Ловушка для Крика - Саша Хеллмейстер

громко попросила Бена сфотографировать её на фоне озера. Я посмотрела на друзей с высоты песчаной насыпи. Джесси нашла руку Джонни и крепко стиснула её, съёжившись перед густой белёсой стеной. Она повернулась к озеру и тревожно вглядывалась в даль.

Вик приоткрыл коробку и тут же со щелчком захлопнул её. Он серьёзно посмотрел мне в глаза:

– Надеюсь, там не кольцо?

– Прекрати надо мной издеваться! – возмутилась я.

Вик рассмеялся, решительно поднял крышку и тут же присвистнул:

– Вот это да.

В смуглых пальцах запуталась чёрная бархатная лента: на ней медленно раскачивался серебряный ворон, отпечатанный на червлёной монете. Вик посмотрел на меня так, словно я подарила ему золотой слиток.

– Это очень к-красиво, чикала. Я н-не ожидал. Ты сама выбирала?

Я кивнула.

– Подумала, тебе понравится. Если хочешь, помогу примерить.

– Да. П-пожалуйста.

Он поднял косу и наклонился ко мне. От его тела веяло теплом и пахло сырым песком. Я завязала ленточку с кулоном на шее, и Вик с интересом приподнял край монеты, лёгшей под кадыком: я обняла его так крепко, как могла, и он обнял в ответ.

– Спасибо. Правда, с-спасибо. Напоминает мой старый армейский жетон: я потерял его когда-то давно, и мне дали д-другой. Но тот было т-так жалко…

Неожиданно над озером прокатился крик. Это была Дафна – я могла бы поклясться, что она. Мы подняли головы: пустой пляж был почти весь окутан туманом. Плотная стена его двигалась по поверхности озера; он быстро наступал, словно живой. Его дымная полоса застыла на границе песка и воды. Дафна закричала ещё раз там, за этой полосой, надрывно и визгливо, и в голосе её прорезалась плачущие нотки. Мы с Виком инстинктивно взялись за руки.

– Что п-происходит? – нахмурился он и окрикнул: – Д-Дафна?!

Я посмотрела под ноги и увидела, что из рощи на песок наползал туман: мы с Виком стояли у него на пути. А потом, подняв взгляд, увидела Бена: Бена, выступившего из этой пелены, Бена, показавшегося у воды. Он стоял там и тихо хрипел, выкашливая на футболку и песок кровь.

Его грудь пронзила длинная оперённая стрела.

– О мой бог.

Я ощутила, как Вик стиснул мою ладонь в руке так крепко, что до самой кости заломило от боли. Кто-то с тихим плеском шёл там, из тумана, по озёрной воде: тень вместо плоти, вокруг которой клубился густой дым, расщепляясь на отдельные языки, подобные всполохам чёрного пламени. Это был рослый мужчина с платком мексиканской расцветки, повязанным на лице. В руках его был лук, а за плечами – колчан. Волнистые чёрные волосы падали на плечи, укутывая их, точно покрывало.

– Лесли, – Вик больно сжал мои пальцы, – беги отсю…

Но закончить он не успел. Что-то из тумана подсекло ему ноги и уволокло в молочную пелену, вырвало из моих рук с такой силой, что я упала на песок. Вик опрокинулся на спину и пропал, даже не вскрикнув – лишь громко вдохнул, перед тем как раствориться в седой дымке.

– Вик!!! – я отчаянно завопила не хуже Дафны и тут же вскочила на ноги. Меня охватила паника. Я была совсем одна и, хуже того, потеряла Вика. Нет, этого просто не могло случиться! Всё это происходит не по-настоящему, так?!

Дафна выла и стенала, вцепившись в плечи хрипящего Бена: он схватился за стрелу, словно пытался вытащить её из груди – но всё было тщетно. Пёстрое оперение на другом конце выглядывало у него между лопаток, белую майку пропитывала червоточина растущего кровавого пятна. Рослый человек шёл из воды прямо на них двоих, медленно и неотвратимо. Он бесстрастно наблюдал за тем, как Бен упал на колени, согнулся и склонил голову на грудь. Глаза у парня застыли, на лице замерло изумлённое выражение. Безжизненно скрючившись, он коротко вздохнул и больше не шевелился.

Песок брызнул из-под кроссовок, когда я слетела по насыпи и врезалась в Джесси и Джона, застывших с ужасом на лицах. Дафна, отступив от Бена, подбежала к нам, дрожа всем телом.

– Нам нужно уходить, – выпалила Джесси.

– Пока он не убил ещё кого-то… – быстро добавил Джон.

– Тогда чего мы ждём?

– Кто он?!

Мы паниковали не больше нескольких секунд: сразу после бросились наверх. Тень высокого человека скрылась в белой пелене, набежавшей на берег, точно пылевая буря. Я только видела, как он склонился над Беном и легко, точно труп ничего не весил, приподнял его за шиворот и вытащил из тела стрелу. Потом туман поглотил их обоих, а следом – нас, и мы окунулись в него, потеряв направление и застыв на месте.

За моим плечом, справа, кто-то зашептался. Голосов было множество, и все они звучали знакомо. Я резко обернулась.

– …очень голодна…

– …это одиннадцать…

– …неволей иль волей, вы будете мои…

Кто это сказал?!

– Что за чёрт, – шепнул Джон, прижавшийся к моему плечу. В беспроглядном тумане их с Джесси волосы одинаково серебрились, и они стали отчего-то похожи на брата с сестрой.

– Этот урод убил Бена, – шепнула в ответ Джесс пугающе ровным голосом, прильнув к нему. – И я видела в воде…

Она запнулась и покачала головой. Я беспокойно взглянула на неё.

– Что? Договаривай.

– Я видела, – сказала она. – Это. Оно похоже на… огромные паучьи ноги. Там. Из тумана. Торчали, словно телеграфные столбы.

– Я тогда не поверил тебе, – едва промолвил Джонни. – Идиот…

Я же вздрогнула, вспомнив, как что-то большое и сильное уволокло Вика. Это было оно? То, о чём говорит Джесси? Жив ли Вик сейчас?! Нет, если я буду думать об этом, то запаникую. Нам нужно выбираться с пляжа, и поживее!

В беспроглядной молочной пелене переливчато рассмеялись, и смех был женским. Послышался топот множества ног, и я вспомнила о жутковатых сороконожках или пауках. Кто это? Взявшись за руки, мы с ребятами шли в прежнем направлении, но, по моим расчётам, должны были таким образом уже выйти к машинам. Тогда почему мы до сих пор бредём по песку? Пляж не такой и большой. Куда подевалась роща?

– Где Вик? – вдруг спросила Дафна и внимательно посмотрела на меня. Я облизнула пересохшие губы.

– Что-то утащило его, – собственный голос показался мне чужим и холодным. – Утащило туда. В туман.

Подавленно смолкнув, я направилась дальше по склону, увязая в песке. Сказать точно, в каком направлении мы двигались, было нельзя: мы утратили чувство пространства, блуждая в непроглядной молочной пелене. Воздух казался густым, как желе. С каждым вдохом в лёгких скребло, будто кто-то насыпал туда толчёного стекла. Очень скоро мы выдохлись и как по команде остановились.