Защищая Джейкоба - Уильям Лэндей

– Нет. Дело было не только в этом. Ну, то есть он купил этот нож потому, что боялся Бена. Считал, что Бен в один прекрасный день попытается к нему подвалить и что-нибудь с ним сделать и тогда придется защищаться. Неужели вы ничего об этом не знали?

– Нет.

– И Джейкоб никогда вам этого не рассказывал?

– Нет.

– Ну, в общем, я рассказал об этом, потому что знал, что у Джейка есть нож, и знал, что он купил его из-за страха, что Бен попытается что-то с ним сделать. Возможно, мне не стоило ничего говорить. Не знаю. Понятия не имею, зачем это сделал.

– Ты рассказал это, потому что это правда. Ты хотел быть честным.

– Наверное.

– Но это был не тот нож, которым убили Бена. Тот нож, который ты видел у Джейкоба… Бен был убит не этим ножом. Они нашли в парке Колд-Спринг еще один нож. Ты же это знаешь, да?

– Ну да, но кто знает. Они нашли нож… – Он пожал плечами. – В общем, просто тогда все вокруг только и говорили о том, где этот нож. А Джейк вечно заявлял: «Мой отец – прокурор, и я разбираюсь в законах», как будто знал, какие вещи ему могут сойти с рук. В смысле, если кто-нибудь его обвинит. Понимаете?

– Он когда-нибудь это говорил?

– Нет. Не совсем это.

– Так ты это рассказал Лоджудису?

– Нет! Разумеется, нет. Потому что я не знаю этого наверняка, понимаете? Я просто так думаю.

– Так что именно ты рассказал Лоджудису?

– Что у Джейкоба был нож.

– Другой нож.

– Ну, если вам так хочется, пусть будет другой. Я просто сказал Лоджудису про нож и про то, что Бен доставал Джейкоба. И что в то утро, когда все произошло, Джейк пришел в школу в крови.

– Это Джейкоб признает и сам. Он нашел Бена. Пытался ему помочь и испачкался в крови.

– Я знаю, знаю, Эн… мистер Барбер. Я ничего не говорю про Джейка. Я просто передаю, что именно я рассказал прокурору. Джейк пришел в школу, я увидел на нем кровь, и он сказал, что ему надо привести себя в порядок, потому что люди не поймут. И Джейк был прав: они не поняли.

– Дерек, можно задать тебе один вопрос? Ты в самом деле считаешь, что это возможно? В том смысле, может, есть еще что-то, о чем ты мне не рассказал? Из того, что я от тебя услышал, еще не следует, что это сделал Джейкоб. Концы с концами не сходятся.

Парнишка заерзал, пытаясь отстраниться от меня.

– Дерек, ты считаешь, что это был он, да?

– Нет. Ну, то есть один процент вероятности, конечно, существует. В смысле, у меня есть малюсенькое… – Он поднял руку и на миллиметр развел большой и указательный пальцы. – Не знаю.

– Сомнение, – подсказал я.

– Да.

– Почему? Почему у тебя есть это малюсенькое сомнение? Ты же знаешь Джейкоба почти всю свою жизнь? Вы с ним были лучшими друзьями.

– Потому что Джейк… он немного со странностями. Ну, то есть я ничего такого не хочу сказать, понимаете? Но он просто… как я и сказал, не святой. Не знаю, как это объяснить. Не то что он вспыльчивый или впадает в бешенство или еще что-нибудь в этом роде. Он не впадает в бешенство, понимаете? Просто… просто, ну… иногда мерзко себя ведет. Не со мной, потому что я его друг. Но с другими ребятами. Говорит им гадости. Всякие расистские штуки, все в этом роде. Или, например, он называет толстых девчонок жиробасинами или говорит им всякие недопустимые вещи, ну про их внешность. А еще читает всякие рассказы в Интернете. Типа порно, только про истязания. Называет их расчлененкой. Может мне, например, сообщить: «Прикинь, я вчера полночи читал в Интернете расчлененку». Он и мне это пару раз показывал. Ну, на своем айпаде. Я ему сказал – фу, мерзость какая. Это, ну… истории про… про то, как режут людей. Связывают женщин, режут их, убивают и все такое прочее. Или там связывают мужчин, отрезают им всякое и… – он поморщился, – ну, кастрируют. Это отвратительно. Он до сих пор это делает.

