Пять ночей у Фредди: Ужасы Фазбера. В бассейн! - Скотт Коутон

– Нет, – прошептала Милли. Она хотела, чтобы пришли мама и папа. Или дедушка. Они бы обязательно спасли её, если бы знали, что стряслось. Да сейчас она даже согласится, если на выручку придут бестолковые дядя Роб и тётя Шери. Больше того, она наденет рождественский свитер, если их это порадует.

Милли сидела за столом в столовой и с нетерпением ждала встречи. Она особенно тщательно поработала с утра над внешностью – надела кружевной чёрный топ и гагатовое викторианское траурное ожерелье из своей небольшой коллекции. Пудра сделала её лицо ещё бледнее, а с помощью карандаша она сделала идеальную подводку «кошачий глаз».

Прошло несколько минут, и она начала беспокоиться. Что, если Дилан вообще не придёт? Что, если она зря прихорашивалась? Что, если, как она всегда и подозревала, никакое удовольствие и счастье в жизни невозможны?

Но вот и он: в кожаной куртке, с ярко-красными волосами и блестящими серебряными серьгами.

– Эй, – протянула Милли, стараясь не выказать, насколько же рада его видеть.

– Эй, – ответил он, усаживаясь напротив неё. – Я тебе кое-что принёс.

Сердце Милли колотилось от волнения. Она надеялась, что по ней этого не видно.

Он сунул руку в карман кожаной куртки и достал потрёпанную книгу в мягкой обложке.

– Лавкрафт, – сказал он. – Я тебе вчера о нём рассказывал.

– Помню, – ответила Милли и забрала книгу. – «Зов Ктулху и другие рассказы». Я правильно произнесла «Ктулху»?

– Кто знает? – пожал плечами Дилан. – Имя придумал Лавкрафт, а он уже умер, так что его не спросить. Можешь оставить книгу себе. Мне на день рождения подарили такую же, но в твёрдой обложке. – Он ухмыльнулся. – Мои родители клёвые. Не беспокоятся из-за того, что мне нравится всякое странное.

– Спасибо.

Милли почувствовала, как губы расплываются в улыбке, и убрала книгу в рюкзак.

Книгу она, конечно же, прочитает, но улыбалась Милли вовсе не из-за книги. А из-за того, что Дилан подумал о ней. Когда он был дома, а не с ней, он подумал о ней, нашёл книгу, положил в карман куртки и не забыл отдать ей. Парни, с которыми ей доводилось общаться, не были такими внимательными.

После ужина Милли ушла в свою комнату и принялась за Лавкрафта. Дилан был прав. Рассказы были очень странными. Ещё страннее, чем у Эдгара По, и страшные настолько, что ей показалось, словно прямо под кожей ползают пауки. Но ей очень понравилось.

Подарок Дилана вышел просто идеальный. Милли была не из тех девочек, которым нравятся цветы и конфеты.

Прочитав пару рассказов, она открыла ноутбук. Вместо «стихов о смерти» она ввела в поисковик «стихи о любви». Она нашла знаменитый сонет Элизабет Баррет Браунинг, который начинался «Как я люблю тебя? На сто ладов». Милли уже читала это стихотворение раньше и считала его просто набором красивых слов, но сейчас она поняла чувства, скрытые за словами, сильные чувства к тому редкому человеку, который по-настоящему тебя понимает, и ты тоже понимаешь его.

Она достала чёрный кожаный дневник, прикусила колпачок ручки и задумалась. А потом написала:

Милли прочитала стихотворение про себя и довольно вздохнула. Настроение лишь совсем чуть-чуть испортилось, когда она отложила дневник и принялась за уроки.

– Нет? Какая жалость. Я всегда считал, что в насаживании на кол есть определённая драматичность. Может быть, что-нибудь ещё эффектнее? Удар током – хороший вариант. Ты знала, что электрический стул разработал в девятнадцатом веке зубной врач по имени Альфред Саутвик? Он придумал конструкцию на основе своего зубоврачебного кресла. Не слишком-то радостная информация для тех, кто панически боится зубных врачей, да? Стула, на который тебя посадить, у меня нет, но я могу пропустить серию электрических разрядов через свою внутреннюю полость. Если ток пройдёт через твоё сердце или мозг, ты умрёшь быстро. Если нет, то у тебя останутся сильные ожоги, а в сердце начнутся фибрилляции, которые без медицинской помощи обычно тоже смертельны. А как мы уже знаем, помочь тебе здесь не сможет никто.

Милли отчаянно хотела закричать «Помогите!», но понимала, что это пустая трата сил – сил, которые нужно сохранить, если она хотя бы надеется выжить.

– Ну, что думаешь, булочка? Удар током? Ты будешь просто шокирована его эффективностью. Сработает молниеносно! Отлично проведёшь время!

Снова смешок.

Милли однажды ударило током, когда она вытаскивала фен из розетки в гостинице, где была плохая проводка. Она почувствовала, как ток прошёл по её руке, и на несколько секунд у неё сбило дыхание, словно кто-то изо всех сил ударил её в живот. Ей не хотелось думать, какие будут ощущения от тока такой силы, которая способна убить.

– Ты, может быть, и отлично, а вот я – нет, – ответила она.

В субботу днём, когда большинство школьников крутились по торговому центру, смотрели кино или ходили друг к другу в гости, Милли отправилась в центр города, в библиотеку. Идти туда было минут двадцать, так что прогулка туда-обратно плюс час-другой выбора книг и чтения станут отличным способом скоротать время до вечера в одиночестве.

Она обошла всю библиотеку в поисках чего-нибудь помрачнее. Она уже дочитала «Зов Ктулху» и с разочарованием обнаружила, что книг Лавкрафта на полках нет.

– Эй, – послышался сзади чей-то голос.

Она ахнула и подпрыгнула, но потом увидела, что это Дилан.

– Не хотел тебя напугать, – сказал он. – Эй, ты уже прочитала книгу Лавкрафта?

Милли поверить не могла, что звёзды сложились так, что она натолкнулась на Дилана вне школы.

– Да, и мне очень понравилось. Я надеялась, что найду тут ещё какую-нибудь его книгу.

– Хм-м-м… – протянул Дилан. – Думаю, я смогу подобрать ещё кое-что, что тебе понравится. Секунду.

Он задумчиво вгляделся в стеллаж, потом взял с полки тонкую книгу в чёрной обложке и отдал Милли.

– Ширли Джексон, «Лотерея и другие истории», – прочитала она.

– Ага, тебе очень понравится. Идеальная книга для поддержания интереса к классическим ужасам. Эй, – сказал он. – Я читал вон за тем столом, пока не увидел тебя. Если хочешь сесть там и почитать – пожалуйста.

– Хорошо. – Милли изо всех сил старалась не показать, как же рада этому приглашению.

– Должен признаться, у меня есть скрытый мотив, – сказал Дилан. – Хочу увидеть твоё лицо, когда ты дочитаешь первый рассказ из книги.