Тайна её прошлого - Ольга Которова

– Хорошо. Скажите адрес и как его зовут?

– Конечно. Записывайте.

Быстро взяв ручку, Иван записал адрес художника и сунул бумажку в карман своей рубашки.

– А как продвигается ваше дело? – поинтересовался Борис Аркадьевич.

– Еще один труп и три карты, – признался Иван и тяжело вздохнул.

– Три карты у одного трупа? – с удивлением в голосе произнес мужчина.

– Нет. У трупа одна карта, вторую нашла девушка, но она жива, а третью карту прислали мне.

В трубке телефона снова повисла пауза. Борис Аркадьевич, видимо, обдумывал все сказанное Жаровым.

– Значит, вас тоже взяли в игру. Интересно. А можно узнать, что за карты? Кто на них изображен?

Иван тяжело вздохнул, но ответил на вопрос.

– На убитой мирный житель, мне, естественно, досталась карта шерифа, а другой девушке путана.

– Знаете, мне кажется, что и остальным тоже пришли карты. Это ведь компания ребят, я правильно понял?

– Да.

– Вы не интересовались у них, какие им карты прислали?

– А вы думаете, что им что-то прислали?

– Определенно. У каждого персонажа в этой игре есть своя роль. Путана, к примеру, может спасти одного человека, который будет с ней ночью, это я вам уже говорил. И еще, Иван, так как вам выпала карта шерифа, то теперь вам предстоит сделать шаг.

– Какой еще шаг? – с недоумением проговорил Жаров.

– Ну как какой? Вы должны вынести приговор. И еще бы я вам посоветовал поближе держаться к тем, кто еще жив, но быть с ними осторожнее, возможно, среди них и скрывается мафия.

Жаров слушал старика, и ему казалось, что он сходит с ума. Он уже больше десяти лет служит в органах, у него было много всяких дел, они были кровавые, жестокие, он многое повидал, но чтобы расследование переходило в игру, такого никогда не было. Да он даже не знает мотив того, кто затеял эту игру! Зачем все это? Ради интереса, азарта? Или просто месть? Если месть, то за что?

– Вы и правда думаете, что это может быть кто-то из тех ребят?

– Все возможно. Посудите сами. Убивают только определенный круг людей, которые очень хорошо знают друг друга. По вашим словам, это были лучшие друзья. Возможно, они что-то кому-то сделали, за что им так мстят. Я бы начал с того, чтобы выяснил их прошлое.

– Дело в том, что прошлое-то у них чистое. По крайней мере, я ничего не нашел. Только вот после смерти каждого что-то обнаруживается. К примеру, те два парня, которые были убиты первыми, торговали и производили наркотики, а убитая девушка продавала своё тело, если это можно так назвать. – Иван тут же вспомнил красную комнату в квартире Анастасии. – А судя по рассказам друзей и родственников они были идеальными людьми.

– Тогда я не знаю, чем вам помочь. Надеюсь, что тот художник прольет свет на ваше дело, – усталым голосом проговорил старик.

– Надеюсь.

Жаров попрощался с Борисом Аркадьевичем и, собрав в кучу карты, встал из-за своего рабочего стола, накинул на себя куртку и вышел из кабинета.

Иван остановился у старой пятиэтажки аварийного состояния на окраине города и снова сверился с навигатором. Когда он ехал к этому неизвестному художнику, то не думал увидеть здесь то, что увидел. Он вышел из машины, поправил на себе куртку, взял кожаную папку и пошел в сторону подъезда, в котором отсутствовала дверь. Заглянув внутрь и опасаясь того, что ему может что-нибудь упасть на голову, он шагнул внутрь подъезда. От неприятного запаха мочи, грязи и чего-то похожего на перегар он поморщился, но уверенно двинулся вперед.

