Как ты умрешь - Майк Омер

— Вы считаете, что ее убил отец? — спросил напрямик Митчелл.

— Откуда мне, черт возьми, знать? Могу только сказать, что список хороших людей, которых знала Кендел, был очень коротким.

— А вы не знаете, она делала свои пробежки регулярно? — зашел с другого угла Джейкоб.

— Конечно. Четыре раза в неделю, ровно в пять утра, как часики. Она любила бегать.

— Почему так рано?

— Ей нравилось, когда город еще спит. Говорила, это прекрасное ощущение: покой, нет людей…

— Она всегда бегала в одном и том же месте?

— Да, наверное. Вроде как в парке. Не знаю, в каком именно.

— Понятно. — Джейкоб кивнул.

Дебби встала.

— Ладно, мне пора. Цыплята сами собой по столикам не полетят.

Купер протянул ей визитку.

— Если еще что-то вспомните, дайте нам знать, — попросил он.

Она кивнула и пошла прочь.

* * *

Солнце уже клонилось к закату, когда Митчелл остановил свой «Додж Чарджер» у Баттермир-парка. Вместе с Джейкобом они вылезли из машины и двинулись по дорожке.

Настроение было так себе: до этого они уже потратили впустую несколько часов, слоняясь по тупикам. Джейкоб по телефону переговорил с родителями Кендел — Леон успел известить их о смерти дочери. Поначалу они были общительны и участливы, но, стоило всплыть теме жестокого обращения, быстренько свернули разговор и дали отбой, сказав перед этим, что если понадобится что-то еще, пускай Джейкоб разговаривает с их адвокатом.

Митчелл тем временем начал обзвон по списку клиентов Кендел — во всяком случае, тех, у кого номера совпадали с адресами. Выслушать пришлось многое: глухую несознанку, уязвленные угрозы и истеричные отказы. Зачастую просто обрывали связь. Лишь немногие смогли предъявить алиби на соответствующие даты. Так что список подозреваемых убавился не особо.

В конце концов Джейкоб предложил сделать перерыв, съездить в район места преступления и немного осмотреться. У Митчелла было подозрение, что напарнику просто хочется пройтись на свежем воздухе, но спорить он не стал, ибо и сам устал как собака.

Приблизившись к деревьям, под которыми были найдены останки Кендел Байерс, он мысленно вообразил себе то утро. Кендел бежала по этой самой дорожке, парк был тих и безлюден. По словам Мэтта, на ней были черные шорты для бега и фиолетовый спортивный бюстгальтер. Бежала она, по всей видимости, быстро, преодолевая холодок раннего утра. А потом… что? Увидела кого-то на тропе? Он ее здесь дожидался? Может быть, знакомое лицо? Или притаился за деревом и схватил, когда она находилась достаточно близко? Сопротивлялась ли она?

Джейкоб подошел к углублению, где была захоронена Кендел. Митчелл неотрывно смотрел на пруд, чувствуя странное дежавю. Он бывал здесь много раз, но… что-то еще было связано с этим прудом. Какая-то мысль или воспоминание словно пыталось всплыть на поверхность… однако тут же рассеивалось, оставляя лишь смутное разочарование, словно он собирался сказать что-то важное и вдруг забыл, что это было.

Водная гладь переливчато мерцала в лучах заходящего солнца. Разыгравшийся ветерок гнал по пруду легчайшую рябь. Как она выглядела в тот день? Митчелл попытался представить: вот убийца тащит Кендел к пруду, держит ее голову под поверхностью воды… Зачем? Почему именно так? Все это выглядело неоправданно сложным.

Митчелл подошел к напарнику.

— Тебе этот способ убийства не кажется странным? — спросил он.

Джейкоб кивнул.

— Почему именно здесь? — задал вопрос Митчелл. — И почему так? Ее что, нельзя было удушить, зарезать, пристрелить?

— Все было обстоятельно продумано, — сказал Джейкоб.

— С чего ты взял?

— Он ее знал. Знал, что она регулярно бегает здесь по утрам. И пас ее. — Джейкоб указал на могилу. — Эту ямку он вырыл не после убийства — это заняло бы слишком много времени, уже начали бы маячить люди… Кто-нибудь обязательно заметил бы. Так что нет — он пришел сюда ночью, выкопал могилу и стал ждать. Девушка появилась как всегда, строго по расписанию. И когда она пробегала мимо, он ее схватил, утопил в пруду, а затем бросил в яму и прикопал.

— А топить зачем было?

Джейкоб задумчиво помолчал. Затем произнес:

— Так было задумано. И все осуществилось по плану. Это принципиально важно.

— Но зачем?

Купер посмотрел на Лонни сердитым взглядом.

— Ты меня спрашиваешь? Ты его спроси!

Оба умолкли. На душе было тревожно. Как-то очень уж все наворочено, до шизоидности…

— Интересно, ее отец мог бы выкинуть что-то подобное, если б узнал, где она живет?

Джейкоб призадумался.

— Да бог его знает, — буркнул он. — Звучит все же маловероятно. А вот двинутый фетишист подержанных трусов — сценарий более вероятный.

— Тогда нужно до конца разобраться с этим списком.

— Пожалуй.

Детективы постояли над могилой еще немного, а потом повернулись и пошли обратно к машине.

* * *

Домой Митчелл возвратился совершенно вымотанным. Этот день виделся ему сплошным провалом. Что им удалось узнать? Что алиби есть лишь у ничтожного числа подозреваемых? Что Кендел подвергалась жестокому обращению со стороны своего отца? Что она была заядлой бегуньей? Все эти мелкие факты выглядели чем-то разрозненным и малозначительным.

— Полин? — окликнул он.

— Я здесь, — донесся ее голос из спальни.

Митчелл направился туда — и остановился в дверном проеме.

Полин лежала на животе на кровати, уставившись в экран ноутбука. Наверняка смотрела «Бесстыжих» — сериал, к просмотру которого она пыталась склонить и Митчелла, но безуспешно. На ней были черная майка на бретельках и чуть просвечивающие белые шортики. Босые напедикюренные ступни за просмотром мерно ходили вверх и вниз. Длинные каштановые волосы, как всегда, были собраны в пышный хвост. Заманчиво смотрелась полуобнаженная спина, смугловато-янтарная и гладкая. И от этого вся тяжесть дня, казалось, медленно спадала у Митчелла с плеч. Он осторожно забрался на кровать, прилег на Полин сверху и обвил руками.

— Раздавишь, — капризно мурлыкнула она и потеснила его локтем.

Он со смешком скатился и улегся рядом.

— Как день?

— Да так, — рассеянно ответила Полин. — Клиент в клинике сегодня меня клеил.

— А ты сказала ему, что занята?

— Не глупи. Мне сначала надо было услышать, что он предложит.

— Ах во-он оно что, — пропел Митчелл, лаская кончиками пальцев гладкость ее кожи. — И что же у него оказалось?

— Пульпит.