Чужая воля - Джон Харт

– Жестко, говоришь?

Он передал мне пиво. Я открыл его.

– А из-за чего?

– Драка-то? – Джейсон пожал плечами. – Из-за Тиры, наверное.

– Как так?

– Больно уж она любит мужикам глазки строить… Да и вообще слишком много о себе воображает.

Мне показалось, что где-то тут скрывалась ложь – или, по крайней мере, он чего-то недоговаривал.

– Ладно, неважно, – добавил Джейсон. – Я с ней по-любому уже расплевался. Ты виделся с Сарой?

Я вдруг почувствовал, как густо краснею от смущения. Сара оставалась для меня лишь фантазией, несбыточной мечтой школьника.

– С того раза нет.

– А зря. Она хорошая девушка, не такая, как Тира.

– Ну, не знаю… Наверное.

– Итак, почему ты здесь?

Он прислонился к перилам; было странно вдруг увидеть коповские глаза на лице бывшего зэка. Я попытался выдумать какой-нибудь подходящий ответ: что мне не хочется ехать домой, или что, может, все это и впрямь из-за Сары… Хотя где-то в глубине души понимал: притянуло меня сюда в первую очередь то, что принято именовать братскими узами.

– Просто от нечего делать, наверное.

– Надо тебе как-нибудь пробовать посидеть в тюрьме.

Осушив банку, Джейсон смял ее в кулаке, а я все попытался понять, почему с того прошлого раза все кажется совсем другим. Вид у моего брата был какой-то отстраненный, нетерпеливый. Он почесал руку, и я подумал: «Блин, он опять употребляет?»

– Так что, гм… Ты хочешь, чтобы я… Короче, сам понимаешь. – Я ткнул большим пальцем в сторону коридора, уходящего внутрь дома.

– Да, братишка. Вообще-то сегодня не самый лучший день. Может, на этих выходных…

– Можем сходить в кино. Или сыграть в баскет.

– Давай потом это обсудим, хорошо?

Джейсон слез с перил, и я опять посмотрел на синяки и ссадины у него на лице. У меня еще было что сказать, но я просто не успел. Вдруг послышался рев мотора, работающего на высоких оборотах, а потом – визг резины, когда что-то быстрое и словно не знающее тормозов взяло поворот в пяти домах от нас. Мотор взревел еще громче, и металл скрежетнул о металл. И тут же голоса из переднего дворика: «Охренеть, чувак! Только посмотри на это! Только глянь!» Удар, который последовал за этим, прозвучал громче и ближе и показался просто оглушительным на фоне тишины, которой за ним последовала. Через несколько секунд из коридора до нас донесся голос:

– Джейсон, йо! Давай-ка лучше сюда!

Я поспешил вслед за братом через дом. Через секунду тот же самый голос выкрикнул:

– Йо, это твоя телка!

Джейсон шагнул с крыльца на голую землю, но остановился, не доходя до покореженного автомобиля. Это был двухместный «Мерседес», который застыл в тесном дворике, развернувшись боком и уткнувшись передком в дерево. Борта машины были основательно исцарапаны и помяты. Из распахнутой передней дверцы наполовину вывалилась Тира, опершись обеими руками о землю. Пощелкивал остывающий мотор, и, словно какой-то сигнал тревоги, размеренно мигала оранжевым уцелевшая голая лампочка в разбитом красном поворотнике.

– Тира, господи! Ты цела?

Джейсон двинулся к машине и помог ей выбраться. На ней были белая юбка и сине-зеленая майка. Колени ободраны, из-под волос стекала струйка крови. Она пошатнулась, и Джейсон подхватил ее, упершись ей подбородком в макушку. Тира едва могла стоять на ногах. Привалилась к нему, медленно и надолго приникла губами к его шее, а потом вдруг рявкнула:

– А ну-ка убери от меня свои зэковские лапы!

Отпихнув Джейсона, выдернула руку и опять пошатнулась. Макияж у нее под глазами размазался. Язык заплетался.

– Нечего меня лапать! Нечего, пока я не получу то, за чем приехала!

– Тира. Приди в себя. Успокойся.

– Ты не должен был так со мной поступать! Так вот посылать меня подальше! Только не ты…

– Тира…

– Только не какой-то там грошовый сукин сын, нищеброд, уголовник!

– Да ладно тебе… Присядь.

– Не трогай меня, я сказала!

Она замахнулась на него, и Джейсон ловко отскочил назад, словно какой-нибудь боксер из «Вселенной спорта»[9]. На улице и во дворах вокруг нас уже собирались люди. Недавно стоявший на углу дорожный знак теперь валялся на земле, а машины, припаркованные вдоль тротуара, были основательно покорежены. Я бочком придвинулся сзади к брату.

– Может, чем помочь?

– Она просто обдолбана.

Я так и не понял, означало ли это траву или что-нибудь покрепче. Тира с остекленевшим безжизненным взглядом безвольно вихлялась из стороны в сторону, размазывая кровь по лицу, юбка у нее задралась с левой стороны чуть ли не до пояса. Заметив зевак, она злобно гавкнула на них:

– Ну, какого хера вылупились?

Джейсон попытался еще раз:

– Тира?

– Вы ваще знаете, что это за тип? Что он делает? – Тира опять шагнула к нему на подгибающихся ногах, размахивая пальцем. – Он убивает мечты! Он трахает женщин и убивает мечты!

– Хорошо, Тира. Хватит уже.

– И что ты сам-то по этому поводу думаешь?

Она опять помахала пальцем у него перед носом, и кто-то у меня за спиной ошеломленно выдавил:

– Это полный пипец, чувак…

Тира полуобернулась, но в итоге ее заботил один лишь Джейсон.

– Почему ты это сделал? В смысле… – Она мягко накрыла сложенной ковшиком ладонью его плечо, всей враждебности как не бывало. – В смысле, с нами… Ну давай же, скажи! – Тира провела ему пальцами по груди. Джейсон попятился, но она последовала за ним, уставившись на его губы, на его подбородок. – Ты ведь не всерьез, правда? Не на самом же деле… Просто скажи мне это. Просто скажи мне, что сейчас трахнешь меня, как когда-то!

Тира попыталась поцеловать его, но он не ответил на поцелуй. Она прижалась к нему бедрами, руки у нее заходили ходуном.

– В чем дело, малыш? Ведь никто же так больше не подходит друг к другу, как мы с тобой! – Тира запустила пальцы ему в волосы, но Джейсон схватил ее за запястья, отвернувшись от растерянности и обиды в ее глазах. – Больше не говори такого, малыш! Пожалуйста, не говори!

– Между нами все кончено. Я уже тебе сказал.

– Нет!

– Говорю в последний раз. – Он отпустил ее, по-прежнему держа руки на весу. – Все кончено. Мы расстались.

– Почему? Потому что это ты так сказал?

– Да.