Большая половина квартир в этом доме была определенно заброшена, двери некоторых квартир были приоткрыты, какие-то распахнуты настежь, а у некоторых вообще отсутствовали. Он поднялся на третий этаж и нашел взглядом нужную ему квартиру. Подошел ближе и нажал на звонок, но тот, видимо, был сломан, так как не послышалось ни звука. Тогда Жаров постучал кулаком по деревянной двери. С несколько секунд не было ничего слышно, а потом он услышал шаркающие шаги, которые приблизились к двери, щелкнул замок и дверь отворилась.

На пороге показался мужчина. На первый взгляд ему было лет сорок, но если присмотреться, то за чем-то изляпанными волосами, которые падали на лицо, и грязной одеждой можно было рассмотреть молодого мужчину лет тридцати с небольшим.

– Чё надо? – проговорил тот, и Жаров, достав удостоверение, показал его. Мужчина даже не взглянул на корочку, он только смотрел на Жарова с вопросительным и усталым взглядом.

– Нужно поговорить об одной вашей работе.

Мужчина только неприятно скривился и, развернувшись спиной к Ивану, пошел внутрь квартиры. Подумав о том, что это такой жест разрешения войти внутрь, Иван перешагнул через порог и пошел за хозяином квартиры. Всё жилье этого странного мужчины было завешано картинами. Очень странными и пугающими картинами. Это не были пейзажи, какие Жаров встретил в кабинете Бориса Аркадьевича, эти картины больше были похожи на постер к фильму ужасов. Черные цвета с каплями крови, отрубленные головы, руки, ноги, внутренности, лежащие на столе среди еды. Животные, висевшие с отрубленными головами, люди с головами животных и наоборот. Смотря на этот ужас, Иван поморщился и попытался отвести взгляд, но эти картины заставляли смотреть на них, словно были живыми и умели подчинять разум человека. В квартире был беспорядок, повсюду валялись бутылки из-под спиртных напитков, остатки еды, недокуренные сигареты и пепел.

– Ну и? – услышал Иван хриплый голос мужчины, который прошел в самую дальнюю комнату. Всего в квартире Иван насчитал четыре комнаты. Мужчина сел за мольберт, на котором стояло полотно, и не обращая внимания на Ивана, приступил к своей работе.

– Вы примерно восемь или девять лет назад рисовали эти карты. – Жаров достал из папки игральные карты и, подойдя к художнику, которого звали Олегом, протянул их, но тот даже не взглянул на следователя, а продолжал рисовать, словно он не совал ему под нос карты.

– Ну, что дальше?

– Вы, может, посмотрите на карты?

– А чего мне на них смотреть-то? Я их и так помню. Столько сил на них потратил, а в итоге остался без денег, здоровья и будущего.

– В смысле?

– То и в смысле, – зло процедил Олег.

От такого пренебрежения к ответам Иван скрипнул зубами, но сдержал себя в руках. Ему хотелось побыстрее покинуть это помещение. Неприятно было здесь находиться, да и вонь стояла такая, словно кто-то сдох.

– Вы помните кто заказывал эти карты?

– А чего их не помнить-то? Заказывал парень молодой. Принес наброски, мы все обговорили, договорились, что он вносит предоплату, а остальную сумму по факту. Ну я ему и сделал карты. А когда он пришел забирать их, то привел с собой компанию каких-то малолеток, они у меня карты забрали и не хотели платить, я пригрозил им, а они меня избили, сломали несколько ребер, руку, сотрясение головы и еще много чего. Испортили мои работы, которые я должен был отдать заказчикам. Одна из картин целое состояние стоила, мне за нее деньги уже отдали, а эти малолетки нашли деньги и тоже себе забрали. Я в больнице долго лежал, дело уголовное завели, но в один из дней пришел папаша этого сопляка и корочкой пригрозил, сказал, что, если я рот открою, меня посадят. А когда я вышел из больницы, картину, которую они испортили, заказчик попросил ему отдать, а у меня ни картины, ни денег. Он зуб на меня точить из-за этого стал и закрыл для меня мир искусства. Ну и вот… – Олег обвел руками свою комнату, где по углам стопками стояли картины.