– В каком смысле?

– Он до сих пор это читает.

– Это неправда. Я проверял его компьютер. Я установил на него специальную программу, которая показывает мне, что Джейкоб делает и на какие интернет-сайты ходит.

– Он залезает туда с айпада. Ну, у него же айпад-тач.

На мгновение я почувствовал себя тем самым глупым, не разбирающимся ни в чем родителем.

– Выискивает их на форумах в Интернете, – услужливо подсказал Дерек. – Сайт называется «Потрошильня». Его посетители обмениваются историями. Они их пишут и публикуют там, чтобы остальные могли прочитать.

– Дерек, подростки ходят на порносайты. Я знаю это. Ты уверен, что мы сейчас говорим не об этом?

– Я абсолютно в этом уверен. Это не порно. И вообще, дело же не только в этом. В смысле, он может читать что хочет. Меня это не касается. Но он ведет себя так, как будто ему наплевать.

– На что наплевать?

– На людей, на животных, на все. – Он покачал головой. Я молча ждал. – Как-то раз мы куда-то ходили с ребятами, ну и присели посидеть на заборчике. И мимо нас по тротуару шел один парень на этих, на костылях. Ну, знаете, такие высокие, с такой круглой штукой в обхват локтя? И у него не работали ноги. Он волочил их, как будто был парализован или чем-то таким болен. Ну вот, проходит этот парень мимо нас, а Джейк возьмет и как засмеется. И не тихонько, а в полный голос, такой «ха-ха-ха». И не затыкается. Этот парень не мог не слышать, он проходил мимо нас, прямо перед нами. И мы все такие смотрим на Джейкоба, типа «чувак, ты вообще в своем уме?». А он нам такой: «Вы что, слепые? Вы этого чувака видели? Это же натуральное шоу уродов!» Это было просто… омерзительно. Ну, то есть я понимаю, что вы его отец и все такое, и мне не слишком приятно это говорить, но Джейк может вести себя откровенно мерзко. Мне тогда хочется оказаться где-нибудь от него подальше. По правде говоря, я в такие моменты даже немножко его побаиваюсь. – Дерек скривил губы в грустной гримаске, как будто впервые признаваясь себе в чем-то неприятном. Его друг Джейк разочаровал его. Потом он продолжил, уже скорее без отвращения, а с печалью в голосе: – Однажды – кажется, это было прошлой осенью – Джейк нашел собаку. Ну, знаете, маленькую такую дворняжку. Она, видимо, потерялась, но была не бездомная, потому что на ней был ошейник. Джейк подобрал ее и посадил на веревку. Ну, вместо поводка.

– У Джейкоба никогда не было собаки, – возразил я.

Дерек кивнул мне все с тем же печальным выражением, как будто считал своим долгом объяснить все это бедному, ничего не подозревающему отцу Джейкоба. Кажется, он наконец понял, что родители способны не замечать очевидных вещей, и это разочаровало его.

– Когда я потом увидел его и спросил про собаку, он мне такой говорит: «Мне пришлось ее похоронить». Я такой: «В смысле? Она умерла?» А он ушел от ответа. «Чувак, я же сказал, мне пришлось ее похоронить». После этого мы с ним довольно долго не виделись, потому что я все понял. Догадался, что дело там нечисто. А потом появились объявления. Ну, его хозяева расклеили повсюду объявления «Пропала собака», на столбах и деревьях. С фотографиями собаки. А я никому ничего не сказал, и в конце концов они прекратили клеить эти объявления, а я попытался просто обо всем этом забыть.