Бездна - Джеймс Роллинс

Все находившиеся в камбузе замерли. Где-то в глубине корабля залаял Элвис. Профессор, испуганно моргая, поправил очки.

— Вот так грохнуло! — проговорил он, качая головой. — Такой гром, что…

Адмирал и Джек уже стояли.

— Это не гром, — сказал Джек и открыл дверь.

По палубе хлестал дождь, а ветер пытался сорвать с петель дверь, ведущую на носовую палубу. Судно бросало из стороны в сторону.

Следом за Джеком на палубу вышли адмирал и историк.

Джек оглядел темный горизонт. Примерно в четверти мили от них виднелся силуэт «Гибралтара». С его палубы поднимался небольшой огненный шар.

— Что это было? — спросил Джордж, протирая стекла очков.

Ему никто не ответил, но, глядя на огненный шар, Джек почувствовал, что настоящие неприятности только начинаются.

/ августа, 8 часов 22 минуты

Университет Рюкю, префектура Окинава, Япония

Поднимаясь по лестнице на этаж, где была расположена лаборатория Миюки, Карен дрожала от нетерпения, желая поскорее вернуться к работе. После вчерашнего вторжения со взломом их целый день мучила допросами служба безопасности университета. Несмотря на то что Карен использовала оружие в целях самообороны, пистолет у нее изъяли. В Японии были очень строгие законы на сей счет, и Карен с трудом удалось убедить охранников, чтобы те не сдавали ее в полицейский участок. А вслед за этим, не на шутку напуганный произошедшим, женщин вызвал к себе сам ректор университета и пообещал обеспечить им надежную охрану.

Желая подстраховаться на случай новых попыток украсть хрустальную звезду, Карен поместила ее в свой банковский сейф. Нельзя было недооценивать опасность. Даже сейчас, когда она поднималась по ступеням университета, ее сопровождал охранник в форме. «По крайней мере, — думала она, — ректор доказал, что он — человек слова».

Когда они дошли до лаборатории Миюки, Карен постучала в дверь и назвала себя. Щелкнул замок, и дверь чуть-чуть приоткрылась.

— Вы в порядке, доктор? — спросил охранник по-японски.

Убедившись в том, что это свои, Миюки кивнула и распахнула дверь, позволяя Карен войти.

— Здесь мы будем в безопасности, — проговорила Карен на скверном японском. — Мы запрем дверь, а перед уходом позвоним вам.

Охранник кивнул и ушел. Карен закрыла дверь, а Миюки снова заперла ее. Вздохнув, Карен взяла подругу за руку.

— Не бойся, — сказала она, — нам ничто не угрожает. Эти типы не вернутся, особенно теперь, когда здесь полным-полно охраны.

— Но…

Карен сжала руку Миюки. Она вспомнила, как спокоен был предводитель нападавших, как он выбил винтовку из рук своего товарища, не позволив тому выстрелить.

— Я думаю, они не хотели причинить нам вред, — сказала она. — Им был нужен только артефакт.

— Да, и они намерены заполучить его любой ценой, а любого, кто встанет у них на пути, готовы прикончить.

— Не беспокойся, — продолжала успокаивать подругу Карен, — теперь, чтобы заполучить звезду, им придется взять штурмом Банк Токио.

— Я все равно боюсь, — надула губки Миюки, но ее лицо тут же просветлело. Она указала на чистые халаты. — Одевайся и пошли. Габриель нашел кое-что интересное.

— Правда? Это связано с языком?

— Да. Он закончил формирование базы данных языка, добавив в нее иероглифы с артефактов острова Пасхи.

Карен торопливо облачилась в чистый халат и застегнула его.

— Как ты думаешь, у него уже достаточно информации, чтобы перевести надписи? — спросила она.

— Об этом пока говорить рано. Габриель продолжает работать.

Уже на ходу Карен надела бумажную шапочку и заправила под нее волосы.

— Но ты полагаешь, он сможет это сделать? Миюки пожала плечами и открыла электронным ключом дверь в главное помещение лаборатории. Стеклянная дверь, с шипением выдохнув сжатый воздух, открылась.

— Ты не о том спрашиваешь, — проговорила Миюки.

Миюки отличалась типично японской серьезностью и редко позволяла себе игривость во всем, что касалось работы. Поэтому лукавые нотки, прозвучавшие в ее голосе сейчас, заинтриговали Карен.

— О чем же я должна спрашивать? — попыталась она разговорить подругу.

— Сейчас сама увидишь, — загадочно ответила Миюки. Карен от нетерпения разве что не подпрыгивала.

— Ну что же это? Что?

Они подошли к полукруглому компьютерному столу.

— Габриель, выведи, пожалуйста, на монитор номер один изображение «Два-бэ».

— Сию минуту. Доброе утро, доктор Грейс.

— Доброе утро, Габриель.

Карен уже не ощущала неловкость, разговаривая со своим бестелесным коллегой.

Женщины сели. На мониторе перед собой Карен увидела стремительно текущий поток информации. Цифры и символы меняли друг друга с такой сумасшедшей скоростью, что почти сливались в одну мутную полосу. И все же Карен сумела выхватить взглядом из этого потока несколько невиданных ею раньше значков. Через несколько секунд в центре монитора высветились пять иероглифов.

Карен это ничуть не впечатлило.

— И на что я смотрю, если не секрет? — спросила она. — Габриель, ты можешь перевести эти знаки?

— Нет, доктор Грейс. При имеющемся объеме информации перевод текста продолжает оставаться невозможным.

Карен не могла скрыть разочарование.

— Тебе удалось найти какие-нибудь другие образцы языка ронгоронго?

— Я нашел их все, доктор Грейс. Брови Карен взлетели на лоб.

— Все двадцать пять? Так быстро?

— Да, я исследовал четыреста тринадцать сайтов, чтобы обнаружить любые известные образцы этого языка. К сожалению, на трех артефактах оказались идентичные, письмена, а на одном, и вовсе единственный иероглиф. Объем информации оставался недостаточным.

Карен смотрела на монитор.

— А вот эти иероглифы? С какого они артефакта?

— Ни с какого.

— Что? Вмешалась Миюки.

— Габриель, расскажи подробнее о том, как ты проводил поиск. — Миюки повернулась к Карен и торопливо добавила: — Он до этого сам додумался!

В ее глазах светилось возбуждение и гордость. Снова заговорил Габриель:

— После поиска по ключевому слову «ронгоронго» я провел новый - по всей Всемирной сети - по каждому отдельно взятому иероглифу, сделав в общей сложности сто двадцать запросов. Три результата отвечали поисковым, параметрам.