Язык тела - А. К. Тернер

Интересно, какой человек способен на такой дикий поступок? Кэсси Рэйвен вспомнила единственное слово, которое услышала от девушки: «Почему?» Кэсси поджала губы. Рози явно любила этого парня.

Она закрыла глаза и снова оказалась под светом ламп морга, увидела горькую насмешку в карих глазах девушки, следы уколов на левой руке и свежую колотую рану на тыльной стороне ладони ее правой руки.

Кэсси услышала, как Флайт спросила:

— В чем дело?

Кэсси очнулась, открыла глаза и встретила любопытный взгляд Флайт.

— Только десять процентов населения такие же левши, как вы.

— Не понимаю…

— Рози обычно делала укол в левую руку, но самый последний след от укола получился на тыльной стороне правой руки. В этом нет ничего необычного — наркоманы меняют места инъекций, чтобы избежать образования рубцов на венах. Однако если девушка была правшой, то она никак не могла сделать себе укол в правую руку.

— Неужели?

— Правда. Я видела много колющихся людей. Это не так уж легко, даже если использовать основную руку.

Флайт прищурилась:

— Ну-ка, покажите мне.

Кэсси изобразила тугую перевязку вокруг верхней половины правой руки, крепко прижала ее к ребрам и сжала кулак. Левой она вонзила воображаемый шприц в вену на тыльной стороне правой руки.

— Вот. Вам нужно ввести основание иглы в вену, но не проходить через нее. Далее придется одной рукой чуть втянуть поршень, чтобы взять кровь и проверить, в вене ли вы. Этот маневр требует точности. Затем осторожно надавить на поршень и ввести содержимое. Даже чуть сместив иглу, вы попадете из вены в мышцу.

— Пустая трата времени на укол? — спросила Флайт.

Кэсси кивнула:

— Если девушка была правшой и сама сделала себе укол, то почему она не воспользовалась веной на левой руке?

Флайт пристально взглянула на Кэсси Рэйвен и неожиданно улыбнулась:

— Я спрошу у ее мамы. Возможно, вы правы, и тогда не исключено, что укол ей сделал бойфренд и якобы из-за осторожности соврал об этом.

— Что это ты сегодня такая веселая? — спросил Карл у Кэсси. Молодой мужчина услышал, как она насвистывает.

Кэсси Рэйвен встревожила ворчливость Карла. Она взглянула на его немытые волосы и покрасневшие глаза. Еще одна ночь с пивом, судя по его виду, но она чувствовала себя достаточно бодрой, чтобы давать ему работу.

Девушка собиралась забрать клиента из хранилища и протянула руку к ящику миссис Э. Кэсси коснулась черных инициалов на стальной поверхности.

— Этим делом занимается специалист, миссис Э., — пробормотала Кэсси Рэйвен.

Сумеет ли Флайт вовремя что-нибудь обнаружить? Где та линия расследования, выражаясь полицейским жаргоном, способная довести дело до надлежащего судебно-медицинского вскрытия миссис Э.? Кэсси должна верить, что так и будет.

Из окна между кабинетом администратора и кабинетом для вскрытия раздался настойчивый стук. Дуг! Начальник хмуро кивнул Кэсси и ткнул пальцем в Карла.

Перевод: оба сейчас в мой кабинет.

Через несколько минут оба подчиненных уже стояли перед столом начальника. Карл поймал огорченный взгляд Дуга.

— Звонил Роджер из крематория. Он меня замучил. Есть идеи, что могло произойти, Карл?

— Нет, босс, — ответил Карл привычно непринужденно, но Кэсси стукнула каблуком о его правый ботинок.

— Что ж, позволь мне тебя просветить. Это ведь ты потрошил Полин Палмер в прошлую среду, не так ли?

— Ох, это имя звучит как колокольчик…

— Миссис Палмер кремировали сегодня утром. Ты помнишь что-нибудь особенное в ее теле?

У Кэсси появилось ужасное предчувствие, к чему могут привести эти вопросы.

Нога Карла перестала барабанить по полу.

— У нее… был кардиостимулятор.

— А что происходит с кардиостимулятором, когда он подвергается воздействию тысячи градусов Цельсия?

— Литиевые батареи взрываются, босс.

Кэсси Рэйвен в страхе закрыла глаза: одна мысль о теле, доверенном им, а потом взорвавшемся в печи крематория, заставила ее почувствовать себя больной.

— Господи, Дуг, — произнесла Кэсси. — Он ведь не взорвался, когда семья еще находилась там, верно?

— К счастью, к тому моменту они уже уехали. Однако у Роджера буквально пена идет изо рта. Каким-то чудом этот взрыв не повредил крематорий, иначе починка обошлась бы нам в тысячи долларов.

Начальник перевел взгляд на Карла и воскликнул:

— Какого черта ты забыл снять кардиостимулятор? Это же проще простого. Посмертная процедура для болванов.

Карл пробормотал извинения. Кэсси увидела — мужчина искренне расстроился.

— Все это замечательно, — грустно покачал головой начальник. — Только вот обыкновенное «извините» не годится для столь серьезных вещей. Боюсь, мне придется подумать о дисциплинарном взыскании.

Дуг отпустил Карла и уперся кулаком в верхнюю часть живота. Похоже, новость о взрыве вызвала у него очередной приступ желудочной кислоты.

— Могу вам предложить алка-зельцер? — спросила Кэсси, но Дуг продолжал, словно не слышал ее:

— Должен признаться, я лучшего мнения о Карле. Он всегда отличался ловкостью.

Карл много пил в последнее время, и похмелье, скорее всего, способствовало его неудачам, однако и Кэсси Рэйвен, как старший техник, должна была его проконтролировать. Обычно девушка старалась сама убедиться в удалении кардиостимуляторов и дефибрилляторов из ожидающих ее тел, но в случае с миссис Палмер Кэсси не могла припомнить, проверяла ли ее тело дважды. Со времени смерти миссис Э. девушка позволяла всему на работе идти своим чередом.

— Ему всего лишь двадцать два, Дуг. Не могли бы вы дать ему поблажку на этот раз?

Дуг надул щеки и выпустил длинную струю воздуха.

— Может. Но ты должна внимательно следить за ним, Кэсси. Сначала провал с Харри Хардвиком, теперь с миссис Полин Палмер. Мы приобретем ужасную репутацию.

Кэсси вернулась в кабинет для вскрытия и увидела Карла. Он с убийственной энергией скреб рабочую поверхность. Молодой человек заметил Кэсси Рэйвен. Девушку просто потрясло, как плохо он выглядел.

— Кэсси, мне очень жаль. Я придурок! Помню, я даже подумал: «Мне нужно вытащить кардиостимулятор, пока в два часа не забрали миссис П.», — Карл вертел щетку в руках. — Потом… Это просто вылетело у меня из головы.

Кэсси разрывалась между гневом из-за его промаха и чувством вины из-за своей неспособности заметить чужой дикий промах, а также желанием утешить сотрудника.