Сеятель снов - София Юэл

Диана перестала улыбаться, лицо её сделалось тревожным. Она не заметила, как пепел от сигареты упал на её чёрную юбку.

– Эллен сама по себе. Перед тем, как забрать тебя из больницы я увиделась с ней в полицейском участке, но мы почти не говорили. Эллен осталась одна и, зная её достаточно долго, я не думаю, что она справится. Она всегда была недостаточно сильной. Я предупреждала её. Вся эта история с детьми… Эллен слишком много им позволяла, слишком сильно любила, слишком редко наказывала. Они не были такими всегда. Когда-то Уилл и Джо были нормальными. Пока они жили в Лондоне, пока о них заботилась Джейн, они были обычными детьми, но стоило им переехать в Карлайл и пойти в школу, как всё изменилось. Я говорила Эллен, что они становятся неуправляемыми, избалованными. На кой чёрт было закидывать их игрушками, когда эти двое сами себе задницы отказывались подтирать? Не в буквальном смысле. Но за них почти всё делали слуги. Переехав в Карлайл, эти двое только и видели, как все на цыпочках перед ними ходят. Лучшая школа, лучшие шмотки, лучшие рестораны – для чего? Они начали вести себя так, будто им все обязаны, и за «маленькие шалости» мать с отцом никогда не станут их наказывать. Боже правый, после первой жалобы из школы Эллен, вместо того чтобы наказать этих мелких засранцев, повезла их в Диснейленд. Она считала, что возраст у них сложный, энергии много. Она на всё закрывала глаза, на всё! А звонков из школы, загадочных несчастных случаев на детских площадках и в классных комнатах становилось всё больше. Началось с ерунды, а дальше по нарастающей. Кроме развлечений эти дети не хотели ничего, а поскольку у них всё было, развлечения становились всё более и более изощрёнными. Эллен начала пить, потеряла контроль над этими… маленькими … ублюдками, связалась с опасными людьми, чтобы сохранить всё в тайне. Эллен всегда недоставало характера. Думаю, она просто сломалась.

– Значит, ты знала о том, какие они – её дети. Знала правду о них и позволила нам с Джейн приехать сюда?

– Я понятия не имела, как далеко всё это зашло. Мне нужно было, чтобы вы с нянькой убрались из Лондона на несколько дней, и лучшего места, чем дом Эллен я не смогла найти.

Диана смахнула пепел с юбки и выкинула сигарету в приоткрытое окно. Джереми смотрел на неё и видел перед собой незнакомую женщину. Никогда прежде она не говорила с ним вот так, как говорила с ним Джейн. Его мать всё знала, знала какой он, знала, какие на самом деле близнецы. Конечно же, она врёт, она знала о них куда больше, чем рассказала. Она наняла ему детского психоаналитика после того, как её несостоявшийся любовник снял перед Джереми штаны. Таким образом, она просто отвлекла внимание сына от нового любовника, и у неё всё получилось. Пока Джереми отрывался на несчастном Эйбрамсоне, Диана отлично проводила время в компании нового мужика. Она нашла ему Джейн, которая стала для Джереми роднее матери. Она отправила его к Эллен, которая оказывается, приходится ему сводной сестрой, и её ненормальным детям – его племянникам, сама же спокойно и тихо убила Уолдена, чтобы получить все его деньги.

– Джереми, я очень устала и не хочу больше отвечать на вопросы. Ты всё узнаешь в своё время, обо мне, о своём настоящем отце, об Эллен и её детях и, конечно, о себе самом. Это долгая и запутанная история, сейчас не время и не место посвящать тебя в эти дебри. Главное, что тебе нужно знать – мы теперь только вдвоём, мы баснословно богаты, и перед нами открыты все двери, все дороги.

Джереми посмотрел в окно. Деревья, окрашенные осенью, быстро проносились мимо, сменялись вересковыми пустошами и невысокими холмами на фоне заходящего солнца. День подходил к завершению, уступая место ранним осенним сумеркам. Он подумал о проклинающем камне Карлайла. Ему так хотелось подарить этому городу настоящее проклятие, а не дешёвую подделку Гэвина Данбара, но затем мысли его унеслись к Джейн. Она просила его не становиться кровавым королём, но ведь она умерла, её нет больше, так какая, к чёрту, разница? А потом он снова вспомнил про серебряные часы. Было в них что-то особенное, но он никак не мог понять, что именно. Достав их из кармана, он вновь начал их разглядывать.

– Что это? – спросила Диана, убирая сигареты в косметичку.

– Подарок на день рождения от Джейн.

Часы полностью завладели его мыслями.

Диана вздохнула, убирая ноги с его сидения и подогнув их под себя, устраиваясь поудобнее на своём месте.

– Мне правда жаль, Джерри, что её больше нет.

– Ага, конечно, – усмехнулся он, не отводя взгляда от часов, – тебе никого и ничего не жаль.

Наконец, он понял, что не так, и лицо его просветлело. Эти часы принадлежат не ему, ими должен владеть другой человек. Об этом стоило подумать, и Джереми обязательно это сделает, но позже. Сейчас он просто вернётся домой, запрётся в своей комнате и даст волю своему горю. Джейн больше нет. В собственный день рождения он лишился самого ценного, лишился навсегда. Но всё же, он подарил ей покой перед смертью. Ей и маленькой Мэйми. Ему стало немного легче. Он едет домой. Подальше от проклятого Карлайла и разрушенного дома Эйдана Диккенса. Домой, он просто хочет домой. Но где его дом, Джереми не мог понять. Лондон? Карлайл? Дом Пэришей? Дом Диккенсов? Где он – дом? Все дороги открыты – так сказала его мать, одна из двух девочек с фотографии из его первого кошмара 1999 года.

Конец первой части.

Примечания

1

«All the pretty horses» – старинная колыбельная песня. По приданиям эта колыбельная уходит корнями в США в период рабовладения, когда рабыни, лишенные собственных детей, которых сразу после рождения отнимали у них, пели эту песню детям своих рабовладельцев.

2

Уильям Блейк: «Колыбельная».

3

Нарколепсия – редкое заболевание, основным признаком которого являются приступы неудержимой сонливости.

4

Магическая семёрка – это семь кладбищ, используемых жителями Лондона в XIX веке. В 1832 году Парламент принял законопроект, поощряющий создание частных кладбищ за пределами Лондона, а позже принял законопроект об окончательном закрытии для захоронений всех внутренних церковных дворов Лондона. В течение следующего десятилетия было создано семь кладбищ: