Шоу марионеток - Майк У. Крэйвен

– И что же? – спросил По.

– И кое-кто, живущий в Шапе, напомнил мне, что здесь нашли Толлундского человека.

По был озадачен. Его память о прошлом не была идеальной, но даже он знал, что мумифицированное тело Толлундского человека, которому было две с половиной тысячи лет, нашли в Дании, а не в Камбрии. Это был один из тех странных фактов, которые застряли в его голове еще со школьных дней. Заодно с тем, что прядильная машина[21] имела какое-то отношение к промышленной революции.

– Конечно, не тот Толлундский человек, – уточнил Рид. – Но двенадцать месяцев назад обнаружили тело неизвестного, похороненное в соляном хранилище. Хотя соль высушила его почти до шелухи, он прекрасно сохранился. Копы, которые работали над делом, дали ему это прозвище, и оно прижилось. Там случилась полная гребаная хрень от начала до конца. Парень на экскаваторе зачерпнул ковшом соль и запаниковал, когда его напарник увидел торчащую из нее руку. Он вывалил весь груз на своего приятеля, который тут же умер от сердечного приступа.

По ничего об этом не слышал, но с другой стороны, откуда ему знать? Последние полтора года он был отшельником.

– Чей был труп?

– Его так и не опознали. Очевидных повреждений не было, и патологоанатом решил, что причина смерти, скорее всего, естественная. Основная версия, что ему поплохело, когда он пытался набрать соли, чтобы потом продать. Ее и песок часто воровали, когда совет хранил их снаружи. Этот человек либо умер сразу, либо замерз насмерть. Тело засыпало снегом, и его не заметили, когда грузили соль в грузовик.

– Но ведь он наверняка бы застрял в фильтрующей решетке?

– Необязательно. Его нашли в соляном хранилище Хардендейла, том самом дурацком здании на тридцать девятом перекрестке на шоссе М6.

По хорошо знал это строение – оно находилось всего в нескольких милях от Хердвик-Крофта. Хранилище было куполообразной формы, и, увидев его впервые, он предположил, что это какая-то система противовоздушной обороны. Он вспомнил, как был разочарован, узнав о ее более приземленном назначении.

Рид продолжал:

– В любом случае, у «Хайвэйс Инглэнд»[22] контракт с советом на полное снабжение этого хранилища. Когда совет закрыл несколько небольших складов, большую часть соли перевезли в Хардендейл. Вполне вероятно, что Толлундский человек умер, пытаясь украсть соль на одной из небольших внешних станций. И его тело привезли в Хардендейл в кузове грузовика. Его бы вряд ли нашли, если бы не суровая зима, которую мы только что пережили: у дорожной службы стал заканчиваться запас соли.

– Но он точно умер по естественным причинам? – спросила Флинн.

– Так сказал патологоанатом.

– А человек, который умер на месте находки?

– Очевидно, сердечный приступ. Придурок, сидевший за рулем экскаватора, написал заявление еще до того, как его уволили, но подозрений, что он лжет, не возникло.

– Почему тело так и не опознали? Наверняка кто-то его искал.

– При нем ничего не было, а из-за соли патологоанатом не мог точно сказать, как долго он был мертв, – объяснил Рид. Он достал из внутреннего кармана записную книжку. – Согласно официальному отчету, ему было чуть за сорок, когда он умер, но это могло произойти много лет назад.

– А раньше пропавших людей так тщательно не регистрировали, – подметил По.

– Именно.

Брэдшоу включила свой компьютер, чтобы не сидеть без дела. Хотя Толлундский человек, казалось, и не имел отношения к делу, она приняла на свой счет, что обожаемый ею интернет ее подвел.

По услышал, как зажужжал настроенный Брэдшоу принтер. Она собрала информацию по теме и раздала всем по листку. Это была статья в «Вестнике Уэстморленда» под заголовком: «Находка неопознанного тела в соляном хранилище Хардендейла привела к смерти человека». Это было краткое изложение того, что знала пресса.

Это было меньше, чем рассказал им Рид, и в основном – сплошные догадки.

Они читали молча.

По добрался до отчета патологоанатома. В нем говорилось, что для того, чтобы неопознанный мужчина так высох, он должен был пролежать в соли по меньшей мере три года, а по его одежде определили, что он не пробыл там больше тридцати лет. Модель его куртки появилась только в середине 1980-х.

Но По не купился на столь неопределенное время смерти. Не в контексте прошлого, а в контексте того, что происходило сейчас. Особенно если учесть еще один фактор.

– Это он, – сказал он. – Вот на кого указывает нам Сжигатель.

Его заявление было встречено молчанием.

– Продолжай, – попросила Флинн.

– Его куртка, – объяснил По. – Она не из дорогих. Такую точно не сможешь носить годами.

Флинн кивнула.

– Значит, он умер скорее тридцать лет назад или около того, а не три. Согласны?

Флинн снова кивнула.

– Возможно. И что с того?

– Да, По, поделись своей идеей с остальным классом, – подначил Рид.

– Я скажу, почему это важно, босс, – продолжил По. – Будь этот так называемый Толлундский человек сейчас жив, он бы входил в ту же возрастную группу, что и остальные жертвы Камбрийского Сжигателя…

– Нет. Я на это не куплюсь, По, – сказал Рид. – Это просто совпадение. – Он оглянулся в поисках поддержки. – Ведь такого быть не может?

– Я согласна с сержантом Ридом, – сказала Флинн. – Не понимаю, какое отношение это имеет к нашему делу, По. Даже если ты прав насчет даты, что само по себе предполагает множество догадок, не забывай, что он умер естественной смертью.

По и в лучшие времена не любил совпадений и не был готов так легко закрыть на них глаза. Это случилось в Шапе с населением тысяча двести человек. В Шапе никогда не происходило ничего подобного. Точка перконтации, должно быть, намекала на Толлундского человека. По крайней мере, это заслуживало дальнейшего расследования. Оборванные нити и необъяснимые детали беспокоили его больше, чем следовало бы.

– Верно подмечено, – согласился он. – Но раз нам больше не на что опереться, можем слегка потянуть за эту ниточку. Посмотрим, куда она нас приведет. Согласны?

Флинн кивнула, но По видел, что она все еще сомневается.