Девушка из каюты № 10 - Рут Уэйр

Наконец, когда мы прошлись по моему рассказу со всех сторон и я уже больше ничего не могла вспомнить, Буллмер склонил голову и, сдвинув брови, задумался. Затем взглянул на «Ролекс» на загорелом запястье и произнес:

– Благодарю вас, мисс Блэклок. Думаю, на этом можно завершить, да и работникам пора накрывать на стол. Я вижу, что произошедшее вас расстроило и напугало, и мне очень жаль. Если позволите, я обсужу ситуацию с Нильссоном и капитаном Ларсеном, дабы удостовериться, что делается все возможное, а завтра утром мы первым делом встретимся и определим дальнейшие действия. А пока, я надеюсь, что, несмотря на все случившееся, вы сумеете расслабиться и насладиться ужином и вечером.

– И какими же будут дальнейшие действия? Как я понимаю, мы направляемся в Тронхейм, но нельзя ли сделать остановку где-нибудь поближе? Думаю, надо как можно скорее сообщить в полицию.

– Да, возможно, получится остановиться еще до Тронхейма, – ответил Буллмер, вставая из-за стола. – Впрочем, мы будем там уже завтра утром. Если же мы совершим остановку где-нибудь посреди ночи, найти работающее отделение полиции будет не так уж просто. Так или иначе, мне нужно поговорить с капитаном, чтобы определиться с порядком действий. Если происшествие имело место в британских или международных водах, норвежская полиция бессильна – вы же понимаете, здесь дело в юрисдикции, а не в их желании или нежелании расследовать дело.

– А если так? Если мы и правда были в международных водах?

– Судно зарегистрировано на Каймановых островах. Надо узнать у капитана, как это может повлиять на ситуацию.

Сердце ушло в пятки. Я читала о том, как проводят расследования на судах, зарегистрированных на Багамах или подобных островах: на борт присылают одного полицейского, да и то если есть заявление о пропавшем человеке, он быстро составляет отчет, а потом забрасывает дело.

А что же, когда единственное доказательство существования девушки вообще исчезло?

И все-таки после разговора с Буллмером мне полегчало. В отличие от Нильссона, он хотя бы поверил мне, отнесся к моему рассказу серьезно.

Он протянул руку, чтобы попрощаться, и, пронзив меня взглядом голубых глаз, впервые улыбнулся. Улыбка вышла кривоватой, но она ему шла, и я видела в ней некоторое сочувствие.

– Вы должны кое-что знать, – выпалила я.

Буллмер удивленно поднял брови и опустил руку.

– Что?

– Я… – Я запнулась. Если он поговорит с Нильссоном, это все равно станет известно, лучше пусть узнает от меня. – В ночь перед… перед случившимся я пила. И еще я принимаю антидепрессанты. Уже давно, лет с двадцати пяти. У меня… был срыв. А Нильссон, кажется, подумал… – Я снова запнулась и нервно сглотнула.

Брови Буллмера поползли еще выше.

– Хотите сказать, Нильссон усомнился в ваших словах из-за того, что вы лечитесь от депрессии?

От его прямоты я вся съежилась, но кивнула.

– Если вкратце, то да. Он сказал, что такие лекарства нельзя мешать с алкоголем, и, видимо, он решил…

Буллмер молчал и лишь бесстрастно смотрел на меня, а я вдруг выпалила, словно в защиту Нильссона:

– Дело в том, что недавно меня ограбили. Какой-то мужчина забрался в мою квартиру. Нильссон узнал об этом и решил… ну, не то чтобы я все выдумала, а скорее… преувеличила.

– Мне очень стыдно за работника, который так к вам отнесся. – Буллмер взял мою руку и крепко сжал. – Прошу вас, мисс Блэклок, не сомневайтесь в том, что я воспринял ваш рассказ совершенно серьезно.

– Спасибо, – поблагодарила его я. Разве выразишь одним словом невероятное облегчение от того, что кто-то наконец мне поверил? И не просто кто-то, а сам Ричард Буллмер, владелец «Авроры».

Возвращаясь в каюту, я на мгновение надавила на уставшие глаза, а потом достала из кармана телефон, чтобы посмотреть на часы. Почти пять. Как быстро пролетело время.

Я машинально открыла электронную почту и обновила страницу, однако сети по-прежнему не было. Странно. Интернет не работает слишком долго. Зря я не сказала об этом Буллмеру. Теперь уже поздно. Он ушел, скользнув в один из тайных ходов, – наверное, чтобы поговорить с капитаном или связаться с сушей. Вдруг Джуд прислал мне письмо? Или даже звонил? Хотя мы наверняка еще далеко от земли, и сигнала здесь нет. Или он до сих пор меня игнорирует? Я вдруг представила, как прижимаюсь щекой к его теплой груди, представила его руки на моей спине и едва не пошатнулась от пронзившего мое тело желания.

По крайней мере, завтра мы будем в Тронхейме. Там никто не запретит мне воспользоваться Интернетом.

– Ло! – раздался голос сзади.

Я обернулась и увидела Бена. Он некрупный мужчина, но словно заполнил собой весь узкий коридор. Казалось, коридор становится все уже и уже, а Бен – все больше и больше, прямо как в «Алисе в Стране чудес».

– Бен! – Я попыталась придать голосу радости.

– Как беседа? – Он пошел вместе со мной по коридору к нашим каютам. – Виделась с Буллмером?

– Да вроде бы неплохо. По-моему, он мне поверил.

Я не сказала, какие мысли посетили меня после разговора с Ричардом, а думала я о том, что он явно не раскрыл все свои карты. Я вышла из ресторана уверенная и спокойная, но, прокрутив в голове его слова, поняла, что толком он мне ничего не пообещал – ни одна из его фраз не намекала на безоговорочную поддержку. В речи Буллмера были сплошные «если это так» и «если вы окажетесь правы». В общем, ничего конкретного.

– Отличные новости, – сказал Бен. – Так он разворачивает судно?

– Не знаю. Видимо, он решил, что сейчас нет смысла разворачиваться, а лучше поскорее добраться до Тронхейма – мы будем там завтра утром.

Мы дошли до кают, и я вытащила из кармана ключ-карту.

– Боже, надеюсь, сегодняшний ужин будет не из восьми блюд, как вчера. Хочу нормально поспать, чтобы завтра все связно изложить полиции в Тронхейме.

– Не передумала?

Бен уперся рукой в дверной косяк, не давая мне ни уйти, ни закрыть дверь, хотя вряд ли он это сделал нарочно.

– Нет. Как только будем в порту, я иду в полицию.

– Разве твои действия не зависят от того, что скажет капитан по поводу статуса судна?

– Я в любом случае сообщу о случившемся властям, даже если местная полиция не сможет провести расследование.

Чем скорее мои слова запишут в каком-нибудь официальном документе, тем безопаснее я буду себя чувствовать.

– Логично, – кивнул Бен. – Ну, что бы ни случилось завтра, в полиции ты сможешь начать рассказ с чистого листа. Придерживайся фактов, выражайся ясно и без эмоций, как в разговоре с Буллмером. – Он убрал руку и отошел. – Если понадоблюсь, знаешь, где меня найти, хорошо?

– Ага. – Я устало улыбнулась ему и уже собиралась закрыть дверь, как вдруг Бен снова уперся рукой в проем – не давить же его пальцы дверью.