И колыбель упадет - Мэри Хиггинс Кларк

— Ему удалось подавить иммунную систему? — Кэти вспомнила аккуратные таблицы на занятиях по естественным наукам в колледже.

— Да, и безо всякого вреда для ребенка. Опасность для матери была гораздо сильнее. Он убил шестнадцать женщин за восемь лет. Венджи становилось все хуже. К несчастью для нее, она столкнулась с Хайли в прошлый понедельник, когда вышла от Фухито. Она сказала, что собирается проконсультироваться со своим прежним доктором в Миннеаполисе. Это представляло опасность, потому что забеременеть естественным путем Венджи не могла, и любой гинеколог, лечивший ее, должен был об этом знать. Но, упомянув имя Эммета Салема, она подписала себе смертный приговор. Хайли знал, что Салем догадается об истинном положении вещей, когда у Венджи родится ребенок монголоидной расы, а она поклянется, что никогда не вступала в связь с другим мужчиной. Салем был в Англии, когда умерла первая жена Хайли. Он знал о скандале. А теперь хватит. Все остальное подождет. У тебя снова закрываются глаза.

— Нет… Ты сказал, что у Хайли был один успех. Он действительно пересадил плод и довел его до благополучных родов?

— Да, и если бы ты немного задержалась у Молли в четверг и увидела ребенка Беркли, то могла бы теперь догадаться, кто его настоящая мать. Лиз Беркли доносила ребенка Морин Кроули.

— Ребенка Морин Кроули. — Кэти распахнула глаза, сон как рукой сняло. Она попыталась приподняться.

— Спокойно. Осторожно, у тебя же выскочит игла.

Он нежно коснулся ее плеча и поддерживал, пока она не откинулась на подушки.

— Хайли хранил отчеты обо всех своих действиях с того момента, как сделал аборт Морин и имплантировал плод Лиз. Он перечислил все лекарства, все симптомы, все возникавшие до родов проблемы.

— Морин знает?

— Было справедливо сказать ей и Беркли, и дать Беркли изучить отчеты. Джим Беркли жил с убеждением, что его жена солгала ему об искусственном оплодотворении. И ты ведь знаешь, как чувствовала себя Морин из-за этого аборта. Это убивало ее. Она приходила посмотреть на своего ребенка. Если есть на свете счастливая девушка, так это она. Она отдала бы девочку на удочерение, если бы родила. Теперь, когда Морин увидела Марианну, увидела, как обожают ее Беркли, она на седьмом небе. Но думаю, что ты потеряешь хорошую секретаршу. Будущей осенью Морин вернется в колледж.

— А мать ребенка Венджи?

— Анна Хоран уже достаточно страдает из-за аборта. Мы не видели смысла в том, чтобы она узнала, что ее ребенок мог родиться, если бы на прошлой неделе Хайли не убил Венджи. У нее будут еще дети.

Кэти закусила губу. Она боялась спросить. Она должна знать.

— Ричард, пожалуйста, скажи мне правду. Когда меня нашли, я истекала кровью. Как далеко пришлось зайти, чтобы остановить кровотечение?

— С тобой все нормально. Тебе сделали выскабливание. Не сомневаюсь, что тебе об этом сказали.

— Но это все?

— Это все, Кэти. Ты сможешь иметь дюжину детей, если захочешь.

Он накрыл ее руки своей. Эта рука вернула Кэти назад, когда она находилась на пороге смерти. Из-за этого голоса она захотела вернуться.

Она молча смотрела на Ричарда. О, как я люблю тебя, думала Кэти, как сильно я люблю тебя.

Беспокойство на его лице внезапно сменилось широкой улыбкой. Он явно был доволен тем, что увидел.

Кэти ухмыльнулась.

— Ты так уверен в себе, да, доктор? — спросила она.