Восьмой детектив - Алекс Павези

– Какая жалость, – сказала Джулия и взяла чашку с кофе.

– Вы заметили какие-нибудь нестыковки в последнем рассказе? – Он взял свою чашку и допил горькое, чуть теплое содержимое.

– Да. На сей раз это было легко. – Джулия пожала плечами. – Когда герой был ребенком, приют сгорел дотла, но подростком он ходит по комнатам, в которых жил тогда, в детстве. Так приют сгорел или нет?

– Понятно, – сказал Грант. – Я и сам должен был это заметить.

Джулия поставила пустую чашку и указала на что-то за спиной Гранта.

– Вы когда-нибудь были там, наверху?

Она говорила о высоком участке побережья сразу за городом, где над морем опасно нависала отвесная скала.

– Да, – тихо ответил Грант. – Я хорошо знаю это место.

Джулия не могла отвести глаз от скалы.

– Выглядит очень впечатляюще. У меня с собой черновик предисловия к вашей книге. Может, прогуляемся до этого места и там прочтем его? Это хороший повод.

Грант удивленно поднял бровь.

– Я поражен, – сказал он. – Когда вы успели его написать?

– В основном сегодня ночью. После того как вернулась в отель.

Грант восхищенно присвистнул.

– Тогда конечно, если вы хотите. Я очень давно там не был. Но мне интересно услышать, что вы написали. А остров стоит того, чтобы увидеть его целиком.

– Отлично, – сказала Джулия и сложила свои вещи в сумку.

Поднимаясь по сыпучему склону, Джулия Харт оглянулась. Грант отстал, и впервые разница в возрасте между ними стала очевидна, хотя воодушевления он не растерял. Джулия сошла с тропы и подождала, пока он догонит ее.

– Простите, – сказала она. – Снизу склон выглядел не таким крутым.

Грант остановился и вытер лоб носовым платком.

– Все не так плохо, – ответил он, – просто по жаре подъем дается гораздо труднее.

На его белой рубашке проступили влажные пятна.

Джулия вернулась на тропу. Выше за холмом виднелась отвесная скала, которую она заметила, сидя в цветущем саду отеля. По верхней половине холма были разбросаны островки желтеющего леса.

– Мы можем укрыться под теми деревьями, – предложила Джулия. – Когда доберемся до них, остановимся и отдохнем.

– Когда я в последний раз был здесь, я забрался наверх легко. – Грант щурился, глядя на ее силуэт против солнца. – Боюсь, старость не самая приятная штука.

Они продолжили подниматься.

Довольно скоро они добрались до тонких, вопросительно изогнутых деревьев на краю небольшого леса – тропа вела прямо через него. Они прошли еще примерно тридцать ярдов и оказались на поляне, окаймленной огромными камнями. Солнце сияло сквозь листву, и, казалось, сам воздух на поляне пестрит желтым и зеленым.

– Природный амфитеатр, – сказал Грант, поглаживая камень. – Последний раз я был здесь много лет назад.

– Чего только нет на этом острове.

Остановка позволила Гранту восстановить силы. Он забрался на один из камней и, свесив ноги, повернулся лицом к Джулии.

– Я влюбился в него с первого взгляда, – сказал он.

Джулия огляделась. Она пожалела, что они не взяли с собой воды или вина.

– Никогда не видела ничего похожего.

Грант снял шляпу и принялся обмахиваться ею.

– Признаться, поначалу я опасался вашего приезда. Последние несколько лет моя жизнь была однообразна. Ваш визит словно пробудил меня.

Он еще раз вытер лоб и бросил промокший платок на землю.

– Мне кажется, нам не стоит идти дальше. Лучше поговорить здесь, наверху будет слишком ветрено.

Грант кивнул.

– Вы прочитаете мне черновик предисловия?

– Да. – Она похлопала по сумке. – Но прежде чем мы обсудим предисловие, думаю, мы должны принять решение по поводу названия книги.

– «Белые убийства». Вы считаете, нам нужно изменить его?

– Если я заметила сходство между Белым убийством и «Белыми убийствами», заметят и другие. По крайней мере, надо решить, что отвечать, если возникнут вопросы.

– Тогда давайте изменим название. – Он перебросил шляпу из одной руки в другую. – Как насчет «Голубых убийств»?

– Звучит весьма сомнительно.

Грант хихикнул.

– У вас есть предложения?

– Возможно. – Она сделала глубокий вдох. – Но мне все-таки хочется узнать, почему вы озаглавили книгу «Белые убийства».

Грант взял веточку и начал ногтями сдирать с нее кору.

– Я уже говорил вам, это название показалось мне выразительным. И если оно на что-то похоже, это не более чем совпадение.

– Но в книге слишком много таких совпадений. Белое убийство, несомненно, занимало ваши мысли.

Грант сорвал листок и положил его на камень рядом с собой, словно сделал защитный ход в шахматной партии.

– Не уверен, что понимаю, о чем вы говорите.

– Вы помните подробности Белого убийства?

Последовала долгая пауза. Грант замер на своем камне, будто ящерица.

– Только те, что вы мне рассказали на днях.

– Тогда слушайте. – Джулия стояла перед ним, будто учительница у доски, за спиной у нее была стена деревьев. – Белое убийство произошло двадцать четвертого августа тысяча девятьсот сорокового года. Мисс Белла Уайт была убита в Хэмпстед-Хите. Она вышла погулять с собакой незадолго до заката. Когда она проходила мимо известного паба «Испанская таверна» на северной окраине парка, с ней заговорил мужчина. Свидетели видели, как она беседовала с мужчиной в синем костюме. Дальше они пошли вместе. Через час или чуть позже ее обнаружили мертвой на дороге недалеко от паба. Она была задушена. Это произошло в половине десятого вечера. Собака пропала, никто ее больше не видел. Убийца так и не был найден.

Грант покачал головой.

– Все это очень интересно. Но какое отношение это имеет ко мне?

– На первый взгляд, – продолжила Джулия, – может показаться, что никакой связи нет. Но в каждом из семи рассказов есть по меньшей мере одна деталь, которая не имеет смысла. В первом – испанская вилла с невозможным расположением комнат, где время течет невозможным образом. Во втором сцена, которая должна происходить утром, на самом деле происходит вечером, ровно в девять тридцать. В третьем у персонажа в синем костюме есть двойник, появление которого никак не объясняется. В четвертом слово «белый» подчеркнуто за счет его замены словом «черный». В пятом есть исчезнувшая собака. В шестом множество раз описывается удушение за горло, хотя ни один персонаж не погиб по этой причине. И, наконец, в седьмом фигурирует восставший из пепла сиротский приют, названный в честь святого Варфоломея, чей праздник приходится на двадцать четвертое августа. И все эти рассказы объединены заголовком «Белые убийства». Довольно много совпадений, вам не кажется?