Toyota, которую арендовал Вон Яффер, — скромная модель, совсем не такая, на какой ожидаешь увидеть властителя вселенной. Портер Огастин рассчитывает поездку так, чтобы подъехать к поместью Аринвальда как можно ближе к полудню, не рискуя опоздать.
Сворачивая налево на двухполосную подъездную дорогу,
