Язык тела - А. К. Тернер

Кто-то открыл входную дверь. Кто же? У гробовщиков не было карточек для прохода.

Кэсси услышала тихий стук закрывающейся входной двери. Ее волосистая часть головы сжалась, а на верхней губе выступили капли пота. Миндалевидное тело подсказывало девушке то, что ее лобная кора не спешила признавать: в морг явился незваный гость. Кэсси Рэйвен напрягла слух и различила настойчивый шепот из прихожей.

Незваных гостей несколько.

Наконец девушка уловила еле слышное движение кроссовок по линолеуму в коридоре. Кэсси проскользнула назад в кабинет судмедэкспертизы и тихонько заперла за собой дверь. Кэсси Рэйвен на секунду запаниковала, поскольку осознала, что другого выхода нет, но тут же сказала себе — между ней и этими незнакомцами стоит хорошая прочная дверь. Наркоманы, скорее всего, искали наркотики или мелкую наличность. В коридоре как раз имелись незапертые двери.

Снаружи раздались низкие, настойчивые голоса. Говорили двое мужчин, причем по голосу один из них казался моложе другого. Кэсси Рэйвен слышала обрывки их разговора:

— Нужно сделать все правильно, — раздался голос мужчины постарше.

— Это место вызывает у меня долбаные мурашки, — продолжил плаксивый голос молодого парня.

Затем первый голос попросил:

— Отдай-ка мне это, братан.

Глухой удар и последовавший за ним треск заставили Кэсси подпрыгнуть.

Твою мать! Они пытались проломить дверь ломом. Дерево застонало. Дверь стояла, но надолго ли?

Она решила сообщить о своем присутствии.

— Полицейские идут, — намеренно спокойно, тихо и властно произнесла Кэсси через дверь. — На вашем месте я бы сейчас же убралась отсюда.

Атака на дверь прекратилась. Наступила тишина, за которой последовал еле слышный спор. Молодой запаниковал и решил уйти, но другой, постарше, перебил его. Она услышала, как тот, второй мужчина, усмехнулся:

— …сука лжет, братан.

Теперь второй заговорил, через дверь обращаясь к ней:

— Слушай, мы войдем в любом случае. Если ты впустишь нас, мы тебя не трахнем.

Кэсси не хотела думать о мрачном обещании, сказанном этим беззаботным голосом. Девушка огляделась в поисках оружия. Мгновение спустя раздались еще один мерзкий удар и металлический визг: дверь хотели взломать. Кэсси оглядела арсенал скальпелей, пил и ножниц для разрезания ребер, выстроившийся в ряд на скамье для препарирования. Конечно, они могут выглядеть опасными, но сейчас Кэсси с удовольствием поменяла бы все эти приспособления на простую бейсбольную биту.

Треск, похожий на выстрел, эхом прокатился по номеру — это поддалась нижняя дверная петля. Мужчины радостно закричали.

Кэсси посмотрела на дверной замок. А если она сдастся и откроет дверь, то, может, эти люди не причинят ей вреда? Да уж, конечно.

Через несколько секунд дверь наконец-то поддалась и рухнула на пол.

Двое мужчин из коридора вглядывались в темноту.

— Куда, черт возьми, она делась? — пробормотал молодой мужчина.

Мужчина постарше сделал шаг к порогу затемненной комнаты. Он держал лом на высоте плеча.

Мужчина увидел вспышку чего-то белого и страшное лицо, утыканное металлом. Лицо разорвалось криком, когда он швырнул белый лом в его сторону. Огромный язык вывалился из ведра с жидкостью и на миг, стоп-кадром, повис в воздухе. Потом язык обрушился на мужчину, и что-то тяжелое ударило его в грудь.

Мужчина бросил оружие и натянул толстовку. Теперь он отчаянно пытался стереть с лица жгучую жидкость.

— Кислота! Эта сука подожгла меня!

Потом мужчина постарше перевел взгляд на то, что его ударило, а теперь уютно лежало между кроссовками.

Мужчина дважды моргнул, а потом до него дошло: человеческий мозг.

В дверях появилась Кэсси Рэйвен. Она размахивала другим таким же заряженным оружием, но оба мужчины уже бросились бежать, скользя по мокрому линолеуму.

Кэсси позвонила по номеру 999. В морг приехали три патрульные машины с воющими сиренами. Полицейские обнаружили входную дверь открытой. Кэсси стояла на коленях и уговаривала человеческий мозг вернуться в белое пластиковое ведро. Полицейские потом рассказывали своим коллегам, что она шептала мозгу, словно разговаривала с раненым домашним животным.

Теперь Кэсси Рэйвен сидела в офисе, а Дуг насильно поил ее подслащенным чаем. Полицейские оцепили места, где ступала нога злоумышленников.

— Перестань беспокоиться о мозге, Кэсси. Ты поступила правильно.

Девушка обхватила руками колени и раскачивалась взад-вперед.

— А если лаборатория не сможет сделать приличный разрез мозга?

— Все будет хорошо. Мозги крепче, чем ты думаешь. Строго между нами — однажды я уронил один из образцов мозга с лестницы.

Кэсси засомневалась:

— И у них есть пригодный образец?

— Да. Теперь допивай чай. Не хочешь печенье?

Девушка отрицательно покачала головой.

— Ты еще ужасно бледная. Я подумываю отправить тебя на такси домой и предложить полицейским допросить тебя не сейчас, а утром. Сейчас ведь почти час ночи.

— Да нет. Я предпочла бы остаться здесь.

Девушка не могла просто вернуться домой и оставить миссис Эдвардс и других подопечных одинокими и беззащитными после такого взлома. Сквозь мысленный хаос Кэсси безошибочно расслышала голос сержанта Флайт, которая хладнокровно ругала одного из полицейских за какую-то оплошность.

Флайт вошла и увидела Кэсси. Та свернулась в кресле с чашкой чая. Хмурый взгляд сержанта развеялся. Она придвинула стул.

— Как дела?

— Все нормально.

— Похоже, вы их здорово напугали. Вам повезло.

Обычная ершистость Флайт прошла, холодность растаяла. «Как иней на зимней розе», — внезапно подумала Кэсси. В глазах сержанта застыли слезы сострадания.

— Кэсси, готовы ли вы говорить о произошедшем, пока все живо в памяти?

Кэсси Рэйвен кивнула.

Дуг ушел сделать еще чаю. Кэсси Рэйвен попыталась вспомнить и собрать воедино всю возможную информацию о взломе. Именно попыталась, поскольку, хотя все случилось менее часа назад, ее память уже разбила эпизод на несколько случайных фрагментов. Создать простую временную шкалу было очень сложно.

— А мужчины? Не могли бы вы «вытащить» их из памяти, как думаете? — спросила Флайт.

Кэсси повела плечом и ответила:

— Не уверена. Я видела их всего долю секунды. Честно говоря, все было как в тумане.

В итоге Кэсси Рэйвен все-таки попыталась максимально описать двух мужчин, с которыми ей удалось совладать: старшему было около тридцати лет, и он принадлежал к смешанной расе; его приятелю с глазами лани и тонкими чертами лица сомалийца или эритрейца, похоже, едва исполнилось восемнадцать.