Крылатый Колченог - Андрей Бехтерев

– Привет, Димон, – неожиданно заорал Сера, ничуть не смущаясь, что все его слушают, – Да, на задании.. Пока тихо, но думаю скоро начнется мочилово… Ну да. Серьезней чем я думал. Так рванет, что только дым, да чисто поле… Не переживай, Полинка в отличной форме. Будем драться до последнего. Как сам-то? … Ладно, давай, а то тут все смотрят на меня как на идиота. До завтра, если выживем.

Сера положил трубку.

– Извините, связь плохая – сказал он всем, – Тебе привет от Димона, – добавил он Полине, – его завтра выписывают.

Губернатор подошел к Сере.

– Нас не представили, но я наслышан о вас, – сказал он.

– Спасибо. Я тоже не глухой, – вежливо улыбнулся супергерой.

– Моя Варвара любит секретничать, но я вижу, что вы произвели на нее впечатление. Будете нашим другом?

– Я уже ваш друг, – ответил Сера с поклоном.

– А про что вы там говорили по телефону? «Мочилово», «рванет». В какую-то игру играете?

– Можно и так сказать.

– Ну ладно, – влез в разговор дирижер, явно недовольный тем, что его спич так грубо прервали. – Антракт можно заканчивать. Принесли другие ноты. Сейчас будет чуть повеселее.

– Корнелий Адамович, постойте, – остановил его губернатор. – Я как раз за этим к вам шел. Давайте не будем заканчивать антракт. Ваши речи гораздо приятнее слушать, чем музыку. А за музыкой мы придем на премьеру очередной оперы.

– Вы хотите сидеть в тишине? – удивился дирижер, обводя взглядом окружающих. Все дружно закивали.

– Отсутствие музыки не есть тишина, – сказал губернатор, похлопав Спинозу по плечу. – К тому же Александр сейчас включит что-нибудь ненавязчивое. Так что музыка вернется. А норматив по классике, думаю, мы сегодня уже перевыполнили.

– Я могу отпустить музыкантов? – спросил дирижер.

– Пусть присоединяются к нам. Сколько можно работать в праздник.

– Спасибо, – кивнул дирижер.

– Вам спасибо, – сказал губернатор и вернулся к своим друзьям.

– Борис Николаевич, – окликнул его дирижер, – предлагаю спор. Мы сейчас сыграем другую музыку, и всем она очень понравится. Эта музыка специально написана для этого вечера. Я ее предлагал, но Александр Павлович не одобрил. Думаю, он был не прав.

– Музыка в честь Варвары? – спросил губернатор.

– В честь Варвары.

Дирижер протянул губернатору ладонь для спора. Губернатор с улыбкой взял ее.

– На что будем спорить? – спросил губернатор.

– А что у вас есть?

Борис Николаевич засмеялся.

– Давайте, кто проиграет, тот 3 раза кукарекнет, – предложил губернатор.

– Нет. Этой ночью нельзя кукарекать. Давайте лучше 3 раза проорет, как осел.

– Да не проблема, – засмеялся губернатор.

Спор разбили.

Дирижер, бодро подпрыгивая, пошел к своим музыкантам. Ему дорогу, звеня бубенцами, пересек шут в облегающем красном костюме. Под мышкой он держал неправдоподобно большой батон, в руке – стакан с коктейлем. Дирижер проводил его недоуменным взглядом. Аркадий уже справился с тоской-печалью, проведя 30 минут у барной стойки. Теперь он ковылял в уборную. Даже самые злые его недоброжелатели, узнав в сутулом шуте неутомимого массовика-затейника, испытывали приступ сочувствия…

– Эту Снежную Королеву надо бы обыскать, а лучше сразу домой отправить. Не нравится она мне, – сказал детектив Александру, поднявшись к нему в бельэтаж.

– Это исключено, – ответил Александр. – Решение пригласить Милану принимал сам губернатор. Обыск только в исключительном случае. Что вы хотите у нее найти?

– Она однозначно что-то прячет. Скорей всего наркотики. Она уже один раз ходила в уборную, думаю, скоро пойдет еще раз.

– И что? – махнул рукой министр. – Сегодня не день борьбы с наркотиками. Если она потащит с собой Варвару, то тогда сразу ее и обыщем и отправим, может даже не домой. А если она сама что-то нюхает или колет – да все равно.

– А если там не наркотики? – нахмурился Франц.

– И что? Автомат Калашникова?

– Какой-нибудь дамский пистолетик вполне можно спрятать в муфту.

– Что за фантазии, Франц? Это не нимфетка в хиджабе. Это – Милана. Следите за ней сколько угодно, но не трогать без видимых причин. Это приказ.

– Как скажете, – разочаровано сказал Франц.

– Не обижайтесь. Что-то еще беспокоит?

– Хаоса многовато. Все идет не по плану.

– Мне тоже не нравится, что все идет не по плану. Причем очень не нравится. Но для меня сейчас главное, что бы происходящее понравилось губернатору и гостям. Даже импровизации нашего Корнелия могут быть кстати.

– Корнелий, – произнес Франц имя дирижера. – Вы много заплатили, что бы он приехал сюда?

– Это закрытая информация.

– Понятно. После Австрии и Италии к нам. Чудно.

– Если бы я открыл вам закрытую информацию, вы бы не удивлялись таким перемещениям в пространстве.

Франц засмеялся.

– Кстати, – продолжил Александр, – Корнелий честно признался, что привел с собой сына. Просто не с кем его было оставить, а он прибаливает. Так что дела житейские, а вы целую теорию развили.

– Ладно, пойду в партер. Надо держать нос, – Франц уже хотел идти, но задержался, – И еще, меня беспокоит наш супергерой.

– С ним то что не так?

– Он шутит-шутит, а может он и не шутит вовсе. Так вот, он ждет, что сейчас чуть ли не бойня будет.

– Франц, ну что вы. Это обычные подростковые шутки. Ему чуть за двадцать, поэтому так глупо шутить ему кажется смешно. А мне кажется смешной ваша серьезность по этому поводу.

Спустившись в партер, Франц пошел в сторону оркестровой ямы.

Спиноза увел своих музыкантов переодеваться. Детектив решил воспользоваться моментом и осмотреть место. Ожог дирижера не давал ему покоя. И сам дирижер не выходил из головы. Спиноза вел себя по-хамски, унизив его своими бредовыми претензиями перед гостями. Францу было что ответить, но тема переменилась, а снова к ней возвращаться не хотелось. Появилось неприятное чувство острой ненависти к дирижеру. Ненависть стопорила мыслительный процесс. Франц пытался переключиться, но не получалось.

Подойдя к яме, детектив обнаружил, что она не пуста. В ней хозяйничали Д’Артаньян и Крот.

– Гора инструментов и один другого беспантовей, – возмущался Крот Максим. – Где рояль?

– Ты же умеешь на скрипке, – сказал мушкетер Петр, дергая струны виолончели.

– Скрипка годится только для того что бы мстить соседям.