Изгой - Лев Пучков

– И все снимал?

– Угу.

– А ты куда смотрел?!

– Эээ... Понимаешь... Там же все быстро было – ну, вся массовка буквально несколько минут заняла... Потом, там стрельба была – я отвлекся...

– Ну, Димон, ты даешь. Ну ты... Вот это косяк!

– Да, я... Я понимаю...

– А главное – вот ведь некстати!

– В смысле?

– Да не хотелось бы посвящать... Это ведь мы сами, так сказать, волюнтаризм...

– Ну так и не посвящай! Если такие проблемы – давай забудем об этом.

– Да нет, дело настолько важное, что тут уже все нюансы побоку... Ладно, я скажу. Только будь готов: он непременно захочет встретиться.

– Это ты меня пугаешь, что ли?

– Да нет, просто предупреждаю.

А похоже, что пугает! И, знаете, ведь есть чем. Там такой тип, что с ним надо либо дружить, либо – никак. А встречаться по поводу вот такой залепухи – ну просто жуть как не хочется...

– Ну... Захочет – пожалуйста. Всегда ра... Кхм... рады...

Тут Феде позвонил Паша Седов: ну все, допрыгались, по вашей акции объявлена общегородская операция.

– Все, хорош болтать, надо валить по-быстрому, – Федя бодро наморщил лоб и выдал компромисс: – В больницу вы его сдадите, но не прямо сейчас и не здесь, а у себя. Типа того: играли в футбол, со всего маху треснулся об штангу. Так пойдет?

– Это плохой вариант, – неодобрительно заметил Коля Уваров. – Но это все же вариант.

– Ну все тогда, грузитесь да погнали...

* * *

Проводив легионеров до границы района, мы немного постояли, дождались доклада Усольцева о благополучном завершении эвакуации, заехали на рынок за зеркалом (Ленка настояла – сказала, что без зеркала нас могут притормозить, а нам сейчас это совсем не нужно) и направились к спортклубу «Газават».

У «Газавата» собралась толпа. Много машин – среди них несколько милицейских, – много народу, возможно, под сотню, по понятным причинам мы не стали подъезжать ближе и считать джигитов по головам.

– Логичнее сейчас всем ехать в общагу, помощь оказывать, – заметил я. – Чего они здесь тусуются?

– Наверное, вторичные поисковые мероприятия, – предположил Федя. – Будут ходить по дворам, опрашивать публику – кто что видел, и так далее.

Чего мы забыли у вражьего клуба? Не чего, а кого – Леху, нашего шпиона номер один. Он так и торчал тут неподалеку, дисциплинированно ожидая разрешения покинуть «пост».

– Если не слабо садиться в тачку, где куча «паленых» стволов и экипаж, которой в любой момент могут «принять», – добро пожаловать на борт!

Леха, обмирая от страха и восторга, втиснулся на заднее сиденье. Да уж, кое-кого отсюда «принять» не помешало бы: хорошо, что мы все стройные, вчетвером на заднем сиденье, скажу я вам, ну просто крайне некомфортно.

Оставив «Газават» за кормой, мы доехали до первого попавшегося пустынного сквера и остановились. Юнги вышли размять ноги, а мы передали Лехе отснятый материал.

Пока Леха «перекачивал» кино, Федя провел краткий инструктаж:

– Значит, так. Обрати внимание на «завал» автоматчика. Если все в кадре, но не видно, кто стрелял, оставь. Пусть будет понятно – за что. А то начнется сейчас: «Проклятые «скины» убили мирного студента»!

– Хорошо. А если видно?

– Я это не снимала, – призналась Ленка. – Как стрелять начали, за машиной спряталась.

– Ты спряталась после выстрелов, – резонно заметил Федя. – То есть момент, когда была выпущена очередь, мог попасть в кадр.

– Это очень просто проверить – сейчас отмотаем и посмотрим.

– Нет, сейчас некогда. Это уже дома. Так что, Леха, в любом случае, прежде чем выкладывать в Сеть, как следует все посмотри. Ты понял, да?

– Понял, понял...

– Леха, ты какой-то весь в эйфории! Не забудь: все лишнее надо будет обрезать.

– Ну да, конечно, поучите меня работать с роликами!

– Леха, мы на тебя надеемся. Не подведи.

– Обязательно...

Передав материал, мы высадили Леху недалеко от его квартала и на прощание напутствовали:

– Сиди дома, слушай ящик, будь бдителен. Если что – сразу звони.

– Понял... Кстати, у вас слева краска ободрана.

– В курсе.

– Ну все, пошел я...

Леха, не чуя под собой ног, летящей походкой устремился в ближайшую подворотню. Взгляд у нашего шпиона был затуманенный, подбородок гордо вздет, и вообще, весь его триумфальный вид сообщал миру:

– Мы сделали ЭТО!!!

– Ну, плятт... – Федя неодобрительно помотал головой. – Прям детство какое-то... Не дай бог, если когда-нибудь возьмут его – сразу ведь расколют. До самой гузки...

Мы замотали трофейные стволы, припрятали подальше и поехали прочь.

Все, можно отправляться домой. Акция завершена, потери минимальные. Если бы не вот этот джигит-автоматчик, вообще можно было бы сказать: славно поработали.

Джигит-автоматчик немного все смазал.

Теперь на нас еще один труп. И, пожалуй, самое главное: теперь Борман будет в бегах вполне обоснованно, а не просто по факту братской сопричастности...

* * *

Доехали до поворота на МКАД, встали у светофора, смотрим – на той стороне скучает Филин. Улыбается и лениво этак крутит ручкой: мол, разворачивайтесь, козлята.

– За-гре-бись... – тихо пробурчал Федя. – Уж думал, никогда больше его не увидим...

– Останавливаться нельзя, – Ленка показала на знак. – Что делать?

– Давай по кругу и обратно. Видишь, он так и показывает.

Мы поехали разворачиваться, по дороге обсудили некоторые превратности судьбы.

– Как, вообще, он понял, что мы здесь поедем?

– Подозреваю, что он знает, где мы живем.

– Откуда?!

– Спроси чего полегче.

– Сюрприз, да? – Ленка не поняла причину нашего уныния.

– Да нет, Саня же сказал. Просто...

– Что?

– Да нет, ничего...

Просто не ожидали, что это будет так скоро. «Непременно захочет встретиться» – это ведь понятие растяжимое. Через три-четыре дня, через неделю, месяц, может быть, вообще, после амнистии, или еще лучше – в другой инкарнации, но только не через полчаса после такой акции.

В данный момент нам больше всего хотелось спокойствия и неги.

Общаться с ТАКИМИ типами нам не хотелось вовсе.

Подъехали, встали. Мы с Федей вышли.

Здороваться с нами за руку Филин не стал. Ну да, эту манеру мы запомнили, так что даже и не тянули свои недостойные ручонки.