Президент пропал - Джеймс Паттерсон

Белый фургон с логотипом «Лодочной станции Ли» сворачивает с шоссе на усыпанную щебенкой дорогу. Вскоре путь перекрывает шлагбаум, на нем знак: «Частная собственность. Посторонним въезд запрещен». За шлагбаумом поперек дороги стоят два черных внедорожника.

Водитель фургона, известный как Лойзик, тормозит и оглядывается в зеркало заднего вида. В кузове сидят восемь человек в бронежилетах, у половины в руках АК-47, а у других – наплечные ракетницы, заряженные бронебойными снарядами.

– Только когда я сниму кепку, – напоминает он про условный сигнал.

Лойзик вылезает из кабины. Вполне себе типичный рыболов: кепка со сломанным козырьком, фланелевая рубашка, потертые джинсы. Он подходит к шлагбауму и машет в сторону ближайшего внедорожника.

– Эй! – кричит. – Парни, не подскажете, как попасть на двадцатую окружную?

Никто не отзывается. Стекла у машины тонированные, так что внутрь не заглянешь.

– Эй, есть тут кто?

Он повторяет вопрос. И еще раз. Так и знал: внедорожники пустые. Секретной службе не хватает людей, особенно после того, как они отправили целый отряд с военным вертолетом, в котором летят политики.

В итоге Лойзик не снимает кепку, и стрелкам незачем обстреливать конвой.

Ну и хорошо. Ракеты пригодятся во время штурма.

Лойзик возвращается за руль.

– Похоже, дорога до самого домика чистая. Держитесь крепче.

Он включает заднюю передачу, отъезжает подальше, останавливается, передвигает ручку коробки передач и вдавливает педаль газа в пол. Фургон на полном ходу влетает в шлагбаум.

* * *

Несколькими секундами позже в заливчик, где дежурит катер Секретной службы, медленно вплывает моторная лодка. Прятаться в ней труднее, поэтому во второй ударной группе всего четыре человека.

Двое стоят на носу, а еще двое распластались на палубе. Рядом – четыре автомата Калашникова с подствольными гранатометами.

– Остановитесь! – обращается к ним сотрудник Секретной службы в мегафон. – Это закрытый водоем!

Командир группы, Хамид, складывает руки рупором и кричит в ответ:

– У нас мотор накрылся! Можете подтянуть нас к берегу?

– Немедленно развернитесь!

Хамид разводит руки в стороны.

– Не можем. Мотор не работает!

Напарник рядом с Хамидом слегка опускает голову и говорит:

– По моей команде.

– Тогда бросайте якорь, и мы вызовем вам буксир!

– Вы что?..

– Остановитесь и бросьте якорь!

На катере начинается возня, агенты разбегаются к бортам и к носу, а затем срывают брезентовые чехлы с пулеметов.

– Давай! – шепотом отдает приказ Хамид и наклоняется за автоматом.

Остальные тоже хватаются за оружие и открывают огонь по Секретной службе.

Я продолжаю читать переписку Нины с нашим Бенедиктом Арнольдом. 6 мая, воскресенье. Теперь понятно, как Нина вышла на мою дочь. Крот сообщил, что она – единственный способ связаться со мной напрямую, без посредников, и тем самым остался в стороне.

Вот что ответила Нина:

Нина (7.23): вы хотите чтобы я рассказала президентской дочери?

Н/А (7.28): Да. Она немедленно передаст все отцу, и тогда он будет вынужден встретиться с тобой лично.

Нина (7.34): что, президент правда пойдет на это?

Н/А (7.35): Конечно. Спасение страны в обмен на амнистию на твоей родине? Легко! Но тебе нужно встретиться с ним. Это возможно? Ты можешь прилететь в Штаты?

Нина (7.38): нам обязательно встречаться лично?

Н/А (7.41): Обязательно. По телефону он тебе не поверит.

Нина (7.45): откуда мне знать что он не отправит меня в Гуантанамо на пытки?

Н/А (7.48): Не отправит, обещаю.

На самом деле я даже не знаю, на что мог бы пойти ради устранения катастрофы. Если б я посчитал, что все ответы у Нины, кто знает, может, и приказал бы ее допросить…

До этого, впрочем, не дошло. Нина ясно дала понять – сперва через Лилли, а потом и лично, – что у нее есть напарник, который знает разгадку второй половины ребуса. Если б ее задержали в Белом доме, мы никогда не увидели бы Стаса и не знали бы, как остановить вирус.

Правда, текущая обстановка не сильно лучше.

Нина (7.54): хорошо. Допустим я лечу в париж и нахожу его дочь. Что дальше??

Н/А (7.59): Президент тебя выслушает.

Нина (8.02): ха. Как вы?

Н/А (8.04): Нет, всерьез. Я дам тебе кодовое слово, и он все поймет. Как только ты его передашь, президент будет обязан тебя выслушать. Гарантирую.

Нина (8.09): ок какой код

Н/А (8.12): Не спеши. Сначала ты должна доказать, что тебе можно верить. Я собираюсь тебе передать секретные сведения. За это меня уволят и посадят. Понимаешь?

Нина (8.15): как ассанжа со сноуденом, ага

Н/А (8.17): Вроде того. Я очень рискую, помогая тебе. Видишь, как я тебе доверяю.

Нина (8.22): доверие ВЗАИМНАЯ штука. Я никому не расскажу про вас и наш разговор богом клянусь!!

Н/А (9.01): Хорошо. Я ставлю на карту свою жизнь. Надеюсь, ты понимаешь. Надеюсь, ты меня не обманешь.

Нина (9.05): понимаю. не обману

Так, теперь ясно, откуда Нина узнала про «Темные века». В понедельник она нашла в Париже Лилли и прошептала ей это кодовое слово на ухо. Лилли позвонила мне, и с тех пор я пытаюсь понять, от кого произошла утечка.

Переписка, к сожалению, пока не дала никаких зацепок. Я прокручиваю на следующую страницу…

– Господин президент! – окликает меня Кейси. – Мы готовы!

Мы с Алексом покидаем комнату связи и присоединяемся к техническим специалистам.

– Ну что, запускаем вирус?

Я кладу телефон на стол и становлюсь за Девином.

– Да, господин президент, но сначала напомню, – говорит Кейси, – что мы не знаем наверняка, взаимосвязаны ли копии вируса на разных устройствах. Возможно, каждая сработает отдельно, а возможно, что в момент запуска вирус отправит команду активации всем остальным зараженным устройствам.

– Да, я помню.

– Я, конечно, надеюсь, что все получится, но если нет, то вирус может охватить миллионы, если не миллиарды устройств по всей стране. Цена ошибки – полная катастрофа.

– Пробный прогон удался.