Изгой - Лев Пучков

Ленка не вынесла такого издевательства, послала нас подальше и легла спать на заднем сиденье – Федя сел за руль.

Я пробовал роптать. Федя тупица, на фига сто раз кататься, время высчитывать, все на глазок можно прикинуть!

Федя – ноль внимания. В итоге он нашел еще два дополнительных маршрута эвакуации, так что пришлось чертить отдельную схему.

И только после того, как все четыре маршрута были досконально отработаны, мы поехали «на базу». По дороге Федя позвонил нескольким товарищам, договорился насчет экипировки и обеспечения. Тут еще Леха поспел – нашел оптимальный вариант с транспортом. Звонить наш шпионоприбабахнутый собрат не стал – он прислал подробную эсэмэску с описанием, где что «лежит».

– Ну вот, пока все пучком, – Федя суеверно постучал по лбу – другого дерева под рукой не было. – Посмотрим, как оно дальше будет...

* * *

Мы завезли Ленку домой, а сами двинули на встречу с легионерами.

Ленка завозиться не хотела.

– Моя машина! – бурчала она спросонок, зевая и потягиваясь. – Не пущу одних...

– Лен, ты устала, отдыхай, мы сами, – Федя ласково, но решительно выволок нашу подстрекательшу из салона. – Тут рядышком, минут через сорок вернемся. И потом, ты же их не любишь, этих злых нацистов...

Ленка и в самом деле устала – скорее морально, на интервью потратила много эмоций (не каждый день такое случается), поэтому особо упорствовать не стала: вяло ругаясь, забрала свою сумку и зашла во двор.

Честно говоря, я бы тоже остался. Из дома вкусно пахло борщом, близость «родных стен» приятно расслабляла, так что никуда не хотелось ехать.

– Соберись, – Федя, как всегда, верно уловил мое настроение. – Рано расслабляться, еще неизвестно, как переговоры проведем...

Встречаться договорись на Симферопольском шоссе, у поворота на Александровку. Легионеры у нас на конспирацию припадают даже еще круче Лехи – выписывать виражи на предмет возможной слежки не обязательно, так что мы выбрали местечко вблизи от дома.

Написал «от дома» и призадумался.

Интересно получается... Мы обосновались примерно посредине между Москвой и Аммиачинском. Недалеко от нашего прежнего дома, утраченного нами совсем недавно.

Зачем, спрашивается? Предки наши оттуда съехали, квартир у нас теперь нет, да и небезопасно околачиваться поблизости – по логике, искать нас в первую очередь будут именно там.

И все равно, как будто что-то продолжает нас связывать, не обрывается некая неведомая нить. Дом, Родина, эфемерные такие понятия – они не торопятся уходить из жизни изгоев, тлеют в ней, как медленно угасающие угольки погасшего костра, который никого уже не согреет.

Вот такой грустный атавизм. А может, мы не уезжаем далеко еще и потому, что там много людей, которые нам симпатизируют и готовы поддержать, оказать помощь или совместно с нами что-то делать – даже в ущерб собственной безопасности...

Легионеры приехали раньше – люди свои, никаких ритуалов (помнится, когда между нами была «холодная война», они являлись на «стрелки» буквально секунда в секунду ).

Серый «Ленд Крузер», серые парни, серый статус – короче, дети сумерек: камрады Усольцев и Руденко, командир и комиссар «Славянского Легиона».

Помните, из детства:

Воздух наполнился громом, гуденьем...

Мир был изломан, был искажен...

Это казалось ошибкой, виденьем,

Страшным, чудовищным миражом...

Только виденье не проходило:

Следом за танками, у моста

Пыльные парни в серых мундирах

Шли и стреляли от живота!

Нет, эти парни пока что никуда не стреляли, а танк, по всей видимости, им просто забыли выдать. Однако было тут шумно, гулко и пыльно, неподалеку виднелась эстакада (чем не мост?), и одетые в серую «униформу» легионные вожди как-то очень органично вписывались в этот стих из детства. Ну, по крайней мере, мне так показалось.

Легионеры поздоровались с нами, активно излучая приязнь и соучастие. Это, вообще, закономерность: взгляды всех наших попутчиков в последние три месяца регулярно излучают сочувствие и готовность помочь.

Да-да, мы помним, мы – знамя.

Знамя чего?

Пожалуй, народно-освободительного движения.

От кого освободительного?

Ну, это уже не так важно – равно как и отсутствие самого движения, хоть сколько-нибудь внятно оформленного. Главное, что есть знамя, а остальное приложится.

Сели к ним в машину – на трассе было шумно, транспортный поток довольно плотный и вонючий.

– Атлас взяли?

– Да, вот, – Руденко достал из бардачка атлас.

Федя полистал, оценил:

– Пойдет. Дим, давай, в общих чертах...

Я почти один в один пересказал поведанную Лехой историю, несколько упорядочив подачу материала и отфильтровав эмоции.

– Интересная ситуация, – оценил Усольцев. – А может, оставить все как есть?

– В смысле, пусть будет резня?

– Ну, в общем...

Ну вот, опять начинается! Надо было с собой Леху взять, чтобы ликбез провел: что-то я устал морально, нет желания растолковывать простые истины.

– Резня – это нехорошо, – быстро сообразил Руденко. – Ну, порежут они там этих уродов. Совсем убьют, может, пятерых-шестерых или того меньше – не мастера ведь, многие выживут. А потом сядут всей толпой и попрут репрессии: начнут все молодежные движухи шерстить, законы-статьи рожать и так далее.

– Да, мы тоже так думаем, – я с благодарностью посмотрел на Руденко. – В общем, точка кипения достигнута, если все оставить как есть, события будут развиваться по наихудшему сценарию. Внимание: нюанс, можно сказать – прецедент. Люди собрали деньги, чтобы оплатить услуги наемников. Улавливаете? Мы денег не берем. А вы подумайте: если бойцам надо платить – не вопрос, без всяких там принципов...

Судя по реакции легионеров, я понял, что вся эта ситуация их заинтересовала. Особенно впечатлил факт сбора денег нищими студентами.

– И сколько они собрали?

– Примерно пол-лимона.

– Хм... На такие деньги могли бы нанять пару хороших киллеров.

– Это точно. Ну что, работать будем или где?

– Денег мы не возьмем, – сказал Усольцев. – Мы, типа того, тоже идейные... Что мы хотим в итоге?

– Хотим ввести в практику молодежных движений новый формат массовых мероприятий воспитательного характера с носатыми гостями столицы, – быстренько выдал я. – «Мочить», как уже сказали, никого не будем, это не наш метод. Быстренько поломаем руки-ноги, двинем проникновенный спич и отправим всех на месяц в травму. И пусть все отдохнут: славяне от них, они – от разъедающей душу ложной харизмы крутых перцев и хозяев Москвы...