Исчезнувшие - Анжела Марсонс

Все согласно кивали.

– Я хочу, чтобы вы все задумались о том, кто это может быть.

– Сложновато, когда мы не знаем первых двух, – заметил Брайант.

Именно в этом и заключался камень преткновения. Если б они знали хоть одного из похитителей, то смогли бы работать по его связям, но даже это было им неизвестно.

– Кев, что там со вскрытием Инги? Есть что-то интересное?

– Одежда напоминает учебник истории. Слои машинного масла, мебельной полироли и мышиного дерьма. В общей сложности сломано семнадцать костей, было нанесено тридцать восемь ударов. Били и руками, и ногами. На шее девять полос.

Ким обратила внимание, что Доусон называл цифры на память, не заглядывая в блокнот. А цифры говорили о том, что женщина действительно все это время изо всех сил пыталась скрыться от неизбежного.

Ее убийца был монстр, не чувствующий никакой жалости по отношению к человеческим страданиям. Переменчивый и не испытывающий никакого уважения к человеческой жизни. Готовый на неоправданный риск. Есть только одна причина, по которой такая личность нужна в команде.

Понимание этого было для Ким как прямой удар в живот.

– Ни одна из них не вернется, – прошептала она, оглядывая комнату. – В этом состоит миссия объекта номер два. Он должен убить обеих девочек.

Все взгляды сфокусировались на ней. Внутренний голос подсказывал ей, что она попала в самую точку. Другой причины держать такое чудовище в команде не было. У объекта номер два была своя собственная задача: он должен зачистить территорию.

– С этим я согласился бы, – подал голос Мэтт.

– Тогда какой смысл в аукционе? – Это спросил Брайант.

– Взвинтить цены, – пояснила Ким. – Есть разница между простой борьбой за своего ребенка – и борьбой, в которой у тебя есть соперник. Это заставляет шевелиться быстрее и добавляет в действия некий оттенок безумия.

– Представьте себе человека, который бежит в одиночку дистанцию в десять тысяч метров и абсолютно уверен, что будет первым. – Мэтт обернулся к Брайанту. – Он будет бежать в свое удовольствие. Но поставьте на дорожку еще восемь соперников, и нашему бегуну придется рваться изо всех сил. Он найдет в себе такие резервы, о которых сам не подозревал.

– Так это все лишь для того, чтобы поднять цену? – уточнила Стейси.

– И для того, чтобы заполучить деньги и тех и других. Им назовут разные точки закладки выкупа и разное время. А потом заберут всё, – пояснила Ким.

Мэтт согласно кивнул.

– Ничего себе предположеньице, – с сомнением произнесла Элисон.

– Сказал профайлер, – прокомментировала Ким, и в этот момент служебный телефон Мэтта просигналил о получение текстового послания.

Все глаза в комнате впились в переговорщика.

– Это они, – произнес он.

Ким следила за тем, как он читает текст.

Мужчина поднял голову и посмотрел ей прямо в глаза.

– Проклятье. Это плохо.

Стараясь сдержать свой гнев, Ким собрала всех родителей в гостиной. Хелен встала у окна, а Мэтт облокотился о дверной косяк. Остальные члены команды остались в штабной комнате.

Она внимательно осмотрела каждого из родителей в отдельности. На несколько мгновений ее взгляд задержался на губе Элизабет. Та смотрела в пол.

– Кто из вас вступил в контакт с похитителями?

Лица Элизабет и Стивена опали. Они посмотрели друг на друга, прежде чем перевели осуждающие взгляды на своих друзей.

– Я, – спокойно ответил Роберт. В его тоне не было и намека на извинение. Он просто сообщал факт.

– Как ты мог это сделать? – воскликнула Элизабет.

– А как я мог этого не сделать? – в свою очередь спросил Роберт, глядя ей прямо в глаза.

Стивен быстро оказался возле Роберта, но Мэтт успел втиснуться между ними.

Ничто не дрогнуло в лице Роберта.

– Грязный негодяй, – выплюнул Стивен ему в лицо через плечо Мэтта. – Как же ты смог решиться на такое? Ты же, черт побери, знаешь…

– Стивен, успокойся, – прервал его Роберт.

«Что тот может знать?» – подумала Ким. Судя по недоуменному выражению на лице Элизабет, она думала о том же.

Стивен позволил Мэтту мягко отодвинуть его в другой конец комнаты. Карен посмотрела на него сверкающими глазами.

– Если ты не можешь держать себя в руках, то лучше убирайся из моего дома.

Ким видела, что Стивен еще не полностью выпустил пар, поэтому быстро вмешалась:

– Давайте все успокоимся. Теперь у нас появилась проблема, что похитители отказываются общаться с переговорщиком. Мы только что получили сообщение, что они предпочитают отвечать на послания родителей.

– Мне очень жаль, но я просто… – понимающе кивнул Роберт.

Ким подняла руку. Его извинение хоть и было искренним, но ничем не могло им помочь. И сейчас они все вынуждены пользоваться тем, что есть в их распоряжении. Единственно, что удивило Ким, так это то, что первым сломался Роберт, а не Стивен. Внутренний голос говорил ей, что для этого есть причина, но она отложила этот вопрос на потом.

– И вы уже получили ответ?

– Пятнадцать минут назад, – кивнул Роберт.

– И что же в нем говорится?

– Что они не рассматривают такое предложение.

Ким растерялась. Она думала, что Роберт предложил им деньги.

– А что вы им предложили?

– Я спросил их, сколько они хотят за обеих девочек. – Роберт твердо смотрел в глаза Ким.

Элизабет всхлипнула, а Стивен поспешно повернулся. В лице Карен ничего не изменилось. Она уже обо всем знала заранее.

Какое-то время все молча смотрели друг на друга.

– Хорошо, – сказала Ким. – Мэтт обсудит с вами тактику общения с преступниками. Он будет общаться с ними, используя вас обоих.

– Это одна из самых нелепых вещей, которые мне приходилось слышать в жизни, – взорвался Стивен.

По вздоху, раздавшемуся в комнате, Стоун поняла, что присутствующие выведены из себя.

– Почему всем этим должны заниматься мы? А что же вы сами конкретно делаете для того, чтобы вернуть наших дочерей?

Эти вопросы уже достали Ким. Даже Вуди не позволял себе вываливать на нее столько дерьма разом.

– Мистер Хансон, мы с моей командой…

– Я не хочу больше слышать о том, как много вы работаете. Я хочу знать, как далеко продвинулось расследование. Я хочу знать, когда вы соизволите признать свое поражение и обратитесь к прессе. Или для этого вам надо, чтобы их привезли домой в черных мешках?..