Причина смерти - Патрисия Корнуэлл

Миссис Эддингс отвела взгляд, и огонь в камине затрещал и вскинулся, словно хотел сказать что-то важное.

— Конечно, отчасти проблема была именно в этом. Мы с Артуром жили друг другом, а мальчики иногда чувствовали себя лишними. — Теперь она смотрела прямо на меня. — Я даже не спросила, не хотите ли вы чаю или чего-то покрепче?

— Спасибо, нет. Тед был близок с братом?

— Я уже дала полицейскому номер Джеффа. Как же его… Мартино или что-то в этом роде. Вел себя довольно грубо. Знаете, немножко «гольдшлагера»[22]в такой вечер не помешает.

— Нет, спасибо.

— Я открыла его для себя благодаря Теду. — Слезы наконец прорвались, но миссис Эддингс все же продолжала: — Он катался на лыжах где-то на западе и привез домой бутылку. На вкус — жидкий огонь с ноткой корицы. Это он так сказал. Тед всегда приносил мне маленькие подарки.

— А шампанское он вам дарил?

Она деликатно высморкалась.

— Вы сказали, что Тед должен был прийти к вам сегодня, — напомнила я.

— Да, к ланчу.

— У него в холодильнике мы нашли бутылку хорошего шампанского. Перевязана бантом. Может быть, собираясь к вам на ланч, Тед хотел принести это шампанское.

— Ох. — Ее голос дрогнул. — Нет, шампанское, должно быть, предназначалось для какого-то другого визита. Я шампанское не пью. У меня от него болит голова.

— Мы ищем компьютерные диски, — сказала я. — Ищем записи, имеющие отношение к тому, над чем он, возможно, работал. Может быть, Тед просил вас сохранить какие-то материалы?

— На чердаке лежит его спортивный инвентарь, но он, наверно, уже заржавел. — Ее голос снова дрогнул, и она прокашлялась. — И какие-то школьные работы.

— Вы не знаете, был ли у Теда сейф в банке?

— Нет. — Миссис Эддингс покачала головой.

— Может быть, у него есть друг, которому он мог доверить на хранение какие-то материалы?

— О его друзьях мне ничего не известно.

По стеклу застучал ледяной дождь.

— Он не упоминал имени какой-нибудь девушки?

Миссис Эддингс поджала губы.

— Я, наверное, чего-то не понимаю? Объясните, пожалуйста.

— Была одна девушка, Тед привел ее несколько месяцев назад. Кажется, летом. Она какой-то ученый. — Миссис Эддингс помолчала. — Он вроде бы готовил репортаж, так они и познакомились. Мы с ним немного разошлись во мнениях насчет нее.

— Почему?

— Она довольно привлекательная, такой, знаете ли, академический тип. Может быть, профессор. Не помню точно откуда, но издалека. Иностранка.

Я ждала, но продолжения не последовало.

— И почему же вы не сошлись во мнении?

— Я сразу, с первой же минуты, поняла, что она — девушка с сомнительной репутацией и в моем доме ей не место.

— Она где-то здесь живет? — осторожно поинтересовалась я.

— Наверное, да, но меня это не интересует.

— Но Тед продолжал с ней встречаться?

— Я не знаю, с кем встречался Тед, — сказала миссис Эддингс, и мне показалось, что она лжет.

— Миссис Эддингс, судя по всему, ваш сын не часто бывал дома.

Она только смерила меня взглядом.

— У него есть домработница? Или кто-то, кто заботился о растениях?

— При необходимости я посылала туда свою домработницу, Кориан. Иногда она приносила ему продукты. Теду было не до готовки.

— Когда она была там в последний раз?

— Не знаю. — Я видела, что она начинает уставать от расспросов. — Где-то перед Рождеством, наверное. Потом она простудилась.

— Кориан рассказывала вам о том, в каких условиях живет ваш сын, что у него в доме?

— Вы, наверно, имеете в виду оружие? Очередное увлечение. Он начал коллекционировать его примерно год назад. На день рождения попросил подарочный сертификат в местный оружейный магазин. Даже не подумал, каково женщине заходить в такое место.

Продолжать расспросы не имело смысла. У миссис Эддингс было только одно желание: видеть сына живым. Все прочее казалось чем-то посторонним, чужеродным, к чему она твердо решила не прикасаться. Около десяти я отправилась домой. Было темно, я дважды поскользнулась на пустынной улице и едва не упала. Ночь выдалась холодной, наполненной резкими влажными звуками. Деревья украсил иней, а землю покрыла тонкая корка льда.

Мое настроение было хуже некуда. Похоже, все знавшие Теда Эддингса были знакомы с ним лишь поверхностно или же помнили его в далеком прошлом. Я выяснила, что он коллекционировал бабочек и монеты и всегда был милым. Амбициозный репортер с рассеянным вниманием, с трудом сосредоточивавшийся на чем-то одном. И чтобы поговорить о нем, я отправилась куда-то на ночь глядя и теперь бреду по стылым старинным улочкам. Странно. Интересно, что бы сам Тед сказал об этом? От этих мыслей почему-то стало грустно.

Разговаривать ни с кем не хотелось, и я сразу прошла в свою спальню. Отогрела руки под горячей водой, умылась. И тут в дверях появилась Люси. Мне хватило одного взгляда в зеркало над раковиной, чтобы понять — племянница не в духе.

— Ты поужинала? — спросила я. — Наелась?

— Я никогда не наедаюсь, — раздраженно ответила она. — Тебе звонили из Норфолка. Некто Дэнни. Сказал, что тебе на работу звонили из дорожной службы. Насчет наших машин.

Я не сразу поняла, о чем идет речь. Потом вспомнила.

— Да, у них есть только мой рабочий телефон. — Я вытерла полотенцем лицо. — Наверно, вышли на Дэнни.

— В общем, он просил, чтобы ты ему позвонила. — Мы встретились взглядами в зеркале. Люси смотрела на меня так, словно я чем-то провинилась или сделала что-то не так.

— Что случилось?

— Мне надо уехать.

Я вышла из ванной. Люси потянулась за мной.

— Мне надо вернуться в университет.

— Конечно.

— Ты не понимаешь. У меня куча дел.

— Я и не знала, что ты уже приступила к своему независимому проекту или как это там называется. — Я прошла к бару.

— Приступила или нет, это не важно. Мне нужно решить кое-какие вопросы. И я не понимаю, как ты вернешь наши машины. Может, Марино отвезет меня на своей?

— Марино очень занят, а я уже думала, как можно доставить сюда наши машины. У Дэнни есть надежный друг, и они вдвоем приедут на наших машинах в Ричмонд. А потом вернутся в Норфолк на автобусе.