Книга убийств - Джонатан Келлерман

— Джейни не повезло: она оказалось на вечеринке в самый неудачный момент.

— Мелинда описывает Джейни как наиболее подходящую жертву: одурманена наркотиками, глуповата, склонна к фантазиям, любила действовать людям на нервы. К тому же незадолго до этого подверглась сексуальному насилию. Если положить достаточное количество ингредиентов в похлебку, добавить парочку небрежно брошенных «черномазых» — и кто знает?

— А как ты расцениваешь реакцию Джейни на изнасилование в отеле?

— Меня она не удивила, — ответил я. — Многие полагают, что жертвы насильников должны вести себя, как в кино. Иногда их реакция бывает именно такой. Но известно, что гораздо чаще жертвы сохраняют спокойствие — во всяком случае, внешнее. Оцепенение как защитная реакция. А если учесть, что Джейни регулярно подвергалась сексуальному насилию со стороны отца, то все укладывается в схему.

— Для нее одно стало продолжением другого, — сказал Майло. — Бедная девочка.

Он немного поел, потом отодвинул тарелку в сторону.

— Возникает несоответствие между описанием изнасилования в отеле в изложении Мелинды и тем, что рассказал мне Швинн. По словам Мелинды, насильник заставил Джейни выйти из машины в двух милях от дома. А осведомитель Швинна — что Джейни бросили в узкой аллее, и она была без сознания, когда ее нашел какой-то пьянчуга.

— Возможно, Джейни решила несколько приукрасить историю, пытаясь «сохранить лицо», — предположил я.

— Жалкая попытка, — покачав головой, заметил Майло.

— А кто мог быть осведомителем Швинна?

— Понятия не имею. Он ничего мне не рассказывал. Я ждал, что он начнет вводить меня в курс дела, поможет разобраться, что к чему, но мы лишь делали один звонок за другим, а когда приходило время писать отчеты, Швинн вставал и уходил. Вот и теперь он из могилы дергает за веревочки… Если Джейни наврала относительно возвращения домой пешком, то и парень в «ягуаре» мог быть выдумкой. Чтобы не признаваться в том, что он был слюнявым горбуном с разбитой колымагой вместо роскошной машины, обычным пьянчугой.

— Вполне возможно. Но если она говорила правду, история с обладателем «ягуара» представляет немалый интерес. Молодой парень на угнанной машине не стал бы рисковать, снимая комнату в отеле в самом центре города. А вот если у него имеются необходимые связи, если отелем владеет папочка… Джейни сказала Мелинде, что портье знал парня. Было бы полезно выяснить, кому принадлежали отели вроде этого двадцать лет назад.

— Ты думаешь о крупном владельце недвижимости. Например, о Коссаках. Или о Ларнере. — Он, растирая лицо, рассказал мне о «Плайа дель Соль». — Я помню некоторые отели, расположенные там. Самые грязные находились на Мэйн-стрит, между Третьей и Седьмой авеню. Обычные ночлежки, полные пьяниц. «Эксетер», «Колумбус» — не менее полудюжины, обычно они содержались на федеральные субсидии… я должен раскрыть еще и изнасилование двадцатилетней давности, не имея жертвы. Боюсь, ничего не получится, Алекс.

— Я лишь строю предположения, — сказал я. — Кажется, мне платят именно за это?

Он выдавил улыбку:

— Извини. Я чувствую себя так, будто меня загнали в угол. Не могу вести обычное расследование, поскольку сам попадаю под прицел.

— Пэрис Бартлет и звонок из департамента полиции.

— И уровень игроков. Ужин с Обеем… трудно поверить, что они собрались вместе, чтобы обсудить какую-нибудь ерунду. Бацилла и Хорн живут на взятки, и если Уолт Обей в чем-то замешан, то речь может идти о суммах с множеством нулей. Брусарда не было в ресторане, но он с самого начала является членом их команды. Он сосед Обея, и Обей с энтузиазмом поддержал его назначение на пост шефа полиции. А я превращаюсь в обычную блоху, которая пытается их укусить. Кстати, как тебе слух, циркулирующий по департаменту, относительно детектива с положительной реакцией на СПИД, который собирается в отставку? «Поберегите здоровье!»

— О Господи, — пробормотал я. — Как тонко.

— Полицейские тонкости. Мы воспитываем при помощи дубинок, а не скальпелей. Похоже, я выбрал не самое подходящее время, чтобы ворошить прошлое. Самое обидное, что мне ничего не удалось добиться… ты закончил? Пора возвращаться в смог. Этот проклятый город слишком красив.

Пока мы ехали обратно в Альбукерке, Майло угрюмо молчал. Еда в итальянском ресторане была великолепной, но я съел гораздо больше, чем он, а это говорило о многом.

Майло проспал почти весь полет до Лос-Анджелеса. Когда мы вновь сели в «севилью», он сказал:

— Мы нашли Мелинду и продвинулись с точки зрения мотивов, средств и возможности убийства. Но, черт побери, какой в этом толк, если я понятия не имею, где искать подозреваемых? Если бы пришлось делать ставки, я бы поставил на Уилли Бернса, лежащего в безымянной могиле. Стоящие за спиной Кэролайн люди с деньгами всегда будут видеть в нем угрозу, но даже если им не удалось добраться до Бернса, с ним должна была покончить страсть к героину. Безумная Кэролайн вполне могла умереть или живет в любом из мест от Багам до Белиза. И даже если я сумею ее найти, что я смогу ей предъявить? Они тут же призовут на помощь одного из твоих коллег, и Кэролайн запрячут в дорогую лечебницу.

— Звучит довольно мрачно, — отозвался я.

— Хороший из тебя психиатр.

— Лечение реальностью.

— Реальность есть проклятие разумных. Мы проехали мимо «Школы успеха».

— И он мне говорит о тонкости, — сказал Майло.

— Так короче, — возразил я.

— Короче не бывает. Жизнь утомительна и жестока… впрочем, подумай о том, что нам удалось узнать. К тому же это не привлечет внимания к моей особе. Но не рассчитывай на многое. И постарайся не вляпаться в неприятности — ты не можешь вести мои сражения.

— Какого рода неприятности?

— Да любые.

Робин оставила сообщение на автоответчике, но она явно торопилась, и ее голос звучал отстраненно. Они переехали в Ванкувер и остановились в отеле «Пасифик лодж». Я позвонил и попросил соединить с ее номером. Мне ответил мужчина. Он явно был счастлив.

— Шеридан? — поинтересовался я.

— Да.

— Алекс Делавэр.

— О, привет. Я позову Робин.

— А где она?

— В ванной.

— Как моя собака?

— Э… прекрасно…

— Я спрашиваю, поскольку ваше настроение вполне соответствует восторгу пса, который рассчитывает на мозговую косточку. Впечатляет.

— Он… я люблю собак.

— В самом деле? — спросил я.

— Ну да.

— Вам повезло. Молчание.

— Пойду скажу Робин, что вы звоните.

— Большое спасибо, — поблагодарил я, но он меня уже не слышал.

Робин довольно быстро взяла трубку: