Исчезновение Стефани Мейлер - Жоэль Диккер

Анна провела меня через все здание за кулисы. Коди ждал нас в своем кабинете; он извлек из архива коробку, где были свалены в беспорядке всякие мелочи.

– Что вы, собственно, ищете? – спросил Коди.

– Любые существенные сведения о первом фестивале. Название труппы, которая сыграла первый спектакль, что это была за пьеса Кирка Харви…

– Кирка Харви? Он играл какую-то нелепицу под названием “Я, Кирк Харви”. Монолог читал, совершенно неинтересный. А открылся фестиваль спектаклем “Дядя Ваня”. Вот программа, держите.

Он выудил и протянул мне старую пожелтевшую брошюру:

– Можете оставить себе, у меня есть еще.

Потом еще порылся в коробке и достал оттуда небольшую книжечку.

– Надо же, совсем забыл, что была такая книжка. Это Гордон придумал. Может, вам пригодится.

Я взял книжку и прочитал заглавие:

– Что это за книга? – спросил я Коди.

– Стивен Бергдорф? – изумилась Анна, увидев имя автора.

И Коди рассказал нам об одном эпизоде, случившемся за два месяца до убийств.

* * *

Орфеа, май 1994 года

Коди сидел в своем кабинетике в магазине, обложившись бланками заказов. В дверь робко заглянула Меган Пейделин:

– Прости, что отрываю, Коди, но там мэр пришел, хочет с тобой поговорить.

Коди немедленно встал из-за стола и вышел из подсобки. Интересно, что от него понадобилось мэру. Тот по какой-то непонятной причине с марта не появлялся в книжном магазине; Коди никак не мог взять в толк почему. Мэр как будто изо всех сил его избегал. Кто-то даже видел, как он покупал книги в магазине Ист-Хэмптона.

Гордон стоял у прилавка и нервно теребил в руках какую-то брошюрку.

– Господин мэр! – воскликнул Коди.

– Добрый день, Коди.

Они обменялись сердечным рукопожатием.

– Какое счастье, что в Орфеа такой прекрасный книжный магазин, – произнес Гордон, созерцая стеллажи.

– Все в порядке, господин мэр? – поинтересовался Коди. – Мне показалось, что с недавних пор вы меня избегаете.

– Я вас избегаю? – изумился Гордон. – Какая, однако, странная мысль! Знаете, я просто потрясен тем, как здешние люди любят читать. Вечно с книгой в руках. Я тут на днях ужинал в ресторане, и – вы не поверите! – за соседним столиком сидела молодая пара, и каждый уткнулся носом в свою книжку! Я подумал, что люди совсем сошли с ума. Черт возьми, поговорили бы хоть, что ли, вместо того чтобы нырять в свои книжки! Да и купальщики, когда идут на пляж, тащат с собой целую пачку хороших романов. Прямо наркотик какой-то!

Коди позабавил рассказ мэра. Какой он все-таки милый и симпатичный. Само добродушие. Он решил, что напрасно напридумывал себе каких-то глупостей. Но мэр явился не просто так.

– Хотел вас спросить, Коди, – продолжал Гордон. – Как вы знаете, тридцатого июля у нас открывается первый театральный фестиваль…

– Ну конечно, знаю, – восторженно ответил Коди. – Я уже заказал разные издания “Дяди Вани”, буду предлагать покупателям.

– Прекрасная мысль! – одобрил мэр. – Но я вот о чем хотел вас попросить. Стивен Бергдорф, главный редактор “Орфеа кроникл”, написал небольшую книжечку про театральный фестиваль. Как вы думаете, вы сможете пустить ее в продажу? Взгляните, я вам принес экземпляр.

Он протянул Коди брошюрку. На обложке красовалось фото мэра на фоне Большого театра, а над ним – заглавие.

– “История фестиваля”, – вслух прочел Коди и удивленно спросил: – Но ведь фестиваль будет проводиться в первый раз, разве нет? Не рано ли посвящать ему целую книгу?

– Знаете, о нем уже так много можно рассказать, – заверил его мэр и произнес на прощанье: – Готовьтесь к приятным сюрпризам!

Коди не очень понимал, кому может быть интересна такая книжка, но не хотел ссориться с мэром и согласился взять ее на продажу в свой магазин. Когда Гордон удалился, снова появилась Меган Пейделин:

– Что он хотел?

– Чтобы мы сделали рекламу брошюре, которую он издал.

Меган, облегченно вздохнув, полистала книжечку.

– Выглядит неплохо, – рассудила она. – Знаешь, в округе не так уж мало людей, которые печатают книги за свой счет. Надо бы отвести им уголок, пусть выставляют свои творения на продажу.

– Уголок? Но у нас и так книги ставить некуда. И потом, это никому не интересно, – возразил Коди. – Кто же станет покупать книжку собственного соседа?

– Давай отведем под них чулан в глубине, – настаивала Меган. – Там только покрасить, и будет как новенький. Сделаем отдел местных писателей. Вот увидишь, авторы – хорошие клиенты для книжных магазинов. Съедутся со всей округи поглядеть на собственную книжку на полке, а заодно и другие купят.

Коди подумал, что это очень неплохая идея. К тому же ему хотелось доставить Гордону удовольствие: он прекрасно чувствовал, что с ним что-то неладно, и ему это не нравилось.

– Что ж, Меган, если хочешь, давай попробуем, – согласился он. – Попытка не пытка. Если ничего не выйдет, так хоть чулан в порядок приведем. Во всяком случае, благодаря Гордону выяснилось, что Стивен Бергдорф на досуге пишет книжки.

* * *

– Стивен Бергдорф – бывший главный редактор “Орфеа кроникл”? – удивилась Анна. – Ты знал, Джесси?

Я пожал плечами: понятия не имел. Пересекались ли мы с ним в свое время? Я его совершенно не помнил.

– Вы его знаете? – спросил Коди, удивленный нашей реакцией.

– Он главный редактор “Нью-Йорк литерари ревью”, где работала Стефани Мейлер, – объяснила Анна.

Как я мог не запомнить Стивена Бергдорфа? Мы навели справки и выяснили, что Бергдорф уволился с поста главного редактора “Орфеа кроникл” на следующий день после четырех убийств, а его место занял Майкл Берд. Странное совпадение. А если Бергдорф, уехав, увез в собой вопросы, которые и по сей день не дают ему покоя? А если он и был заказчиком книги, которую писала Стефани? Она говорила, что этот человек не мог написать ее от своего имени. Ничего странного, что бывший главный редактор местной газеты не мог двадцать лет спустя снова совать нос в это дело. Нужно было немедленно ехать в Нью-Йорк, переговорить с Бергдорфом. Мы решили отправиться туда завтра, с раннего утра.

Но неожиданности на этом не закончились. В тот же день поздно вечером у Анны зазвонил мобильный телефон. На экране высветился номер бара “Белуга”.

– Помощник шефа полиции Каннер? – спросил мужской голос. – Говорит Кирк Харви.

Понедельник, 22 августа 1994 года. С момента убийства прошло три недели.