Мертв только дважды - Антон Чиж

— В сговор? Что за бред…

Господин Шер вскочил и разразился отборной руганью на фарси, размахивая руками. Карлос неподвижно сидел в кресле.

— Ваше красноречие пропадает зря, — сказал он.

Спокойствие подействовало. Господин Шер сел на место, ослабив галстук.

— Сегодня утром вы напали на моих людей…

— Ваши люди пытались убить невинного человека.

— После чего ваш сообщник добил их. Хладнокровно добил раненых.

— Какой сообщник? — спросил Карлос.

— Месье Франсуа Шандор.

— Если ваши люди мертвы, кто вам сообщил, что это дело рук Шандора?

Господин Шер сдержался. Выпустил воздух через сжатые губы.

— Шандор убил моих людей. Вы ему в этом помогли.

— Если я ему помог, в чем моя выгода?

— Вы нашли его и договорились. Он обещал вам процент от продажи, если будете делать вид, что ищете его. На самом деле — мешая нам. Вы деловой человек, кто больше заплатит, тому и служите.

— Это абсурд, — сказал Карлос.

— Почему? Очень логично.

— Если бы Шандора нашел я, то убедил бы сказать, где спрятана вещь. Забрал, продал, скажем, за двадцать-тридцать миллионов долларов. В Гонконге или Китае. Там любят европейские редкости. Купил бы себе маленький остров и забыл обо всем на свете. К сожалению, я даже не знаю, что находится в кувшине…

Господни Шер буравил взглядом. Карлос не прятал глаза.

— Я вам не верю, — наконец сказал иранец, тяжело дыша.

— Очень жаль. Это правда.

— Правда? Как можно верить человеку, который столько лет живет двойной жизнью.

— Не понимаю, о чем вы, господин Шер, — сказал Карлос, упираясь коленкой в ножны под крышкой стола.

— Не понимаете? — гость закинул ногу на ногу и откинулся в кресле. — Неужели, господин Мечик? Или скорее: «ту-фа-рис-ч»?

Русское слово он произнес ужасно. Ударение поставил по-французски, на последней гласной: «МечИк».

Этого имени он не слышал двадцать пять лет. Имя жило в глубине его, как второе «Я». Забытое, раненое, но бесконечно дорогое. Настоящее «Я», которое скромный эксперт по антиквариату видел во снах, тосковал, но знал, что никогда к нему не вернется. Для тех, кто знал, это имя умерло давным-давно. Как и он сам. Имени не было двадцать пять лет. И его не было. Он думал, что имя это проклято и забыто навсегда.

11 мая, среда

X округ Будапешта, улица Хармат

9.20 (GMT+1)

Катарина чувствовала себя забытой и ненужной. Самое тяжелое испытание. Когда она нашла рыцаря всей жизни, когда занималась с ним любовью так, как не занималась ни с кем и никогда… А он ушел, как будто ничего не было. К своим дурацким делам. Антикварным безделушкам. Бросил ее. Как все прошлые мужчины. Он, конечно, не такой, он добрый. Хотя очень страшный. Кто давал ему право распоряжаться ее свободой? Пусть у себя в Испании заводит порядки. Венгрия — свободная страна.

Может, позавтракать? Выйти на улицу, выпить кофе с булочкой? Этого слишком мало. После всего пережитого ей страшно захотелось на работу. Хотя бы проверить полицейские сводки: нашли в парке четыре тела или нет? Это нельзя делать. Катарина решила, что никто в мире не смеет ей указывать. И вставила в телефон батарею и сим-карту. Посидит часик на работе, ничего страшного. Никто не знает, где ее корпункт. Карлос так их отделал, что неделю не сунутся. Катарина обрадовалась мудрому решению, и тут зазвонил телефон. Номер был незнакомый. Она прочистила горло и бодро проговорила:

— Доброе утро, будапештское бюро «Штерн», слушаю вас.

— Вы в безопасности?

Это он. Очень кстати. Катарина не сдержалась и вылила все, что хотела сказать про подлое, недостойное, лживое поведение мужчин.

— Я вам больше не верю, Ференц! Наши разговоры окончены! — заявила она, но трубку не повесила.

— Вы не выполнили условие. С вами был ваш друг.

— Я не выполнила? — закричала Катарина. — Да если бы не мой друг, меня бы уже резали на куски! А где были вы?

— Вам ничего не угрожало. Я был рядом.

— Использовали меня как приманку? — взвизгнула она. — Как это мило! Как это по-мужски!

— Вам ничего не угрожает. Обещаю…

— Да, теперь мне ничего не будет угрожать, если вы перестанете звонить.

— Значит, не хотите получить сенсацию?

Этого Катарина не говорила.

— Я не верю вам, — повторила она упрямо.

— Через три минуты в кафе… — Ференц назвал кафе рядом с офисным центром.

— Я не успею от… — Катарина чуть не проболталась, где находится. — Я в другом месте. Далеко…

— Сколько времени вам надо, чтобы доехать?

— Час.

— Через сорок пять минут в кафе…

Он отключился.

Катарина знала, что перезванивать на номер бесполезно. Думала недолго, быстро оделась из того, что нашла в шкафу подруги, и выскочила, чуть не забыв запереть дверь. Она прикидывала, сколько времени уйдет на дорогу. Как раз успеет, если везде бегом. Катарина забыла не только про свой завтрак, но и про рыбок, которые остались голодать в аквариуме.

11 мая, среда

Будапешт, площадь Марии Ясаи

8.11 (GMT+1)

В закрытых пространствах Мечик ощущал себя, как в клетке. Теперь клетка была настоящая.

— Не понимаю, о чем говорите, господин Шер.

— Конечно, не понимаете, — иранец довольно улыбался. — У нас есть полные сведения о вас. Ваше звание: лейтенант? Я не ошибаюсь, господин лейтенант? Или в Военно-морской разведке СССР были особые, морские звания? Командор, шкипер или что-то вроде того?

— Полная глупость, — ответил Мечик.

Он смотрел на гостя так прямо, что тот перестал улыбаться.

— Убивать меня бесполезно, — сказал господин Шер. — Впрочем, как и скрываться. Вы, конечно, можете исчезнуть. Мы даже искать вас не будем. Мы найдем вашу женщину, где бы ее ни спрятали. И, поверьте, умирать она будет так долго, что станет молить о смерти, как о милосердии.

— Мне все равно, что вы сделаете с этой девкой. Она для меня никто.

Господин Шер кивнул.

— Очень хорошо. Тогда мы займемся вашими друзьями. Например, профессором Дьёрдьем. В первую очередь его дочерью. Бедная девочка, ей даже нечего будет рассказать. Мы посадим профессора на стул, с которого он не сможет сойти, и покажем ему, что такое восточное искусство пытки. На его Аранке. Но вам ведь все равно, не так ли?