Пора убивать - Джон Гришэм

Джеральд Олт. Записывая его на карточку, Джейк улыбнулся.Олт приходил в его офис несколько лет назад, когда банк лишил его права выкупазаложенного дома. У его жены было серьезное заболевание почек, и счета отврачей поставили их на грань нищеты. Джеральд слыл интеллектуалом, он учился вПринстоне, где и познакомился со своей будущей женой. Сама она была родом изокруга Форд, из некогда процветавшей семьи каких-то простаков, которым хватилоума вложить все свои деньги в акции железнодорожных компаний. Джеральд приехалв Клэнтон незадолго до смерти родителей жены, и безбедная жизнь, которую онпредставлял себе до свадьбы, сменилась непрекращающейся борьбой. Одно время онработал учителем в школе, потом перешел в библиотеку, потом стал клерком всуде. Тяжелый физический труд вызывал у него отвращение. Потом его женазаболела, и им пришлось расстаться со своим очень и очень приличным домом.Сейчас Джеральд работал в общественном туалете.

О Джеральде Олте Джейк знал и нечто такое, чего никто, кроменего, не знал. Когда Джеральд был еще ребенком, семья его жила в Пенсильваниина ферме, неподалеку от автострады. Однажды ночью дом загорелся. Проезжавшиймимо мотоциклист остановился, выбил входную дверь и бросился спасать людей,находившихся в огне. Пламя распространялось очень быстро, и когда Джеральд сбратом проснулись в своей спальне на втором этаже, спуститься вниз было уженевозможно. Тогда братья с криками бросились к окну. Родители и сестры,стоявшие на газоне перед домом, находились в отчаянии. Из всех окон заисключением окна детской спальни вырывались языки пламени. Увидев двухмальчишек, неизвестный спаситель окатил себя водой из шланга, нырнул в горящийдом, на ощупь добрался по обрушивающимся лестницам до спальни, выбил дверь,схватил Джеральда и его брата и выпрыгнул с ними в окно. Каким-то чудом никтоне пострадал. Со слезами и поцелуями семья благодарила своего спасителя –проезжавшего мимо мотоциклиста, безвестного чернокожего. До этого дети никогдане видели негра.

Джеральд Олт был одним из тех весьма немногих белых в округеФорд, кто действительно любил и уважал черных. На его карточке Джейк написалцифру «10».

В течение шести часов он работал таким образом со списком,надписывая карточки, внося в них информацию, собираясь с мыслями, представляясебе лица будущих присяжных, мысленно беседуя с ними. Ему нужно было всевзвесить. Каждый негр автоматически получал десять баллов, с белыми делообстояло сложнее. Женщинам отдавалось предпочтение, молодежь оценивалась вышестариков, люди с образованием шли чуть впереди тех, у кого его не было, анаивысший рейтинг был у тех, кто слыл либералом.

Двадцать фамилий Джейк вычеркнул сразу – это были те, когоНуз собирался исключить из списка кандидатов. Стало быть, в данный момент Джейкрасполагал определенной информацией о ста одиннадцати претендентах. Конечно же,он оставил Бакли далеко позади.

Когда Джейк вернулся, Эллен сидела за машинкой. При видесвоего босса она выключила машинку, закрыла справочники, которыми пользовалась,и повернулась к нему на вращающемся стуле.

– Где же обещанный обед? – спросила она с насмешкой.

– Нам нужно будет прокатиться на машине.

– Отлично! Куда?

– Тебе приходилось когда-нибудь бывать в Робинсонвилле,Миссисипи?

– Нет, но я готова. Это где?

– Там нет ничего, кроме хлопка, сои и замечательногомаленького ресторанчика.

– Как мне одеться?

Джейк окинул ее взглядом. Эллен выглядела обычно: выцветшие,чуть подкрахмаленные джинсы, без носков, синяя рубашка из хлопка, размера начетыре больше, чем нужно, однако весьма живописно падавшая на безукоризненнойформы бедра.

– Никаких изменений не требуется.

Выключив копировальную машину, они уселись в «сааб» ипоехали прочь из города. Где-то в негритянском квартале Джейк остановил свойавтомобиль, чтобы купить в винной лавке шесть банок «Коорса» и бутылкухолодного «Шабли».

– Спиртное туда нужно приносить с собой, – пояснил он Эллен,трогая машину с места.

Садившееся солнце било ему в глаза. Чтобы лучше видетьдорогу, Джейк опустил солнцезащитные козырьки. Эллен открыла две банки с пивом.

– Это далеко?

– Полтора часа.

– Полтора часа! Да я умру с голоду!

– Заправься пока пивом. Поверь мне, оно отличное.

– Что у них там в меню?

– Жареное мясо, креветки в соусе, лягушачьи лапки, рыба.

– Ну что ж, посмотрим. – Она отхлебнула пива.

Джейк прибавил газу, они проносились по мостам и переездамчерез бесчисленные речки и ручейки, впадавшие в озеро Чатулла. Машина бралаплавные подъемы холмов, покрытых густой и жесткой зеленой травой. Они обгонялитяжело груженные древесиной прицепы, делавшие свою последнюю за день ездку.Джейк открыл люк в крыше, опустил стекла, в машину проник теплый вечернийветерок. Откинувшись на спинку сиденья, Эллен прикрыла глаза. Врывавшийсясквозь окна воздух играл ее волосами.

– Послушай, Ро-арк, обед будет чисто деловым...

– Конечно, конечно.

– Я говорю серьезно. Я твой работодатель, ты – мой служащий,и разговор пойдет за столом только о деле. Не больше, но и не меньше. Так что всвоем сексуально раскрепощенном мозгу не нужно лелеять никаких далеко идущихидей.

– Звучит это так, как будто далеко идущие идеи беспокоятименно тебя, Джейк.

– Нет. Просто я знаю, о чем ты сейчас думаешь.

– Как это тебе удается знать то, о чем я сейчас думаю? Счего это ты взял, будто ты настолько неотразим, что я замыслила тебя совратить?

– Пожалуйста, помни о том, что я на удивление счастливоженат, что у меня замечательная супруга, которая будет готова убить, еслирешит, что я флиртую с другой.

– О`кей, сделаем вид, что мы просто друзья. Два друга заедой.

– На Юге это не проходит. Друг-мужчина не может простопригласить в ресторан друга-женщину, если этот друг-мужчина женат. Здесь такогоне бывает.

– Почему?

– Потому что у мужчины не может быть друга-женщины. Этоневозможно. На всем Юге я не знаю ни одного человека, который был бы женатым иимел бы к тому же друга-женщину. Думаю, что так повелось еще со временГражданской войны.

– А я думаю, что это какое-то средневековье. И почему этоюжанки так ревнивы?